в голову Даната. – По их ТВ программам этого не скажешь.
– Я думаю, что с аппаратурой на станции что-то случилось, – ответил Ген. – Температура упала, и внутренний водопровод перемёрз, порвав трубы и полости, в которых находился.
– Ген прав, – повернулся к товарищам Грифандр. – Поэтому они и оставили станцию. И молчит она по той же причине.
– Интересно, они будут её ремонтировать? – спросила Даната. – С виду вроде бы лоханка ещё годная...
– Ты же у нас психолог, ты и должна нам это сказать, – ухмыльнулся Ген, проплывая в дальний конец рабочего пространства.
– И хорошо бы это сделать поскорее, – опять поддержал Гениоса командир. – Не хотелось бы выдавать наше присутствие раньше времени.
– Хорошо, хорошо, дайте бедной девушке минуту подумать, – рассмеялась психолог. – А то напали с двух сторон, фу, какие грубые.
Она плавно проскользнула к иллюминатору у себя над головой .
– Думаю, что исходя из примитивности всего, что нас тут окружает... – Она лёгким жестом обвела окружающую обстановку. – Для землян это очень дорогое, следовательно, ценное оборудование. Бросать на орбите, то, что можно как-то отремонтировать, мне кажется, они не станут. К тому же велик риск, что станция, потеряв управление, рухнет на поверхность планеты. Хорошо, если в океан, или в пустынные земли...
– Если такая малакия[11] рухнет на город, то жертв может быть много, а если это будет город не той стороны, которая вывела эту фигню на орбиту, то может получиться совсем нехорошо. – Закончил за неё Грифандр. – Народ тут живёт нервный, могут ответить полным залпом.
Ген решил выглянуть в круглое застеклённое отверстие, забранное металлической решёткой. Окошко выходило в сторону планеты, и из него хорошо просматривалась огромная территория.
Внезапно поверхность облачного покрова на ночной стороне на небольшом пятачке приобрела ярко-красный цвет. Пятно постепенно увеличивалось в размерах, и через мгновение яркая звёздочка пронзила вату облаков и полетела в сторону от Земли.
– Товарищ навархос, – Ген тут же тронул командира за плечо. – Смотрите, кажется, хозяева возвращаются.
– Наверняка они летят для ремонта, – ответил Грифандр. – Давайте-ка, ребятки, уберёмся отсюда поскорее, всё-таки мы здесь без приглашения. Мне кажется, что пока ни к чему нам так резко о себе заявлять.
***
В этот же день в конце дежурства очередной смены ЦУПа телеметрия станции показала, что в системе управления сработала токовая защита, отключившая основной радиопередатчик дальней связи. Причиной этого неприятного, но отнюдь не из ряда вон выходящего события, могло быть всё что угодно, начиная от попадания метеорита и заканчивая усталостью металла.
Автоматика, распознав отказ, включила дублирующий передатчик. Дежурившая в ЦУПе смена не удивилась. Всем известно, что часть приборов «Салюта» выработала ресурс и имеет право на отказ, не приводящий к отказу всей системы. На «борту» имелся запасной комплект. Следующий экипаж должен заменить комплект на свежий.
– Михалыч, а махнём завтра на лёд? По писярику примем, дырочек повертим... Погоду синоптики обещали чудную. Глядишь, судачок попадётся. – В предвкушении отдыха Семён Семёныч Горбунков уже строил радужные планы. Долгая суточная смена закончилась, оставались последние минуты перед сдачей.
– Сёма, смена ещё не кончилась, – руквод смены Борис Михалыч Вострецов устал, но старался не демонстрировать подчинённым признаки утомления. – Тут у нас отказ, а тебе всё бы писярик...
– Отказ, отказ... – буркнул обиженно Горбунков. – Первый раз что ли? Дублёр же включился. Нам уже через две минуты сдавать. Пусть Гугнидзе СУБК[12] вызывает. И нам мороки меньше, и ему смену коротать веселее.
Вострецову после бессонной ночи возиться сверх смены с рядовым, по сути, отказом тоже хотелось не сильно, поэтому передав вахту сменщикам, он со спокойной совестью отправился домой.
Руководитель заступившей смены не стал вызывать разработчиков. Гугнидзе считал себя самым опытным сотрудником Центра, и ему с первого взгляда стало понятно, что беспокоиться и суетиться не стоит. Он сразу скомандовал включить передатчик ДРС.
– Произошло случайное срабатывание защиты, я так думаю! – заявил он со свойственной ему безаппеляционностью. – Просто надо попробовать еще раз. Да?
Попытки включить неисправный передатчик привели к лавинообразному процессу, в результате которого прекратилось функционирование дешифраторов. Станция стала неуправляемой. Прекратилась работа системы ориентации солнечных батарей на Солнце. Система единого питания – бортовая электростанция полностью вышла из строя. Все электрические системы, в том числе агрегаты терморегулирования, перестали функционировать.
Станция начала замерзать. По расчетам «тепловиков» уже через неделю температура внутри станции должна упасть до –20 градусов. Станция станет бесполезным искусственным спутником, следить за которым могут только средства контроля космического пространства систем ПРО.
Ведущие мировые СМИ уже на следующее утро с нотками паники трезвонили о потере связи с «русской космической станцией». Некоторые совсем отмороженные пугали обывателя падением станции вооружённой, якобы, ядерным оружием на территорию Америки.
***
В кабинете генерального директора НПО «Энергия» собрались мудрецы этого почтенного учреждения. Во главе стола возвышалась фигура в чёрном. Генерал-майор Шумаков обвёл присутствующих взглядом и с угрозой в голосе процедил:
– Товарищ Рюмин, потрудитесь объяснить, как могло случиться, что в такой напряжённой международной обстановке мы теряем объект стратегической важности? – голос генерала с каждым словом звучал всё более резко.
– К сожалению, мы пока не знаем, что конкретно случилось на станции. Пытаемся разобраться.
– Вы до сих пор не знаете, что произошло? – генерал уже откровенно громыхал начальственным металлом. – Значит, вы не знаете, что делать? Я вас правильно понял?
– Нет, это не так. – Рюмин тяжело поднялся над столом. – Мы знаем, что делать. Тут даже вариантов нет. Надо лететь.
– Куда лететь?
– На станцию, куда же ещё? И там, на месте разбираться, что конкретно случилось. Сидя здесь, не имея связи, не видя ничего невозможно сказать что-то определённое.
– А у вас есть готовый экипаж? Насколько я помню, для подготовки нашим парням требуется не менее трёх месяцев.
Руку поднял, привлекая внимание, невысокий крепыш с заметными залысинами.
– Позвольте мне, – крепыш начал говорить, едва Шумаков замолчал. – Дело в том, что по нашим данным через две недели стартует «Челенджер». Стартует в нарушение прежних планов НАСА. Я напомню присутствующим, вдруг кто-то не в курсе, что грузовой отсек этого челнока точно совпадает с габаритными размерами нашего «Салюта».
