— Ты этого хочешь, голубка?
— Хочу — это сильно сказано, — сузив глаза, отвечает она, — но я принимаю это соглашение.
Его проницательный взгляд пробегает по ее лицу, словно она — код, который он пытается расшифровать.
— Я с нетерпением жду возможности узнать, что именно тебе нужно, Кира. И не сомневайся, я это узнаю. — Его взгляд окидывает комнату, улыбка становится волчьей. — Значит, решено. Мы с Кирой поженимся. И тогда мы все станем семьей.
Из его уст это звучит скорее как угроза, чем как приглашение, но дело сделано. И теперь я должен назвать человека, который менее часа назад был готов меня убить, одновременно и шурином, и тестем.
Это если мне удастся убедить Алю выйти за меня замуж.
ГЛАВА 39
Алена
Покидать Киру было тяжело не только мне, но и всем нам, судя по напряженному молчанию на обратном пути в Москву. Белов заказал для нас личный вертолет.
Напряженность была такой, какой она была, я не думала, что нам стоит оставаться на ночь.
Как бы то ни было, Кира была непреклонна, чтобы мы уезжали. Только после того, как мы попрощались и птица поднялась в воздух, ее лицо опустилось. В ее лицо закралось сомнение. Но к тому времени было уже поздно. Она заключила сделку с дьяволом.
И дьявол оказался моим отцом.
Белов удивительно легко согласился поменять меня на Киру, и, честно говоря, это меня настораживает. Почему он так легко согласился с ее планом? Я понимаю, что у Киры есть свои мотивы, хотя они для меня так и остались загадкой, но Белов? Он — загадка, завёрнутая в тайну, завёрнутая в костюм за десять тысяч долларов. Я не доверяю ему ни на йоту. Но он мой биологический отец, который (как ни странно) собирается жениться на моей лучшей подруге, поэтому я не могу полностью вычеркнуть его из своей жизни.
Но когда мы сегодня уезжали из его дома, я предупредила его, что ему лучше обращаться с Кирой как с королевой, которой она является. Биологический отец он или нет, но я убью его собственной рукой, если он тронет хоть один волосок на ее голове.
Позади меня Лео осторожно проводит мочалкой по моей руке, поднимаясь к шее и опускаясь обратно. Я издаю довольное шипение.
— Я практически слышу, как работают твои мысли, — говорит Лео, издавая легкий смешок.
— Я все еще в шоке, — признаюсь я. — Я и представить себе не могла, что сегодняшняя ночь закончится тем, что мы будем вместе, а Кира будет на всю жизнь привязана к Белову.
— Это безумие. — Он вздыхает. — И если бы я хоть на секунду подумал, что Кира пожертвовала собой ради нас, я бы этого не допустил. Но она предложила себя не просто так.
В конце концов, это все, что имеет значение — Лео и я, двигающиеся вперед без секретов и лжи. Мне было больно слышать правду, которую Лео так долго скрывал, зная, как она пожирала его все это время. Но было бы лучше, если бы он рассказал мне правду все эти годы? Честно говоря, я не могу сказать.
Осознание того, на какие мерзости был способен Серж, до сих пор остается горькой пилюлей, и не только для меня, но и для Джулиана.
После того как мы вернулись в номер, мы все сидели и разговаривали до самой ночи. Некоторые вещи так просто не исправить. Некоторая боль требует своего исцеления. Так уж сложилось. Но мы с Лео договорились оставить тьму в прошлом и двигаться к свету. Вместе.
Теплое дыхание Лео опускается мне на шею, заставляя закрыть глаза.
— О чем ты думаешь? — шепчет он, осыпая маленькими поцелуями мой затылок.
Я смотрю в окно на солнце, поднимающееся над горизонтом.
— Я думаю о том, что пора бы уже поспать. — С тех пор как мы вернулись в номер, мы были поглощены друг другом, и у нас не было времени на что-то еще.
— Сон — для слабых, — шутит он, позволяя своим рукам блуждать по моей груди и под водой. Я вздыхаю, в животе растет тепло. — Прежде чем мы сделаем еще один раунд, расскажи мне, что происходит в твоей маленькой хорошенькой головке.
— Моя голова… — Я закрываю глаза и удивляюсь правде. — Вообще-то там тихо. Это мое сердце шумит. Я не думала, что когда-нибудь увижу этот день.
