и не стал заканчивать фразу.
В итоге открывать кладовку пришлось мне.
Она оказалась пуста, нижняя часть стены так и отсутствовала, никто из сотрудников органов внутренних дел не догадался прикрыть дыру куском фанеры.
— Кто здесь? — строго спросила я, обращаясь к пустому пространству.
Неожиданно мне ответили.
— Девочки, это вы?
— Да, а это кто? — говорила я уже полнейшие глупости. Могла бы догадаться! Но вся эта ситуация с капитаном Волком затуманила мне мозг.
В дыре показалась темно-каштановая голова.
— Это Зинаида Ивановна, Янина мама. Яночка наконец заснула, и я отправилась к себе в комнату, чтобы ее случайно не разбудить. А что это у вас голоса мужские тут? Неужели все еще допрашивают вас?
Игорь подошел поближе, чтобы через дыру Зинаида могла его увидеть, и кивнул.
— Капитан Волк, да, я все еще здесь.
— Слушайте, я, конечно, все понимаю, убийцу Ярика надо найти и наказать! Вон как моя девочка страдает! Но не мучайте вы девушек так поздно! Уже почти полночь! Придете завтра с утра! Пусть поспят. Ни стыда ни совести, — последнюю фразу она произнесла уже в своей квартире, отстраняясь от дыры, но мы все равно слышали.
Таня прыснула со смеху, Игорь пошел красными пятнами, а я вздохнула.
— Это вы стонали, да? — на всякий случай крикнула я в дыру.
— Да, радикулит проклятый замучил! Мешаю я вам, да, девочки? Сейчас я эту штукенцию прихлобучу как-нибудь, погодите… Ой, тут штырь сломанный лежит… Надо чем-то другим, чтобы наглухо.
Игорь заявил, что поможет, и ушел в их квартиру — через лестничную клетку, не кладовку, — по всей видимости считая, что пожилая женщина не сможет сладить с отверткой и саморезами одна.
Таня шепотом позвала меня на кухню. Оно и понятно — чтобы не услышали враги.
— Уговори его завтра поехать перепроверить алиби бабки.
— Зачем?
— Затем, что я завтра пообщаюсь с Вероникой. Прижму ее. У нас имеются показания Алины, записанные на диктофон.
— Чего?! — для меня это было новостью.
— Да, я по-тихому записала. Я ей включу.
— Зачем?! — странный морок меня все не отпускал, голова никак не хотела соображать.
— Юлек, проснись! Вряд ли они живут одной большой дружной шведской семьей. Вряд ли одна любовница знает о наличии второй.
— Однако о наличии жены она знает…
— Ну что ж ты за наивняк-то такой! — Грачева даже руками всплеснула от раздражения. — К жене не так ревнуют, как ко вторым и третьим любовницам!
— С чего ты решила?
— Да блин, Образец, подумай. Ты не знаешь, как это бывает? «Ой, ты что, я ее не люблю, нас связывают только дети!» — коверкая голос, чтобы придать ему мужские, как ей казалось, нотки, передразнивала Таня каких-то неизвестных мне парней. — Или вот вариант: «Нас связывает только бизнес, мы даже живем отдельно!» А кого поймали на том, что живут вместе: «Мы вообще в разных комнатах спим!» Или вот это, коронное: «Жена больна, я жду, когда она сдохнет!» И бабы верят всему! Каждая думает, что она — единственная, жена не в счет. А тут возникает другая «единственная», сечешь? Она забьется в истерике и выложит мне все!
— Откуда ты все это знаешь? — изумлялась я. — Я имею в виду психологию любовниц.
Таня закатила глаза, но отвечать не стала. Все с ней ясно.
Ставя чайник на плиту (видимо, мы спать вообще не будем этой ночью, стало быть, нужно взбодриться), я спросила:
— Почему же ты хочешь одна пойти к Веронике?
— Потому что я ему не доверяю больше! И не оставлю одного в квартире с нашими вещами! И тем более не доверю ему общаться с подозреваемыми! А если он узнает, что я к ней пойду, то со мной напросится. А мне ролик снимать надо.
— А ты не думала, что с представителем власти она охотнее общаться будет, чем с какой-то дурой, которая лезет в ее жизнь?
Мы вздрогнули обе. В проходе на кухню стоял Волк.
— Боже! — воскликнула Танька громко. — Надо научиться запирать двери!
— Ага. — И он с наглым видом пристроился на табурете рядом с Грачевой.
Я все еще стояла у плиты.
— А за дуру ответишь, понял? — нападала Таня.
— Это я образно, — пошел Игорь на попятный. — То есть она так может думать.
— Скажи лучше, — влезла я, начиная кое-что понимать (хотя даже чая крепкого выпить не успела), — кто тебя приставил к нам? Титов?
Он так запросто кивнул! Ну и ну. Никакой веры мужикам!
— Почему же никакой веры? — вдруг ответил гад и вор на мои мысли. На этот раз я их все-таки произнесла вслух, к сожалению. Ну и пусть. — Вот будем с тобой встречаться, я тебя никогда не обману! А сейчас я лицо при исполнении. Вы тут наплели с три короба, то они дурочки, которые верят в привидений, то они блогеры, то журналисты, то карты памяти почему-то прячут под ковер. Конечно, Титов приставил меня к вам, заметив кое-чей ко мне интерес.
Мы с Таней переглянулись. Интересно, чей? Про нее это было сказано или про меня? Боже, только бы не про меня!
Я почувствовала, что краснею.
— Какой ты гад! — высказала ему Танька.
— Я не гад, я расследую убийство, вам это понятно? Это вам тут шуточки и ролики для интернета. Хотелось установить, кто вы такие.
— Ну и как? — спросила я. — Установил?
— Ага. Прочитал все ваши статейки, нашел канал на видеохостинге, Титову отчитался.
— И нашел карту памяти, — добавила Танька. Он просто кивнул. — Верни!
— Хорошо, только сейчас она проходит как вещдок. Потом всенепременно. А вообще вас не учили, что утаивать от следствия важные улики — это преступление?
— Да, ты говорил мне, я помню.
— Ну так повторю! И хватит самодеятельности. Вдруг ваша эта Вероника реально убийца. Вы не подумали об этом?
— Нет, мы пока думаем, что она могла травить жену своего любовника.
— А если она все-таки убийца и все это спланировала, значит, она довольно умна, соображаете? И ты, Таня, собиралась одна к ней сунуться!
— И что? Мы сами с усами. Совершеннолетняя, паспорт имею, — процитировала она «Интердевочку».
— Этого мало.
— И диплом. Целых два, хочешь?
— Окей, — кивнул он. Чайник громко засвистел, и в этом шуме потонул его очередной вопрос. Или саркастический выпад, уж не знаю пока. Короче, я поскорее выключила чайник, а Таня переспросила. — Я говорю, что за дипломы? Только быстро говори, за три секунды.
Грачева глянула на меня.
— Экономист-менеджер.
Ну да, первое, что ей пришло на ум, это мое образование, ведь она собиралась вначале учиться вместе со мной. Но быстро поняла, что вуз — это не для нее. Она, понимаете ли, будущая звезда, талант от Бога. А зачем таким людям высшее образование?
— Хорошо, — кивнул Игорь. Боже, если я еще
