госпожа ден Мэй?
Не смотря на риск и закипавшее терпение у нас обоих, я решилась раскрыть козырь, из-за которого, впрочем, меня едва не убили.
— Не знаю, помогает ли пиво, но от самых опасных комаров помогает то, когда одному из них дают напиться досыта. Кажется, это работает с малярийными, но кто знает, сколько найдётся таких желающих…
Я улыбнулась и упершись в стол руками, приблизилась к лицу Айлин.
— Хотя бы ради подруги, я бы не стала рисковать…
Наконец, девчонка не сдержалась и, не смотря на хрупкие плечи и молочную, пахшую медовым мылом, кожу, с силой толкнула меня в плечо, но поймав взгляды всего офиса, вновь мне улыбнулась, якобы просто отодвинув на место.
— Я рискнула ещё тогда, когда намекнула Джейсону, где потерялся один обкуренный в стельку «комарик», с языком во рту его брата, и, если бы не моя подруга, с восторгом рассказавшая, что ты сделала в медпункте, я бы так не поступила. Уж поверь на слово…
Лицо девчонки не выражало эмоций, поблёскивая от усталости и мраморной бледности, но строго и властно выражая всё энергией хорошо поставленного взгляда.
— Запомни, Термополис… пока Айрис будет плакать, а грудастая воровка счастливо скакать в обнимку с пыхатым козлом, я не побрезгую прихлопнуть «комаров».
Как бы то ни было, но до урока оставалось ещё около полу часа, а после разговора с главой видеть кого-то решительно не хотелось. Словно нарочно пройдясь именно там, где мне вчера удалось спастись, я даже про себя не стала вспоминать, как хитроумно Лиам подошёл даже к такой мелочи, как не дать мне нажать кнопку, превратив всё в испытание, которое транслировал сегодня с самого утра, от чего все редкие прохожие оборачивались мне вслед.
— И во что я снова вляпалась…?
Тихонько проклиная всю бесполезность своего престижного статуса, будь то членство в ученическом совете или группке местной богемы, я остановилась у окна и засмотрелась на разноцветный океан, выходящий из зелёной рощицы острова в бескрайние воды озера Гурон.
Наверное, до этого момента жизнь ещё никогда не напоминала мне настолько сложный, великолепно скроенный узор, пестривший тысячами нитей шёлка и парчи, багровея и сочнее тем сильней, чем приближаясь к чёрной полосе. Витиевато и неисповедимо, как вычурная рукодельная фантазия мастерицы и её марокканского ковра.
Казалось, что я успела повидать больше, чем многие за всю свою жизнь, но для меня самой, краски заиграли вновь лишь после того, как на прекрасном изделии завелась моль, а меж истончившихся ниток проступила зеленоватая плесень школьных интрижек и гнильцы, которую не понаслышке ожидала увидеть в садах Версаля или за королевским синим пиджаком.
Где угодно, но только не тут…
— Красиво, не правда ли?
Словно вторя моим мыслям, у широкого подоконника опустилась ещё одна тень с задорным молодецким голосом и грацией фигуры даже в своих тёмных очертания на фоне золотистого рассвета.
— Знаешь, у меня начинает складываться такое ощущение, что ты попаданец из другого мира. Словно знаешь каждый мой шаг.
— А кто сказал, что это не так?
Я лишь усмехнулась и не глядя на парня, пошла прочь по коридору, гордо поднимая голову даже рядом с опасным врагом.
— Уйди с глаз, Лиам, а то я обращусь в полицию…
— Ой, да брось, Тес… ты сегодня какай-то неудобная. Что-то стряслось?
Мальчишка улыбался и даже не смотрел на меня, когда мы спокойно шли по коридорам и неспешно спускались в сад.
Словно наш узкий кружок власть имущих всё ещё крепок и един…
— Неудобно сидеть на бутылке, а я ещё само обаяние, но если ты пришёл закончить начатое, то…
— Заткнись и послушай сюда, девчонка!
Лиам резко перебил меня и ухватив за руку, повернул в сторону учебного крыла.
— Поверь, подруга, я первый, кто соблюдает правила, так что считай это моей уступкой…
Я сама не заметила, как пробежало время за любованием у окна, где к завтрашнему празднику уже готовили наши собственные воздушные шары, но спустя каких-то пять минут, мы уже подошли к классу отнюдь не праздничной математики.
Однако, сейчас я могла думать только о том, кто шёл рядом и неспешно протягивал мне мой тайный телефон и оплаченную квитанцию Детройтской милиции.
— Я — твой друг, Теса и человек слова.
Лиам открыл мне дверь, где уже толпились одноклассники и украдкой взяв меня за руку, вложил в ладонь холодный кусочек металла и стекла.
— Вкладываться в зайчат куда выгодней, чем в корабли. Я знаю, что ты виделась с Дорианом, но этот неудачник так и не смог понять, что его баркасы тонут, если не платить по счетам, а вот за зайку и мордобой кредиторы платят сами.
Было откровенно страшно, но я изо всех сил постаралась не моргать и свысока смотреть на льва, перекусившего цепь и с ухмылкой кивнувшего мне на лысеющего пухляша за учительским столом.
— Поверь, возможность поиметь охреневшую ученицу стоит каждой пенни.
Лиам играючи похлопал меня по спине и опустив за парту, склонился к уху.
— Так что будь милой девочкой, подруга, и больше не пытайся мне угрожать…
Оставшиеся уроки пролетели, словно игравшая фоном музыка, а в сознание меня возвращали только постанывавшие руки и слова заминированной девчонки, которую «никто не связывал», а в клубе «ничего не произошло».
— «Просто очередное шоу», да!?
Нацепив халат и тапочки, я вышла на балкон и, что было мочи, выругалась. Так сильно, что в сердцах аж ударила по перилам, пытаясь остудить буйную голову прохладным ветерком ранней весны и не закричать от злости на то неведение, каким меня укутывали с ног до головы.
И всё же, спустя пару минут, беспокойные пальцы сами собой нашли утешение в Анфоне, с глупой улыбкой поглаживая по смазливой мордашке на заставке, но всё никак не решаясь набрать его номер в надежде, что он позвонит мне сам.
И он зазвонил…
От неожиданности я едва не упустила телефон с балкона, замечтавшись в клубках поднимавшегося пара от чьего-то кофе, но потом прокашлялась и, нарочно подобрав
