- Я люблю все сладкое, – шмыгая носом и вытирая слезы, сказала я.
- Вот и хорошо, – он поцеловал меня в лоб, – а теперь мне надо одеться.
- Хорошо, – Гарри нежно стукнул меня по носу, как кнопку. Он подошел к шкафу, надел боксеры и
джинсовые шорты. Гарри взял меня за руку, и мы вышли из комнаты.
- Кто на этот раз звонил?
- Мой отец, - ответил Гарри, и мы сели за стол.
Больше в этот вечер я не расстраивалась, но от переживаний сон был беспокойным.
От лица Гарри
Лулу уснула у меня на груди. В окно светит луна, и горят огни ночного города. Поцеловав в лоб Лулу, я
посмотрел на нее: не понимаю, как я смогу без нее, если осмелюсь уйти. Да она беременна, да я стану
отцом, но я ведь не обязан на ней жениться, правда, ведь? Она же сама сказала, что подождет. Или это
тоже женская уловка?
Еще и наши родители, как они вообще смеют, такое говорить? Не понимаю. Как можно заставить девушку
избавиться от ребенка, части себя.
Лулу повернулась на другую сторону и легла спиной ко мне, а я повернулся к ней лицом. Облокотившись
на одну руку, провел рукой по ее волосам. Это девушка моя, во всех смыслах. Я был ее первым, я отец
этого ребенка и она меня любит. Что мне еще нужно? Работа - не проблема, с моей фамилией меня
возьмут куда угодно. Окончу школу и поступлю в колледж. Она будет у меня всегда, моя малышка Лу… Но
да. Она в каком-то смысле права, чем короче юбка, тем быстрее я бегу за ней и Лулу никогда не прощает
измену. Как она простила тогда? Я люблю ее, но почему я не могу сказать это вслух, смотря ей в глаза? Да
потому что ты трус Гарри. Ребенок – это страшно, ответственно и много чего еще, а если я, если мы не
справимся? Я переместил руку ей на живот. Там часть меня и ее, наша частичка. Я не помню новогоднюю
вечеринку совсем, но может, если бы не он, я больше бы никогда не смог бы к ней прикоснуться: к ее
губам, волосам, телу, увидеть ее улыбку, услышать ее смех. Может все это к лучшему?
Придвинувшись к ней, я вдохнул ее запах - как всегда вкусно пахнет, ее кожа нежная. Думаю, никогда не
смогу отказаться от нее и не вынесу даже мысли, что к ней может прикоснуться кто-то другой. Она моя,
малышка Лу! Я ее, и мне больше никто не нужен. Но смогу ли я выдержать все это? Плач ребенка,
подгузники и что там еще надо делать? Это так трудно, я еще совсем молод для этого. Но Лулу, она
прекрасна. Интересно, какая она будет, когда у нее появиться огромный живот. Я ведь не смогу
несколько месяцев без секса. Кажется, в голове с этим, я уснул.
- Гарри, Гарри, – позвала Лулу. Открыв глаза, я увидел слезы на ее лице.
- Что такое? Что случилось?
- Гарри, мне больно, очень больно! – сказала она, и я вскочил с места.
- Где болит Лу? Что болит?
- Живот болит, очень болит! – я откинул одеяло, встать с кровати и когда посмотрел на простынь…на
моем лице отразился ужас.
- Гарри, это что? Гарри, это мое? – вся простынь была в крови, я посмотрел на Лулу, она начинала
паниковать.
- Детка, потерпи, совсем чуть-чуть я вызову скорую. Детка. Пожалуйста! – она плакала и держалась за
живот. Выбежав из комнаты, по пути набирая номер скорой и назвав адрес, я подбежал к Луи.
- Луи, вставай, Луи!
- Что?
- Лулу плохо, Луи! - он вскочил с места.
- Где она?
- В спальне. Одевайся, я вызвал скорую. – Я побежал обратно в спальню.
- Детка, сильно болит?
Она помотала головой. Быстро одевшись, я дал какой-то сарафан Лулу и помог ей одеться. В комнату
вбежал Луи.
- Сестренка, что с тобой?
- Не-не знаю, это очень больно!
- Пожалуйста, потерпи!
В домофон позвонили, Луи побежал открывать. В дверях появились остальные, а чуть позже пропустили
подошедшего врача.
- Здравствуйте, что у вас? – спросил спокойным тоном врач.
- Не, знаю, она проснулась пятнадцать минут назад, и сказала, что у нее болит живот, потом я увидел это,
– я показал на постель.
- Она беременна?
- Да
- Какой срок?
- Чуть больше месяца.
- Хорошо. Ее надо отвезти в больницу. Кровотечение открылось достаточно сильное.
Мы помогли ей подняться. Мишель и Лиам остались в квартире собрать некоторые вещи для больницы.
Луи, Найл и Зейн поехали за нами на такси, а я остался в скорой с ней. Она все время плакала, а кровь не
останавливалась.
- Лулу, детка, ты слышишь меня?
- Гарри, я боюсь, Гарри!
- Я с тобой слышишь?
Она помотала головой.
Через десять минут мы приехали в клинику и ее отвезли в какую-то палату, меня туда не пустили. Сердце
пляшет в бешеном ритме и, наверное, скоро выпрыгнет. Это все из-за родителей, если бы они не
звонили, то все было бы хорошо. Ненавижу! Никогда им не прощу этого! Никогда!
- Гарри, – позвал меня знакомый голос, я обернулся, ко мне подходили Найл, Зейн и Луи.
- Как она? – спросил Луи.
- Не знаю, меня туда не пускают.
- Что с ней случилось? Из-за чего это вообще?
- Скорее всего, из-за стресса, – сказал Зейн.
- Ей звонил мой отец, а перед этим и ваш, они ее разозлили. Ей нельзя волноваться, – я скатился по
стенке, садясь на корточки, и вцепился пальцами в волосы. Моя голова уже начала болеть. Нет. С ней все
будет хорошо, она сильная, все будет хорошо. Это Лулу, с ней всегда будет все хорошо.
Через полчаса вышел врач, я вскочил на ноги.
- Доктор, что с ней?
- Она отдыхает.
- Можно к ней?
- Да, только по одному, – после этих слов я вбежал в палату и сел на стул около больничной койки.
- Детка, – взял ее за руку и оставил там поцелуй, – малышка, – и еще один, мои глаза защипало от слез.
- Гарри, – она попыталась улыбнуться, но у нее плохо вышло.
- Я так испугался за тебя, ты не представляешь! Я никогда в жизни так не боялся. Детка, я бы не пережил
если бы с тобой что-то случилось!
- Гарри, все хорошо, – слабо ответила она.
- Лулу, я тебя люблю, – охрипшим голосом сказал я, и ее глаза засветились, – очень люблю. Детка, только
не покидай меня, хорошо? Ты обещаешь?
- Я всегда буду… – ответила она и закрыла глаза. Я снова испугался и вскочил со стула.
- Не беспокойтесь, это снотворное. Ей нужен сон.
Как в тумане я вышел из палаты. Парни поднялись со стульев.
- Она отдыхает, – я сел на стул, они с облегчением выдохнули. Через несколько минут, к нам подошли
Лиам и Мишель с небольшой сумкой.
- С ней все хорошо, – сказал Луи, а я снова ушел в свои мысли…
