Читаем без скачивания Не герой - Андрей Максимушкин

Товарищи внимательно слушали рассказ Корбута о его изыскательских поездках. Помотала судьба человека, нечего сказать. В Южной Атлантиде работал, редкие руды искал. Бурил разведочные скважины в долине Амазонки. Та еще работка, в аду и то легче. Даже во внеземелье бывал, изучал древние континентальные плиты на Марсе.

Виктор Николаевич хотел было грубовато намекнуть человеку, время, дескать, идет, нечего лясы точить, но Гельмут Брянский вовремя его остановил. Наблюдавший за разговором со стороны Владмир понял, что не будет жесткого допроса, перед ними не имперский шпион, не агент, а глубоко несчастный человек, так же, как и они, потерявший родной дом, человек, вынужденный бросить все ради своей свободы, ради права быть человеком, а не винтиком чудовищного механизма.

– Скажи, а разве на окраинах, в дальних походах и внеземелье не лучше было, чем в Империи? – полюбопытствовал Брянский.

– Лучше, да все не то. Люди те же. Все норовят за тобой приглядеть, по душам поговорить не с кем.

– Пытался?

– Бывало… – Глеб горько усмехнулся. – Хорошие люди, все как один – чистое золото, да если что услышат неположенное, сразу бегут к душеспасителям. Для твоего же блага. Горят желанием спасти тебя от невосторженности мысли и душевных тягот. Говорят, если вовремя нехорошего человека пролечить, то и лечение легче будет, мозгоправы все быстро вправят как надо и вернут тебя в общество правдопослушным человеком, горящим пользу Империи принести любой ценой.

– А почему Вендию выбрал, а не другую страну? Говорят, у саксов жизнь лучше, войн меньше.

– Я хоть и Корбут, да вендской крови, боярин. Ты понимать должен.

– Понимаю, – кивнул Гельмут.

В этот момент в серьгах бойцов пропищал сигнал тревоги. Время подошло, смеркалось. Кайсаки позабыли про окопавшийся за оврагами вендский отряд, им было не до того, не до расширения горлышка прорыва. Судя по доносящемуся из-за леса непрерывному грохоту, сражение не прекращалось, и противнику до сих пор не удалось прорвать вендскую оборону.

Полусотник Брянский вежливо кивнул Глебу Корбуту, подмигнул давно уже вернувшемуся напарнику пулеметчика и махнул своим людям: пойдемте. Пора и честь знать.

– И что делать будем? – тихонько поинтересовался Владмир, когда они отошли на достаточное расстояние.

– Темна вода во облацех, – буркнул полусотник.

– Это не наш ключ.

– Ключ, только он пока об этом не знает.

– Серьезно?

– Владмир, а ты думаешь, наш изгой не поддерживает связь со своим родом? Землевед и первооткрыватель, марсианский рудознатец вот так забросил науку и навсегда остался простым воином?

– Но в Империи его не ждут.

– Это ты так думаешь, – безапелляционно заявил Брянский. – Империя своих не бросает и не забывает, хочет того человек или нет. Он может вернуться домой.

– И не один.

– А вот это сложный вопрос. Я думаю, не стоит нам самим лезть в Империю, своя голова дороже будет.

– Продолжим разговор после прорыва? – предложил молодой человек.

Полусотник кивнул. Сейчас его занимали совсем другие проблемы, надо было разбираться с делами в сотне и объясняться с сотником Сухманом. Через четверть часа подполковник потребует доложить о готовности к маршу.

Владмир в свою очередь молча переваривал разговор с беженцем из Империи. Да, не так все просто, не так все хорошо, как кажется. Надежды быстро найти выход, путь в родной мир растаяли. А если честно, все это была авантюра чистой воды. Судьба забросила Владмира и его товарищей в мир на самой нижней ветке Мирового Древа. Этакое всеобщее мировое дно, самая нижняя точка, куда все проваливается и откуда выхода нет.

Вот и позиции десятой сотни. За время отсутствия полусотника происшествий не было, противник не приближался, все спокойно. Люди уже жгут костры на дне окопов, подогревают банки с консервами, делят паек. В качестве топлива используется пропитанное огнеметной смесью тряпье и доски. Полусотник Брянский сделал вид, будто не заметил этого вопиющего нарушения правил маскировки. В вечерних сумерках огонь даже на дне окопов дает хороший отблеск, виден издалека.

Товарищи позаботились не только о себе, но и об уходивших с Брянским бойцах. Владмиру тут же вручили четвертинку хлеба и банку тушеного мяса. Десятский, улыбаясь, протянул ребятам котелок с травяным отваром. Что будет впереди, когда удастся перекусить, вилами на воде писано. Не терять времени, набить живот, пока возможность есть. Только сейчас, впиваясь зубами в разогретый на огне хлеб, Владмир вспомнил, что с самого утра ничего не ел.

