Други мои, ну сколько можно вас учить? Вы так никогда ничего не сможете толком расследовать. Обе версии верны, обе! Двойная мотивация в два раза сильнее подталкивает человека что-то сделать.
— Так он отзвонится, как будут новости? — обрадовалась я.
— Ага. Итак, что у нас на завтрак?
— Были йогурты, но сам видишь… — Я показала глазами на шесть пустых баночек возле Пашиной тарелки, и Женька понимающе заржал. Хорошо, что в этот момент принесли традиционный для этой гостиницы омлет.
— Как ты думаешь, — спросила я бойфренда за трапезой, — Михаил помогал Вере устраивать маскарад? На это она и намекала, когда ее уводили?
— Когда я ем, я глух и нем, — проговорил он с набитым ртом.
— А я думала, ты сейчас вспомнишь, что ты охранник! — вздохнула я. — Ну скажи мне, Михаилу ведь тоже выгодно приманивать гостей в отель мистической легендой? Может, он за всем этим и стоит, а? Как ты считаешь? Я же знаю, что у тебя имеется какая-то версия. Ответь просто: холодно или горячо?
Логинов демонстративно опустил взор на еду.
— Нормально, спасибо. Отличный теплый омлет.
Я закатила глаза, но отстала.
В фойе мы наткнулись на какую-то женщину, она заходила, складывая зонт, и просила Михаила о помощи. Даже требовала скорее, но обращалась к нему по имени, из чего можно было заключить, что это не новая постоялица, они явно знакомы.
Миша быстро вышел из-за стойки и помог женщине сладить с непослушным зонтом, называя ее «тетя Олеся». Действо происходило на фоне бюста и портрета Куприна, что выглядело весьма символично.
Мы замерли в любопытстве (на самом деле нам нужен был Михаил для строгой беседы с возможным применением пыточных средств, но сейчас лучше выдавать себя за праздношатающихся постояльцев, проявляющих неестественный интерес к новому лицу), и я стала рассматривать женщину. Энергичная невысокая брюнетка, стильное каре и не менее стильные очки, чуть затемненные. Понятно, что не от солнца она пряталась, если шла с зонтом (сидя в столовой, мы даже не слышали, что начался дождь), но есть такая категория женщин, которые сильно стесняются своих проблем со зрением и вынужденного ношения очков, поэтому выбирают затемненные модели, чтобы хотя бы на улице казалось, что все хорошо. В сочетании со строгим, явно дорогим, костюмом-тройкой делового черного цвета и белой блузкой она походила на типичную бизнес-леди, каковыми их изображает кинематограф. Ну или на мошенницу экстра-класса, пытающуюся за таковую сойти. Не знаю, отчего я подумала про аферистов, наверно, по той причине, что ее черты весьма походили на Бэллу из «Сверхъестественного» — сериала, который мы с Юлькой часто смотрели вместе. Кстати, надо позвонить ей, она вроде тоже что-то расследует, связанное с Кротовыми и мистикой. Я тогда была спросонья и толком не поняла. Может, смерть брата Вениамина Кротова она как раз поехала расследовать? Но в тот день, когда мы созванивались (в понедельник, если не ошибаюсь, то есть позавчера), он был еще жив. Собственно, вот она — мистика!
— Теть Олесь, ты ездила к Ярославу? — спросил Миша, провожая стильную деловую брюнетку по тому же маршруту, по которому совсем недавно отводил фельдшеров, из чего мы сделали вывод, что у Вениамина отлегло, иначе бы его забрали.
— Только оттуда.
— Как Яна?
— Жуткое зрелище!
Они быстро удалялись, и вскоре подслушивать мы уже не могли.
— Она тетя, — сделала я наблюдение, когда они скрылись с глаз, — а он просто Ярослав. Значит, тот, кто умер у них, младший в семье, так?
— Ага, — кивнул Женька. — Я собственно точно не знаю, вроде отец говорил, что у них многодетная семья. Я специально спрашивал, чтобы понять, кто именно владеет этой странной усадьбой, где призраки бегают.
— И кто же?
— Только Вениамин. Он бизнесмен и выкупил это здание, на тот момент разрушенное, и землю у муниципалитета.
— Но у него есть жена? — почему-то спросила я. — И родные дети?
— Нет, жена есть, родных детей нет. Только Михаил. А почему ты спрашиваешь?
— Забей, — отмахнулась я. — Просто собираю информацию. Ну что, общение с Михаилом опять откладывается?
— Как хочешь, — пожал плечами Женька, мол, что воля что неволя — мне все равно. — Я телохранитель.
Паша хмыкнул, тогда я обратилась с этим вопросом уже к нему, как к напарнику, напомнив о том, что он доктор Ватсон при Шерлоке и тоже ведет расследование. Ой, простите, Уотсон.
— Я бы ждал! — Самойлов с уверенным видом уселся в кресло. — Он ответит за все!
— Еще не факт, что он что-то сделал, Паш. Это все догадки. Он посмотрел на Веру, она посмотрела на него… Прикинь, как я в суде буду выглядеть с такими показаниями?
— То, что у них роман, — влез-таки телохранитель в мое расследование, — очень легко доказывается, прекрасно знаешь.
— Да, но не мной! И не прямо сейчас!
Тут вернулся объект нашего пристального наблюдения (как говорят во всех этих англоязычных сериалах — person of interest), и о сомнениях пришлось забыть. Холл пустовал, и никто не мешал нам разговаривать.
— Миша, можно тебя?
— Что опять? Новые поручения? — администратор вздохнул, показывая свое отношение к тому, чтобы безвозмездно помогать сыщикам, даже когда их нанял его отчим, он же его непосредственный начальник.
— Не совсем. Видишь ли, в том списке, что ты мне дал, есть одно имя, и я подумала, что ты можешь что-то вспомнить. Понимаешь, мы связались с этим мужчиной, и он сказал, что имел связь с горничной Верой.
— Что сказал?! — Михаил быстро налился краснотой. — Кто?
— Человек из списка. У вас же только одна горничная Вера?
— Какую связь?!
— Интимную, надо полагать, — пожала я плечами, мол, как еще это можно было расценить.
— Этого не может быть!
— Откуда ты знаешь?
— Знаю и все!
— Ты хочешь сказать, что наш свидетель нас обманул?
— Какой еще свидетель? Ты даже имя не назвала! Что происходит? — спросил он вдруг парней, которые все это время молча стояли рядом, а не меня.
— «Знаю и все», — процитировала его я. — А может, знаешь по той причине, что это у тебя с ней роман?
— Ой, прижали, надо же! — со злостью ответил он. — Ну идите доложите отчиму! Думаете, уволит он меня? Кто еще согласится за копейки тут три должности совмещать! Ему на нас с Веркой молиться надо! С таким количеством работы минимум две горничные нужны. И на Светку тоже. У повара должен быть помощник, который не является также официантом!
Эта буря эмоций немного сбила меня с толку. Мы переглянулись с ребятами, затем я решила прояснить:
— Нет, Миша, мы намекаем на то, что ты убил журналистку, а Вера взяла вину на себя, чтобы прикрыть твой зад.
— Да, очень по-мужски! — встрял Женька и потер костяшки пальцев. Вроде не угроза, но заставляет задуматься.
— Да как вы… — «смеете» он, наверно, хотел сказать, но