Он испускает глубокий вздох удовлетворения, и я чувствую ровный ритм его сердца, бьющегося о мою спину.
— Я тоже не думал. Но, черт возьми, я чувствую, что получаю второй шанс на жизнь. — Я поворачиваюсь к нему и вижу озорной блеск в его глазах. — И я хочу сказать… прости, не прости, что испортил твою личную жизнь в Париже.
— Для меня никогда не было никого другого, — признаю я. — Даже до того, как ты их отпугнул. Не помогло и то, что я все еще была влюблена в одного человека из своего прошлого.
— О да, — мурлычет он мне на ухо. — Расскажи мне о нем.
— Он метр девяносто, он горяч как грех, везде татуировки. Хотя у него есть одна татуировка в виде бабочки, которая мне кажется очень милой. У него отличные волосы — густые, темные — лучше всего смотрятся, когда он отращивает их до плеч и… — я поднимаю левую руку из воды, — Я уже ношу его кольцо.
Он переплетает свои пальцы с моими, его большой палец проводит по бриллианту, сверкающему на моем пальце.
— Это очень удобно. Знаешь почему?
— Почему? — спрашиваю я, играя в идиотку.
Он поворачивает меня так, что я оказываюсь на нем, и смотрит в его проникновенные карие глаза.
— Потому что мне было бы очень, очень приятно, если бы ты вышла за меня замуж. Как насчет этого, бабочка. Ты скажешь "да" и сделаешь меня самым счастливым человеком на свете?
— Да! Да, блядь! — Я смеюсь и целую его, а в груди такое чувство, что она сейчас лопнет от счастья. — Единственное, что меня волнует, — это быть с тобой. Но есть еще кое-что. — Потому что на этот раз выбор должен быть за ним. — Если ты хочешь быть частью Козловской Братвы, если это делает тебя счастливым, я не стану лишать тебя этого. Я могу примириться с этим.
— Нет, Бабочка, я готов разорвать эти связи. Андрей мне не отец, он не видит чести в том, чтобы навязывать судьбу тому, кто ее никогда не хотел. Мои братья всегда будут моими братьями, это никогда не изменится, но ты и наше будущее — это все, что для меня сейчас важно.
От эмоций у меня перехватывает горло, и я обхватываю его за шею. Наши языки встречаются, переплетаются, расходятся и снова встречаются. Я не могу насытиться им. Его вкус, его прикосновения, его запах. Не только в этот момент, но и навсегда.
Я хочу раскрыть все его слои, о которых я не знала, — хорошие, плохие, грязные — все. Лишь бы он был рядом со мной в этом сумасшедшем путешествии жизни.
Когда я, наконец, отстраняюсь, он усмехается и прижимается к моей челюсти, направляя мой взгляд на него. Под водой я чувствую, как головка его члена упирается в мое отверстие, и я подстраиваю свои бедра, мое ядро идеально выстраивается, чтобы принять его внутрь. Его голос звучит хрипло, когда он говорит:
— Ты выглядишь чертовски сексуально с моим кольцом на пальце.
Он стонет, его пальцы впиваются в мои бедра, а я медленно опускаюсь на его твердый член, наслаждаясь тем, как он заполняет меня до отказа.
— А ты чувствуешься чертовски хорошо с этим пирсингом в моей киске.
— Бабочка, — шепчет он, его голос густой, — нет ничего, чего бы я не сделал для тебя. Все, что тебе нужно, все, что ты хочешь. Ты моя гребаная королева, и я уничтожу все, что встанет на нашем пути.
Я извиваюсь на его руках, едва успевая произносить следующие слова, теряясь в приливе наслаждения. Я поднимаю руку, закрывая бабочку прямо над его сердцем.
— Я готова к вечности с тобой, Леонид Козлов.
— Черт, ты украла эти слова прямо с моих губ.
ЭПИЛОГ
Алена
3 месяца спустя
— А-а-а, — промурлыкала Аня из-под своего одеяла на песке, ее маленькие ручки потянулись ко мне. Я наклоняюсь, чтобы подхватить ее, и ее улыбка согревает мне душу, когда я кручусь вокруг, чтобы услышать ее хихиканье.
— Спасибо тебе за то, что ты была моей цветочницей, — говорю я ей, прижимаясь лбами друг к другу. — Ты прекрасно справилась.
