– Меня зовут госпожа Тэн, – сказала она. Девочка широко раскрыла глаза.
– Меня зовут Вэнь Аи, – официально представилась она, а потом, отклонившись немного назад, посмотрела на Ши По и решила отбросить в сторону все церемонии, чтобы просто поболтать. – Почему ты оказалась в моем доме? – спросила она.
– Я не знаю, – искренне призналась Ши По. – Ты поможешь мне это узнать?
Девочка снова горько заплакала и покачала головой.
– Я не могу ходить, – прошептала она. – Я не могу прыгать и бегать и… и… – пробормотала она, жалобно всхлипывая, и Ши По еще сильнее прижала ее к себе.
– Скоро ты снова сможешь и бегать, и прыгать, – прошептала Ши По, повторяя слова, которые говорят всем маленьким китайским девочкам. – Тебе просто нужно потренироваться, – добавила она и показала свои ноги. – Мои ступни очень большие по сравнению с твоими. Они широкие и безобразные. Твоя мама поступила мудро, перевязав твои ножки именно сейчас. В скором времени у тебя появится много богатых женихов. У тебя будет большой дом и здоровые, упитанные детки, а твой муж будет дорожить тобой как своим самым большим сокровищем, потому что у тебя будут крошечные ступни идеальной формы, – сказала она и взяла девочку за подбородок. – Разве все это не стоит нескольких слезинок?
«Нет, не стоит», – говорили глаза девочки. Однако ее хорошо вышколили, и она знала, что нельзя высказывать свои мысли вслух. Такое поведение просто недопустимо. Глядя на девочку, Ши По вдруг почувствовала, как ею овладевает безмерное отчаяние. Она ощутила ужас, отвращение и страх. И все это потому, что она поняла одну простую истину: жизнь – несправедливая штука.
Особенно она несправедлива к женщинам.
Забавная мысль, не так ли? И это понимают даже маленькие девочки. Отец Ши По просто обожал ее придурковатого брата, а на нее саму обратил свое внимание всего один раз, когда приказал, чтобы ей перевязали ступни.
Да, она знала, что жизнь несправедлива к маленьким девочкам. И сейчас, став взрослой женщиной, Ши По утвердилась в мысли, что это касается не только девочек, но и всех китаянок вообще. Где, в каком законе написано, что вдова не имеет права выходить из своего дома и показываться на людях? Неужели женщину можно заклеймить позором за то, что у нее нет мужа? Почему китаянка не имеет права получить образование? Кто сказал, что ее главная обязанность заключается в том, чтобы заниматься собственной внешностью и пустыми разговорами? Почему девушкам следует во всем подчиняться своим отцам, братьям и мужьям? Кто придумал, что женщин нужно ценить только за их красоту и покорность мужской воле?
Никто этого не говорил и нигде это не написано, однако все китайские женщины вынуждены подчиняться этим правилам. Просто безумство какое-то! И своих дочерей они учат соблюдать их. Если же какая-нибудь женщина дерзнет хоть на йоту отступить от суровых ограничений и традиций, ее сразу заклеймят позором. И обычно это делают сами же китаянки.
Вот почему жизнь Ши По была такой же скованной и ограниченной, как и ее туго перевязанные ступни. Хотя, конечно, она немного преувеличивала. В отличие от других, Ши По пользовалась определенной свободой – проповедовала религию тигрицы, обучала других женщин этой своеобразной форме свободы и даже могла достичь бессмертия. Только ей одной дали такую свободу. И сделал это ее муж Куй Ю. Он разрешил своей жене заниматься тем, что ей нравится, несмотря на общепринятое мнение, утверждающее, что подобные занятия порочны.
Вот за это она и любила Куй Ю.
Эта неожиданная мысль поразила Ши По до глубины души и стала для нее настоящим откровением. Она любила своего мужа. И эта любовь привязала ее к Куй Ю крепче любой веревки или стальной цепи, помешав ей, известной в Шанхае тигрице, достичь бессмертия. Слишком сильны ее связи с земной жизнью, слишком крепка ее любовь к мужу.
Значит, Куй Ю был настоящей причиной того, что она не смогла добиться своей цели. Он был тяжелым якорем, который тянул ее душу вниз, и для того чтобы вознестись на Небеса, ей нужно просто разорвать то, что ее с ним связывает. Ей необходимо разлюбить мужа, а ему – ее, ведь только взаимное чувство рождает такие прочные связи.
Да, они действительно любили друг друга. И если она хочет успешно завершить дело всей своей жизни, то должна разлюбить его раз и навсегда. Короче говоря, ей предстоит сделать выбор – либо Куй Ю, либо бессмертие. Что для нее важнее? Она не может иметь и то, и другое.
Ши По горько зарыдала.
Девочка растерялась, увидев, что взрослая женщина плачет. Это было так необычно, что она немедленно вскочила на свои перевязанные ножки и, хныча от боли, начала громко звать маму.
Очевидно, ее мать была где-то неподалеку, потому что очень быстро пришла на зов дочери. Ши По даже не успела вытереть слезы. И вот теперь мать и дочь стояли рядом с ней и с таким удивлением смотрели на нее своими темными глазами, как будто никогда в жизни не видели плачущей женщины.
Ши По глубоко вдохнула и закусила губу. Она заставила себя отвлечься от грустных мыслей о муже и успокоиться. И тут мать девочки сделала шаг вперед и решила первой начать разговор.
– Ты – ведьма Ши По из Шанхая, – сказала она.
Ши По покачала головой, чувствуя, что снова может расплакаться.
– Я просто глупая женщина, – сказала она. – Я госпожа Тэн. А как ваше имя?
– У Хэ Юнь, а мою дочь зовут Вэнь Аи.
– У Хэ Юнь? Но вы не… – Ши По замолчала, но было уже слишком поздно. Вероятно, эта женщина была служанкой генерала Кэнга, а не его третьей или четвертой женой. Несмотря на то, что женщина и ее дочь были богато одеты, с таким именем и внешностью хань она вряд ли могла быть женой генерала. Ши По совершила непростительную оплошность, а все потому, что не думает о том, что говорит.
Женщина прижала к себе ребенка, решив, что теперь Ши По имеет полное право относиться к ней с презрением.
– Примите мои глубочайшие извинения, – быстро произнесла Ши По. – Я совершенно не думаю, что говорю. Мой муж болен, и я… – произнесла она, не зная, как ей объяснить, насколько затруднительным оказалось их с Куй Ю положение. – Я здесь чувствую себя такой потерянной… – Ши По поднялась на ноги. – Пожалуйста, расскажите мне, что здесь происходит, – попросила она, коснувшись руки женщины. «Если ей известно, кто я такая, то, возможно, она что-нибудь знает о планах генерала», – мелькнуло в голове Ши По.
– Ты станешь его новой женой, – сказала Хэ Юнь.
– Но я не могу выйти за него замуж. У меня уже есть муж, – возразила Ши По, подумав, что генерал Кэнг не оставил бы Куй Ю в живых и не привез бы его сюда, если бы хотел на ней жениться.
