просмотра.
— Блеванули, и вариант с пешей прогулкой отпал сам собой, а на дирижабль они пока не накопили. Вот теперь плац щётками драят, — наставник, конечно, не был тупым солдафоном и прекрасно разбирался в человеческой психологии.
Но здесь у нас был не кружок по интересам, где все сюсюкаются друг с другом, так что он предпочитал вначале сломать человека психологически, а потом собирать из осколков идеального солдата.
Метод жёсткий, в какой-то степени жестокий, но рекрутов мы об этом предупреждали заранее, и это уже их вина, если они не поверили и подписали контракт, не думая. Но всё это нужно, чтобы они выжили на этой «гостеприимной» планете.
— Но всё равно, следи за недовольными и разбивай по отделениям. Если мозгов не появится, готовь списки, и на хрен их, с волчьим билетом — напомнил я наставнику.
— Не дурак, помню. Но пока таких немного.
У меня запиликал коммуникатор, и я увидел переадресованное сообщение о том, что дирижабль уже почти восстановлен, и команда судна готова начать погрузку ресурсов, которые я планировал доставить Кембеллам.
— Всё, мне пора. Думаю, к ночи вернусь, но на всякий случай направь резервную группу к тоннелю, пусть будут наготове.
— Будет исполнено, Игорь Владиславович, — кивнул наставник и направился к парням, тащащим с тренировочной площадки какое-то безвольное тело. Но раз криков не было, то ничего страшного не приключилось. И всё же выждав пару минут на всякий случай, я с чистой совестью направился собираться.
Погрузка и полёт до Нью-Кембелла прошли вполне рутинно. Уже привыкаю к этим неповоротливым и медлительным исполинам, так что, отобедав в одиночестве, сестры своим присутствием не почтили, вернулся в свою каюту, где и занялся тренировкой эфира.
В последние недели с этими перелётами и суетой, связанной с переселенцами, времени толком не было, так что я с удовольствием потратил три с лишним часа, израсходовав несколько кристаллов эфира.
Прилёт и посадка возле замка Кембеллов тоже прошли без какой-либо помпы. Даже с учётом того, что вернулись члены правящей семьи, на отведённой под разгрузку площадке нас встречали лишь пара машин, внедорожник и тот самый танк. Вот его могли бы и бантиком перевязать, что ли.
Сестёр встречал Ивар. В отличие от наших предыдущих встреч, лицо здоровяка было предельно серьёзно, и, едва обняв сестёр, он, не отвечая на вопросы, тут же отправил их в джип, а после уже поприветствовал меня.
— Всё печально? — разместившись в утробе танка, спросил я у Ивара.
— Не знаю. Никто не знает. Но, скорее, да, чем нет. Отец с того момента, как узнал о вашей дуэли сам не свой, — скривился парень. — А как только ему сообщили о состоянии Дугальда, так и вовсе был в ярости несколько дней. Даже мама не могла его успокоить. Я понимаю, что это неприлично, но можешь мне объяснить, что ты такое сделал с этим уродом, что его даже целители не могут поднять на ноги?
— Не могу, без обид, — ответил я и покачал головой.
Не буду же объяснять, что слегка переборщил, когда, увидев насильника и сломав ему конечности, тут же подлечил их, вот только неправильно. И теперь любой лекарь без должного опыта будет малоэффективен.
— Понятно. И спасибо тебе. Как бы ни прошла твоя встреча с отцом, я благодарен за то, что ты защитил моих сестёр. Как представлю, что этот урод тянет свои лапы к ним, — Ивар стукнул кулаком, оставляя небольшую вмятину на выдвижном столике.
— Эй, поаккуратнее с моим имуществом! — остановил я парня. Он на меня удивлённо уставился, и пришлось пояснить. — Я его, между прочим, выиграл в дуэли.
— Да? Мне известно было только про шахту. И Кенна была не против? Это же ей отец подарил на день рождения, — спросил Кембелл.
— Против-не против, но мою победу она подтвердила, так что сегодня я эту машинку забираю, — окинул салон взглядом, прикидывая, как из этого лимузина превратить его обратно в нормальную машину для боя.
— Распоряжусь, чтобы её подготовили, — вздохнул Ивар.
До замка мы добрались быстро и, проскочив по широкой улице, не один я расширялся, остановились перед резиденцией.
Пройдя уже знакомый путь, очутился в центральном зале, вот только атмосфера стала тут куда хуже.
Стилизованные под старину стены сейчас казались серыми и безжизненными, а лампы в виде факелов едва светились, с трудом разгоняя полумрак.
— Моё почтение, уважаемый патриарх, — обратился я к дряхлому старику, занимавшему своё кресло-трон.
За исключением безмолвной охраны, что выстроилась в ряд вдоль стен, никого кроме нас двоих не было.
— Ты прибыл, — голос некогда полного сил мужчины звучал едва слышно и с заметной одышкой.
Сосредоточившись, попробовал ощутить эфир в старике, и, несмотря на приличное расстояние, у меня это получилось. Я сразу же ощутил знакомую вонь. Совсем как та, которая исходила от Дугальда, когда он пользовался своим даром…
Ох уж, старая как мир история, когда отпрыски считают, что их родители слишком долго занимают трон.
— Прибыл в гости к соседу, но вижу, что здесь мне не рады. Даже стула не предложат, — я обвёл взглядом пустой зал.
— Ты спровоцировал и искалечил моего наследника, не позволял ему встретиться с членами семьи, — Кембелл замолчал, переводя дыхание, и потом продолжил. — Так почему я должен радоваться твоему появлению?
— Забавное изложение ситуации, — прокомментировал я сказанное и сделал пару шагов в его сторону, но тут же остановился, гвардейцы пришли в движение, обнажив оружие. — Но я так понимаю, вся информация была получена из одного источника? Советую поговорить с дочерями, они откроют вам глаза. И, возможно, это изменит вашу точку зрения.
— Советовать? Ты ещё и смеешь мне советовать? — старик, упёршись обтянутыми кожей руками в ручки кресла, подался вперёд, а охрана шагнула в мою сторону.
Такая себе ситуация. Устроить бойню мне никто не помешает, уйти я смогу, тем более меня прикроют мои люди, что сейчас дежурят на границе, но последующие за этим проблемы меня совершенно не прельщали.
— Не делайте глупостей, уважаемый Дуглас, — предостерёг я старика. — Не знаю, что с вами происходит и почему ваш сын имеет такую власть над вами, но вы должны понимать, что нормальный патриарх из него не выйдет. Как только Дугальд займёт место, а, судя по вашему состоянию, это произойдёт довольно скоро, полетят головы, причём в первом ряду будут ваши жена и дети.
Старик молча слушал меня, а я тем временем смотрел, как его окружает облако тёмного эфира, и чем больше я говорил, тем плотнее оно становилось. Особенно, когда стоило упомянуть имя Дугальда.
— И как только это произойдёт, я приду на