Четверть часа на сборы. Подполковник Тур решил, что нет смысла оставлять за собой заслон. Противник до сих пор не проявлял интереса к засевшей у него в тылу части, есть надежда, что и ночью не заинтересуется. Венды сняли с позиций пулеметы, ракетометы, огнеметы, выкатили из укрытий тяжелые армейские самоходы, сотни строились в походные колонны. Сначала подполковник Тур собирался прицепить к грузовику единственную уцелевшую гаубицу, но, пораскинув мозгами, решил бросить орудие. Массивная бандура, а ехать придется по бездорожью. Лучше погрузить в кузов тела павших бойцов. С точки зрения венда, это самое лучшее решение – честь дороже оружия.

Ночью сводный полк выступил. Дорогу торили парни из восьмой сотни. За ними шел небольшой караван самоходов и пехотные колонны. Фланговое охранение не выставлялось, только замыкающие. На роль тылового охранения выделили десятую сотню. В этом Владмиру и его товарищам повезло, все тяжелое оружие они передали соратникам, шли налегке. Из груза только вещевые мешки и два пехотных пулемета. Сотник Сухман в категорической форме потребовал оставить его людям хоть что-то способное отбить вражескую атаку.

Небо затянуто облаками. Звезд не видно. На горизонте полыхают пожары. Впереди и чуть левее гремит канонада, за спиной гул кайсацких моторов. Ночь поглотила маленький отряд подполковника Тура. Передовому дозору приходилось тяжело, шли по снежной целине, хорошо еще снег неглубокий, полшага, не больше. Но и этого хватало. Люди быстро выбивались из сил. Скорость движения колонны как у черепахи. Через каждые полчаса марша передовой отряд меняли. Идти в колонне по уже проторенной дороге было немного легче. Правда, при этом бойцам приходилось тащить на себе изрядный груз и постоянно выталкивать застревающие в рытвинах самоходы.

Легче всего было тыловому охранению. Ребята рассыпались цепью в четверти версты за основной колонной. Шли, постоянно оглядываясь. Изредка к ним присоединялись выбившиеся из сил, отставшие от своих товарищи. Таким образом, сотня Сухмана даже росла. Но компенсировалась легкость марша необходимостью в случае чего костьми лечь, но не дать кайсакам догнать сводный полк. Парни понимали, что если им придется принять бой, то шансов выйти живыми почти нет. Десятая сотня обязана прикрыть еле ползущую колонну, прикрыть и все тут. О цене не спрашивали. Это и так ясно.

Темные боги помиловали людей подполковника Тура – бойцы успели выйти к своим до рассвета. Колонна ни разу не столкнулась с кайсацкими разъездами.

Только под утро, когда на востоке, между небом и землей, прорезалась тонкая светлая полоска, бойцы тылового охранения заметили едущий вслед за вендской пехотой конный отряд. Кайсаков было мало, они трезво оценили свои шансы и старались не приближаться к вендам на дистанцию прицельного выстрела. В свою очередь сотник Сухман запретил бойцам ввязываться в бой без особой на то надобности. Вражеский разъезд так и сопровождал вендов, пока голова колонны не вышла к узкой степной речке, за которой укрепились пехотные части вендов.

Все. Вырвались! К вышедшим из рассветных сумерек людям уже бежали посыльные. Командовавший разведкой полусотник сразу направил колонну окруженцев правее, к переправе. Берега здесь были ниже, саперы заранее подготовили удобные пологие спуски на лед. На самой реке намораживали ледяной мост. Видимо, на случай контрнаступления.

Державшие оборону ребята 23-го бронепехотного полка искренне считали, что они на этой позиции ненадолго. Еще пара дней, и кайсаков окончательно разобьют. А посему нет смысла окапываться, лучше подготовить пути-дороги для наступления. К слову сказать, они были правы.

Через три дня знаменитое сражение у Волчьего лога завершилось разгромом кайсацкой группировки. Противнику не удалось прорвать кольцо окружения. Венды вышли к Волге, совершили пару дерзких рейдов бронеходных дивизий по заволжским транспортным магистралям противника, сумели перемолоть во встречном сражении бузулукскую армейскую группировку кайсаков. В марте окруженные между Волгой и Хопром кайсацкие части сдались в плен.

Отставник

Весна вступила в свои права. Буйный, веселый, цветущий, зеленеющий месяц май. Жизнь прорывается отовсюду, захватывает землю, небо, воду, оккупирует все вокруг себя. И солнце светит ярче, и трава зеленее зеленой, и небо над головой голубеет, воздух чистый, прозрачный, как кристалл. В такое время безумно хочется жить.