По теплу твоих объятий
Я хочу утопить тоску в твоем согласии.
Рука Эллиот сжимает мою, и я сжимаю в ответ, пока Джесси играет последние аккорды песни.
Любой может сказать «я люблю тебя»
Видит Бог я уже сказал свою долю
Эти слова причинили тебе боль.
Вина - крест, который я буду нести.
Я потрачу всю жизнь, чтобы показать тебе это.
Я возношу молитву, чтобы назвать тебя своей.
Скажи, что ты моя.
Прошу, просто скажи, что ты будешь моей.
Комната взрывается овациями. Свет на сцене гаснет, и создается впечатление, что то, что мы только что видели, было не более чем оптической иллюзией. Мой пульс болезненно пульсирует в груди, доказывая, что это было реально.
— Ну что? — говорит Джонни мне на ухо.
Я поворачиваюсь к нему и говорю единственное, что имеет смысл.
— Отведи меня к нему.
ДЖЕССИ
Я видел, как она что-то сказала Джонни. Она обернулась и что-то сказала, но что? Бегу за кулисы и вручаю технику свою гитару. Он ведь приведет ее ко мне, да? Или она потребовала, чтобы ее отвезли домой?
Я запускаю руки в волосы и жду у двери. Каждая секунда кажется мне часом.
— Ты справился, чувак, — говорит Райдер из-за моей спины.
— Даже не знаю. Возможно, это было слишком. А что, если я ее спугнул?
Он кивает.
— Вполне возможно.
Я свирепо смотрю на него.
— Ты в буквальном смысле худший друг, который у меня когда-либо был.
— По крайней мере, я честен. — Он засовывает руки в карманы и прислоняется к бетонной стене. — Знаешь, что, будь я геем и эта песня была для меня, я бы выбрал тебя.
— Спасибо, наверное?
— Чувак, расслабься. Она будет здесь.
— Не знаю... а что, если ей стало плохо? Что, если я все испортил? Что если…
Дверь распахивается с такой силой, что стукает о стену, и Бетани вбегает в нее. Ее взгляд встречается с моим, и у меня есть только секунда, чтобы собраться с силами, прежде чем она прыгает в мои объятия. Она обвивается вокруг моей талии, и я хватаю ее за задницу, прижимая к себе, пока она зарывается головой в мою шею.
— Черт, — выдыхаю я ей в волосы. — Я так боялся, что потерял тебя.
Она руками крепче обхватывает мою шею.
— Прости, что я не слушала твою песню раньше. Я боялась, что будет слишком больно.
— Я никогда не хочу причинять тебе боль. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы этого не произошло.
— Папочка!
Бетани отстраняется, когда Бен и Эшли выходят из-за угла гримерки группы.
— Что они здесь делают?
Она смотрит на меня, и когда наши лица так близко, ее выражение шока слишком очаровательное, поэтому я целую ее. Хочу запустить руки в ее мягкие волосы, но не могу, не поставив ее на землю, а прямо сейчас, потребовалась бы команда из двадцати человек, чтобы заставить меня отпустить ее. Ее язык сладкий и шелковистый против моего, точно такой, каким я его помню. Прижимаю ее спиной к стене и наклоняю голову, углубляя поцелуй и трусь бедрами…
— Эй, здоровяк, — говорит Райдер сквозь смех. — У тебя тут ребенок.
Мы отстраняемся с горящими глазами, припухшими губами и прерывистым дыханием. Я неохотно опускаю ее, но держу руку на ее бедре и прижимаю к себе. Черт, как же хорошо рядом с ней. Удивительно, как мне удалось прожить все это время без нее.
— Вы, ребята, участвовали во всем этом? — спрашивает она.
Бен подхватывает Эллиот на руки и смотрит на Эшли.
— Да. Мне очень жаль, Бетани. Я ненавидел лгать тебе.
Моя женщина кладет руку на свое сексуальное бедро.
— Не могу в это поверить, пастор Лэнгли.
Он стонет и качает головой.
— Это было для общего блага. — Его глаза встречаются с моими. — И я в долгу перед братом.
Я крепче прижимаю Бетани к себе.
— Спасибо, Бэнджи.
