Конкуренция с госучреждениями
Когда «Легкий способ» начал демонстрировать очевидные преимущества перед другими методами борьбы с курением, я решил, что люди, находящиеся у власти, – члены правительства, представители служб здравоохранения – начнут высказываться за его широкое применение на практике. После того как я в течение долгих лет пытался привлечь их внимание к моей методике, я пришел к заключению, что их позиция основывалась на факторах, не имеющих отношения к качественным показателям, которые продемонстрировали другие существующие методы борьбы с никотиновой зависимостью. Почему я так считаю?
У меня есть длительный опыт общения с представителями госучреждений, которых курение волновало лишь как аспект программы по здравоохранению и которые считали, что лечить от курения могут лишь профессиональные врачи.
Моя первая встреча с твердолобыми представителями медицины состоялась в Уортинге в начале 1990-х годов, когда местные органы здравоохранения пригласили меня выступить перед врачами-терапевтами и рассказать о методах борьбы с курением. На собрании присутствовали специалист по акупунктуре, гипнотерапевт, эксперт в области бихевиористской теории лечения, конечно же, представитель никотинзаменительной терапии и я.
В ходе своих презентаций выступающие подчеркивали трудности, с которыми сталкивается курильщик, пытаясь бросить курить, говорили о том, что для этого требуется огромная сила воли, и утверждали, что бросить курить можно при условии, что у него достаточно решимости, чтобы положить конец своим страданиям. Насколько мне помнится, ни один из выступающих не давал более 15 процентов гарантии на успех при применении своего метода.
Мне предстояло выступать последним. У меня не было уверенности, что мой «Легкий способ» произведет впечатление на врачей. Одна дама из Министерства здравоохранения, которая предложила мне выступить на этом собрании, уже сообщила всем присутствующим, что меня ей порекомендовали несколько ее хороших знакомых и что, как и им, ей удалось бросить курить. Представитель сторонников никотинзаменительной терапии (НЗТ) тоже честно признался перед аудиторией, что его жена бросила курить с помощью моей методики. Я обозначил преимущества «Легкого способа» перед другими методами борьбы с никотиновой зависимостью: никаких усилий над собой, никаких заменителей или другой ерунды, никаких мук отвыкания от сигареты, никакого лишнего веса или мучительного переходного периода, никакого ощущения того, что праздник без сигареты – это не праздник и справиться со стрессом без сигареты невозможно. Более того, моя методика была недорогой, а в случае неудачи я давал гарантию вернуть деньги. Показатель успеха моего способа лечения составлял более 90 процентов.
По окончании выступления я предложил собравшимся задать свои вопросы. Тогда один мужчина из зала поднялся с места. Я посмотрел на него, ожидая, что он начнет опровергать высказанные мною идеи. Но он заявил, что не увидел, чем моя методика лучше других.
Меня огорчило отсутствие какого-либо интереса в его глазах, но его замечание меня несколько задело. И я высказал ему свое недовольство:
– Полагаю, вы прослушали тех же выступавших, что и я. Все они доказали, как это сложно – бросить курить, какая огромная сила воли для этого требуется, какой это длительный процесс и как при этом несчастливо и мучительно чувствуют себя курильщики. Они также допускали, что шансы бросить курить с помощью их методов невелики: составляют всего 15 процентов. Методика, которую я вам описал, позволяет быстро добиться желаемых результатов, закрепить их и к тому же сделать это очень просто, поскольку не надо для этого прилагать силу воли и прочие уловки. Более того, я гарантирую 90 процентов успешного исхода. Могу понять, почему вы оспариваете мои заявления, но мне совершенно не понятно, почему вы не видите разницы между моей методикой и тем, о чем шла речь в других выступлениях.
Этот врач ничего мне не ответил, и поскольку никто больше не собирался продолжать дискуссию, то мы удалились на перерыв. В течение этой небольшой передышки ко мне подошел еще один врач и сказал, что у меня, наверное, сложилось впечатление, что он и его коллега просто зашорены. Я был с ним согласен. Он объяснил мне, что помочь курильщику бросить курить – это одна из главных задач врача-терапевта, но у врача обычно бывает не так много времени, чтобы изучить другие возможные методы борьбы с никотиновой зависимостью, и гораздо легче прописать метод НЗТ. В любом случае спасти себя от курения может только сам курильщик, и если он игнорирует помощь врачей, то он сам в этом виноват.
Мой младший сын Ричард – врач. И поэтому мне кое-что было известно о том бремени ответственности, которое налагают на него ожидания пациента, о том, сколько ему приходится работать и как много бумаг нужно заполнить, поэтому неудивительно, что многие врачи предпочитают потратить небольшое количество времени, которое у них есть, на то, чтобы помочь пациентам, не занимающимся намеренным разрушением своего здоровья. Часто случается, что врачи мало осведомлены о проблеме курения. Большинство из них совершенно не разбирается в преимуществах и недостатках того или иного способа борьбы с курением. Как бы это ни казалось парадоксально, но врачей принято считать экспертами в этой области. Люди думают, что врачи все знают. Во всех моих выступлениях на телевидении, где среди приглашенных гостей был врач, зрители обращались к нему в конце программы, если им нужна была помощь или они хотели получить какую-то информацию. Конечно, доктор часто рекомендовал никотиновую жвачку, и совершенно очевидно, что он выступал против меня, поскольку я пропагандировал свой «Легкий способ».
Помню, как во время записи одной из таких передач какой-то доктор повернулся ко мне и с укором сказал:
– Ты берешь с людей деньги за то, что помогаешь им бросить курить.
Я беру деньги за свою работу, как и любой другой человек, продающий свои услуги. И мне не за что извиняться. Если бы мы жили в стране, где основной валютой были булыжники, то мне бы пришлось собирать булыжники, как и всем остальным. Некоторое время спустя я узнал, что этому же доктору платили, чтобы он пропагандировал заменители никотина.
Реальность была такова, что врачи работали, имея очень ограниченный запас информации, полученный из государственных учреждений здравоохранения, которые в свою очередь придерживались той или иной политики в отношении курения. В некоторых учреждениях врачи просто рекламировали тот товар, который им поставляла фармацевтическая промышленность. В Великобритании Государственная служба здравоохранения тратит на одного курильщика около 1000 фунтов в месяц. Мы предложили наши услуги Трастовому фонду первой медицинской помощи при Государственной службе здравоохранения за 10 процентов этой суммы с дополнительной прибылью, получаемой по гарантии возврата денег, но нам отказали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
