солнца» в припрятанной бутылке.
— У меня предложение получше.
Девчонка удивлённо вскинула брови, но потом улыбнулась мне во все тридцать два, и, подмигнув, с лукавой мордочкой подставила алкоголю свой до безумия ароматный кофе.
— Ну, так что, раз пошла такая пьянка, может, расскажешь, что я пропустила? А то начну расспрашивать о Хэдеке и вырывать тебе волосы. Кстати, знала, что я нагадала Джея на картах?
Айрис по-добрососедски хихикнула и в одностороннем порядке чересчур сильно чокнулась со мной стаканчиками с уже «ирландским» кофе, невольно выдавая свою подавленную ревность.
— Мы с Джеем не…
Девчонка тотчас импульсивно замотала головой и, игриво состроив рожицу, якобы незаметно прикусила губу, притворившись, что просто обожглась о крутость сваренного кофе.
— Не-не-не, подруга, давай о шоу! Я ещё не настолько пьяна, чтобы говорить о парнях.
На мгновение повисла неловкая тишина, прерываемая лишь на громкие глотки и довольное дыхание холеры, прогревавшей сипловатый голос алкогольным напитком.
— Ну, тогда за наше здоровье!
Подлив ей ещё пару глотков столь необходимого «солнца», я с болью посмотрела на перебинтованные руки…
Пять часов назад…
Канат впивался в ладони, каждым волоском срезая с подушечек пальцев кожу и оставляя на щетинистых волокнах кусочки истрепавшихся лосин. Бёдра немели, с непривычки стискивая спасительную соломинку и обнимаясь с ней, как в последний раз, но…
— Не останавливайся!
Опьянённые беленой, десятки дёрганных фигур, словно орды нежити навалились на стальные прутья, и чуть ли не ногтями расцарапывали ринг, просачиваясь на арену один за одним, пока спасительный потолок всё ещё безнадёжно терялся в блеске ламп и грохоте толпы.
— Не думай обо мне! Ползи!
Надрывисто прокричал Джей, подбросив меня до верёвки с плеч и с болью вдыхая горечь тяжёлой, обволакивавшей пол, белены. Дыхание сбивалось к чёрту артобстрелом из груди, колотя по лёгким, как минимум отдачей дерьмового балтийского кольта, а глаза выжимало из орбит, словно у растянутой резиновой игрушки.
— Не смотри вниз!
Словно нарочно, я тотчас обернулась, а кто-то вовремя дёрнул за канат. Пальцы мигом соскользнули по обжигающим волокнам, едва не сбросив меня в пучину суеты. Ногти покрылись сине-бурой окраской, отчаянно цепляясь за пеньковые пучки, а ладони уже напоминали месиво из крови и свисавших лоскутов опаленной кожи, но…
В полуобмороке пробивая в грудь и горло одному нападавшему за другим, Джей обернулся на мой вскрик, но тотчас получил удар, и…
Отчаянно отгоняя напиравшую толпу, он прокричал мне что-то в последний раз, но…
«Нехватка духа» сломила и его.
Беседа с Айрис …
Не знаю, когда мне удалось стать такой откровенной, оставив позади все наущения братца и привычку озираться, но, видимо, я менялась так же быстро, как и Айрис в отношениях со мной. Первая встреча была совсем не такой, а немножко наглое, стервозное личико холеры сейчас скорее походило на весенний салат из новых для меня сезонных перемен. Словно от зимних оттенков мороженых пельменей, столь же красивая, но грубая мордашка перешла на красные, как помидорки, щёки и напряжённо покусываемые, клубнично сладкие губки.
— Стыдно признавать, заюшь, но я не удивлена.
Айрис постукивала пальчиками по стакану и со всем эмоциональным калейдоскопом, вглядывалась в лёгкую рябь на чёрной глади кофейного нектара.
— Ты о чём-то конкретном?
— Да уж конкретней некуда…
Я всё ещё не понимала, о чём говорила холера, но не решалась надавить с расспросом, дав лишь ненавязчивую взятку парой капель солнца и понимающим молчанием.
— То, что Джей с радостью спас твою задницу, и подсадил на канат, я ничуть не удивлена. Ударить женщину для него плёвое дело, но главное не дать ударить её другим. Конченая логика, но, чёрт возьми, от неё я просто…
Разволновавшаяся девчонка непристойно намекнула на потерю влаги и вскруженную голову, но впервые крепко засмущавшись, залпом опрокинула налитый ей виски.
— Ладно, прости-прости… продолжай.
В сердце моего незабываемого шоу…
В его лице что-то переменилось. Что-то светлое, что с огоньком подсвечивало чертям их бесконечную пляску, в одно мгновение погасло, а на лице проступила остервенелая ухмылка.
Всё больше напоминая зомби, толпа кидалась на него без страха, избивая и калеча, но, когда за канат тряхнуло так, что голова вмиг опустела, я забыла про страх и что было силы, прыгнула вперёд, в отчаянии вытянув руки.
Крик сорвался с губ под мерзкий хруст плеча, а на онемевшие пальцы тотчас с ударом опустилась острая шпилька.
— Брысь! Брысь!
С каждым словом, оголённые зайки на том самом помосте, где плясали в одном белье, с силой наступали на кровоточившие пальцы, но я всё равно отчаянно вцепилась в спасительный помост.
— Да сдохни ты уже! Нас уволят, если ты подымишься!
Очевидно, что с зайками заранее провели беседу, заменив уже уставших девочек на новеньких в ещё чистеньком белье и от того озлобленных на зазнайку из борделя, но, когда каблучок с силой угодил в зубы, носочек туфли окончательно погасил свет ударом о лоб.
А потом лишь мгновение ветра и безвольный полёт…
Из мрака, длившегося, казалось, целую вечность, меня одним рывком выдернула чья-то маленькая, но крепкая рука.
— Держись!
Зажав перила ножками и кряхтя, меня ухватила одна из заек, пока другая с одного удара отправила третью в стоматологию, а четвёртой пояснила за гуманность ударами в живот.
— Помоги мне! Выскальзывает!
Кровь стекала по пальцам, капая на лицо и глаза, но стоило попрощаться с жизнью, как полёт позолоченного орлёнка отменили, ухватив уже вдвоём.
— Слава Богу… успела!
Затянув меня на дощетчатый пол, первая девчушка в спешке обтёрла мои руки, а вторая зайка молча отошла к простенькому рычагу и со скрипом понесла нас к бетонному небу подземного мирка.
— Да кто же вы…?
Губы дрожали, всё ещё не веря в происходящее, но та зайка, что сидела на корточках рядом со мной, на секунду переглянулась со второй и приподняла с лица плюшевую