— Ладно, хватит об этом! А теперь мы можем пойти посмотреть Джей Ти? — Эшли радостно хлопает в ладоши, и Эллиот присоединяется к ней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мы пропустим концерт, — говорю я и смотрю на Бетани. — Правда, детка?
Она поворачивается ко мне так, что ее лоб прижимается к моему, и смотрит на меня, обдумывая и кусая губу.
— Ну, не знаю, я имею в виду, как я могу сказать «нет» Джей Ти…
— Неправильный ответ. — Я подхватываю ее на руки и несу к выходу, пока она хихикает мне в горло. — Конечно же, я должен был влюбиться в фанатку Тимберлейка.
— Ты любишь это.
Я поднимаю подбородок, чтобы Джонни открыл дверь, и прижимаюсь губами к ее губам.
— Я люблю тебя.
Глава 26.
ДЖЕССИ
Джонни подъезжает к частному входу в отель «Ритц Карлтон» в центре Финикса. Он ведет нас через служебный вход к частному лифту и поднимает на двадцать третий этаж.
Предвкушение вибрирует между нами, когда мы подходим к двери, и Джонни достает ключ. Я беру его, и он кивает, прежде чем исчезнуть в лифте.
— Здесь так мило. — Бетани поворачивает голову, оглядывая богато украшенный коридор. — Но знаешь, я бы согласилась и на придорожный мотель.
Я съеживаюсь, но все еще улыбаюсь, потому что почему бы и нет? Рядом со мной женщина, с которой я хочу провести остаток своей жизни в моих объятиях. Сейчас и в обозримом будущем.
— Больше никаких мотелей. — Я распахиваю дверь и жестом приглашаю ее войти. — Я дам тебе всю пятизвездочную роскошь, какую только могу себе позволить.
Люкс тускло освещен. Бутылка газированной воды со льдом и два бокала шампанского стоят рядом с подносом с клубникой в шоколаде. Я бросаю ключ на комод, и мои мышцы сжимаются, чтобы накинуться на неё, но ещё не время. Она заслуживает большего от меня.
— Джесси, это...
— Подожди. — Я закрываю глаза. — Я хочу кое-что попробовать. — Когда открываю глаза, она смотрит на меня настороженно. — Это может показаться странным, но я думаю...
Черт, я не знаю, как это сказать.
— Все в порядке? — Похоже, она чем-то обеспокоена.
— Да. — Я подхожу к ней и откашливаюсь. — Меня зовут Джесайя Эндрю Лэнгли. Я хочу, чтобы ты это знала. — Я так глупо звучу! Так неуверенно. — Я хочу, чтобы ты узнала меня. Меня, который не Джесси Ли.
— Джесайя. — Звук моего имени на ее губах подобен сладкому соблазну. Я всегда ненавидел звук своего имени, потому что его редко произносили с любовью, но в один момент Бетани удается стереть все это и сделать его чем-то другим.
Я закрываю глаза и подхожу ближе.
— Да.
— Мне нравится, — шепчет она, и дрожь сотрясает мое тело.
Я прижимаюсь лбом к ее лбу и обнимаю ее за талию.
— А мне нравишься ты.
— Покажи мне.
Я открываю глаза.
— Показать?
— Не говори это, ладно? Просто покажи.
— Это? Ты имеешь в виду лю…
Она прижимает кончик пальца к моим губам.
— Не говори этого. Покажи мне.
Я втягиваю ее палец в рот, и ее губы раскрываются в судорожном вздохе, когда она смотрит, как мои губы смыкаются вокруг кончика. Я отпускаю его, и она шокирует меня, поднося палец ко рту и проводя влагой по губам.
— Ты невероятно сексуальна. — Знаю, что она чувствует, как я тверд, прижимаясь к ее животу. — Хочу показать тебе, что я чувствую к тебе своим телом, но не хочу, чтобы ты чувствовала, что все происходит слишком быстро.
— Я ждала этого, кажется, целую вечность.
Я хмурюсь.
— А как насчет парня из «Денни»? — Мой пресс напрягается, а позвоночник покалывает от раздражения. Я готов к тому, что она скажет мне, что расстанется с ним, что она делила с ним свое тело. Готов, но это не значит, что мне это понравится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ты что, шпионил за мной?
— Я был одержим тобой с тех пор, как мы познакомились, так что да, у меня был парень, который присматривал за тобой.
