Лулу, то просыпалась, то отключалась. Врач сказал, что такое возможно из-за сильного стресса, нервов и
все в этом роде. Врачи успели спасти ребенка, но ей стоит еще полежать в больнице, нужно
удостовериться, что с малышом все в порядке, так как она потеряла много крови. Ребята уехали, остались
только я и Луи.
- Что ты решил делать? – спросил меня Луи, когда мы сидели в коридоре больницы.
- Что ты имеешь в виду?
- Я ведь знаю тебя. Ты никогда не засиживаешься на одном месте.
- Ты про это… Я не знаю. Но я знаю точно, что я не хочу уходить от нее.
- Ты сделаешь ей предложение?
- Нет. Не знаю. Я…это серьезный шаг, Лу. Я слишком боюсь облажаться.
- Понимаю, – и снова наступило молчание. – Я думаю, вам лучше пожить здесь до конца учебного года, а
потом решите, что делать дальше.
- Ты оставляешь нам свою квартиру?
- Да, – он пожал плечами, – она моя сестра и я все сделаю ради нее, даже если надо идти против отца.
- Знаю, я тоже сделаю все ради нее.
- Значит, ты не отказываешься быть отцом?
- Нет, Нет, Луи! Я не обещаю, что женюсь на ней, но я ни за что не брошу ее и ребенка, я не хочу быть
таким же, как мой отец.
- Я тоже.
Через несколько минут наступило время посещений, и мы смогли зайти в палату.
- Эй, кнопка Лу, как ты? – спросил я ее.
- Я хорошо, – ответила она, поедая йогурт. Она, в самом деле, выглядела намного лучше. Ее цвет лица
пришел в норму, и улыбка стала более живой.
- Сестреныш, мне пора возвращаться домой. Я приеду к вам попозже.
- Луи…
- Тсс. Не волнуйся тебе нельзя. Я приеду. У меня скоро экзамен и игра, мне надо подготовиться.
Она смешно надула губы.
- Я буду скучать.
- Я тоже, – она поставила йогурт на тумбочку и они крепко обнялись.
- Пока сестреныш и выздоравливай, –поцеловав ее в лоб, он вышел из палаты.
- Во сколько у него самолет? – спросила она.
- Через два с половиной часа.
- Понятно, – она взяла йогурт и съела еще ложечку, – будешь?
- Нет, – у меня появилась улыбка на лице.
- Я домой хочу.
- Я тоже хочу, чтобы ты вернулась домой. Кровать холодная и большая.
- Хазза, ты не представляешь как здесь скучно и не с кем обняться ночью.
Пробыв до конца времени приема посетителей, я пошел к врачу, узнать, когда она может вернуться
домой. Быстро найдя врача, я узнал, что завтра она может поехать домой, при условии, что никаких
стрессов не будет, она будет хорошо питаться и полноценно отдыхать.
- Док, вы мне можете ответить еще на один важный вопрос?
- Да, мистер Стайлс.
- Когда ей можно уже будет заниматься сексом?
- Оу… кхм… думаю, через неделю, можно будет попробовать, если все нормально и ей не будет больно.
- Спасибо Док, – попрощавшись, я поехал домой, и начал убирать в квартире, превращенной в свинарник,
но через полчаса мне позвонили.
- Да, – грубо ответил я и продолжил убирать.
- Гарольд, – это была моя мать.
- Здравствуй мама.
- Сынок. Когда ты вернешься домой? Мы волнуемся за тебя.
- Я с Лулу и я никуда не собираюсь уезжать.
- Ну хотя бы на пару дней ты можешь приехать ко мне и сестре, и пообедать с нами?
- Благодаря отцу, я не могу оставить Лулу ни на минуту.
- Что-то случилось?
- Да мама. После последнего звонка, отец довел ее до истерики, и Лулу попала в больницу.
- О Господи, сынок мы не знали, что-то серьезное? Что с ребенком?
- Ей уже лучше и с ребенком тоже все хорошо.
- Это хорошо. Очень хорошо!
- С чего это ты так радуешься?
- Я переживаю за вас.
- С каких пор?
- Я всегда волновалась за вас.
- Ты хотела, что-то еще узнать? Нет? Все, мне пора, – я бросил трубку. Что им всем надо? Убрав квартиру и
выкинув мусор, я поставил посуду в посудомойку, принял душ и лег спать. Наконец, я первый раз за
неделю посплю спокойно, зная, что с моей девочкой все в порядке.
Глава 42Я вернулась домой, и к моему изумлению там был порядок. Удивительно, но за это короткое время я
полюбила Нью-Йорк, хотя была уверена, что этот город не для меня, здесь слишком много народу и даже
не местных, а больше приезжих.
Гарри был очень милым последующую неделю, все время ухаживал и даже научился варить куриный
бульон. Он дарил цветы каждый день, и я начала его ругать за зря потраченные деньги, но он все равно
настаивал на своем. Через неделю я пошла на прием к врачу, у меня все хорошо и с моим, нашим
комочком все отлично. После приема я вернулась домой.
- Ну как? Что сказал врач? – ко мне подбежал Гарри в одном полотенце, которое еле прикрывает его
достоинство и вот-вот упадет с его бедер, с мокрой головой и босыми ногами.
- Гарри, ты хотя бы полотенце нормально завязал, – усмехнулась я и сняла ботинки с пальто.
- Ну, так что? – он обернул полотенце вокруг бедер, а я невольно закусила губу.
- С нами все в порядке. Мы здоровы, – я направилась в гостиную.
- И теперь мы можем?
- Что можем?
- Ну, это?
- Что это?
- Давай займемся сексом?
-Гарри ты охренел?! – я вскочила с кресла, – я только что пришла!
- Черт, Лулу, мои яйца уже гудят.
- Прям гудят? – на моих губах мелькнула улыбка
- Да. Лулу, у нас с тобой этого не было уже больше двух недель.
- Какая жалость, – я, состроив жалостливую гримасу, сняла с себя джемпер, под ним остался топ.
- Ты издеваешься?
- Нет, – я сняла с себя носки.
- Ты издеваешься, – простонал Гарри.
- Я? Да никогда! – сказала я и сняла топик, его глаза округлились.
- Лулу… – он немного поперхнулся.
- Да? – я сделала невинный взгляд, расстегнула пуговицу на джинсах и молнию. Он немного приоткрыл
рот, моргнув пару раз, а потом молниеносно подлетел ко мне и впился в мои губы. От неожиданности у
меня вырвался стон прямо ему в рот. Руки парня путешествовали по моему телу, он добрался до джинсов
и приспустил их, я помогла снять их полностью и снова прильнула к его губам.
- Только будь аккуратным, – оторвавшись от его губ, произнесла я.
- Хорошо, – от его хриплого голоса перехватило дыхание. Он сорвал с меня нижнее белье, а я с него
полотенце. Гарри прислонил меня к холодному окну и поднял на руки, я обвила ногами его талию, и
Гарри вошел в меня аккуратно, как и обещал.
Этот день, перетекающий в ночь, был очень бурным, мы обошли всю квартиру. Окно, стол, стул, диван,
ванная комната, душ, прихожая, кухня, рояль, спальня.
