дворца Асахия, но дом ничем ему не уступает. Настоящие хоромы.
– Когда его построили?
– В восемьдесят третьем. Я это хорошо помню – про дом широко рассказывали в прессе.
– В таком случае вряд ли я ошибаюсь: деньги на дом Катори запросил у Асахия.
– Тогда все объясняется. Мы в свое время тоже судачили, не Асахия ли помог Катори построить дом, который тот никак не мог себе позволить.
– Возможно, изначально Катори решил просто пошутить. И Асахия тоже подумал: почему бы не выдать ему денег? Однако тогда возле Асахия был кое-кто, кто никак не мог этого терпеть.
– И кто же?
– Каори, разумеется. Она желала единоличного контроля над имуществом Асахия, а эти расходы были вовсе не шуткой. Ей хотелось, чтобы Асахия не просто решительно отказал ему, но и вышвырнул его, порвал с ним отношения. Большие, однако, у женщин запросы.
– То есть Катори и Асахия…
– Вряд ли тут может быть ошибка. Они были парой.
– Ничего себе… А Асахия в прошлом выступал в кабуки… Так что же Катори собирался раскрыть прессе?
– Полагаю, именно эту скандальную информацию. В артистических кругах ведь такое не редкость. А Асахия часто играл роли мужественных самураев. Думаю, Катори рассудил, что журналистов заинтересует рассказ об их порочной связи. Катори ведь был человеком непростой судьбы, с тяжелым детством, так что если ситуация не оставляла выбора, сделал бы что угодно.
– Вот оно как…
– Однако Асахия, очевидно, уступил требованиям Каори. Она убедила его, что если он сейчас даст денег Катори, то будет вынужден делать это всю оставшуюся жизнь. Так Асахия и решился на убийство Катори. Новая любовница пытается вырвать его из лап Катори – так бы я описал произошедшее. У обоих не было ничего, кроме Асахия, а значит, их схватка была ожесточенной. И Катори, и Каори хорошо узнали на собственной шкуре, что такое самое дно жизни. В этом смысле и Асахия был их товарищем по несчастью. Вдвоем с Каори он разработал хитроумный план, а для обеспечения алиби воспользовался собственным сыном-инвалидом.
– Вот это да… – восхищенно вымолвил Фудзитани.
Я был с ним солидарен. Подумать только, сколько же всего таилось в этих записках. А я после первого же прочтения посчитал их творением воспаленного сознания. Словно иллюзионист, вытаскивающий из кулака бесконечные шелковые платки, Митараи один за другим извлекал на свет факты, которые я даже представить себе не мог.
– Теперь, Исиока-кун, нам открылась суть одной из зацепок, что я обнаружил.
– Какой же?
– Реплика Каори «Грязное животное!», произнесенная в адрес Катори – ее соперника в любви.
– Теперь я наконец все понял, – отозвался сбоку Фудзитани. – Вот и раскрылся многолетний секрет Кадзюро Асахия. Но кое-что пока остается неясным. Катори погиб. Сговорившись, Асахия и Каори успешно предали секретаря забвению. Но тогда что произошло с Каори? Она ведь жива и по сей день проживает вместе с Асахия в его дворце в Камакураяме. Она не погибла в Индонезии?
– Да уж, – Митараи кивнул. – Развернула кипучую деятельность: дальновидно обновила трудовой коллектив «Асахия Про», заменила абсолютно всех жильцов «Хайм Инамурагасаки», распродала все имущество Асахия за рубежом, а деньги вручила бывшим сотрудникам компании. Что же это за создание? Призрак Каори? Вопрос весьма сложный. Прямо какая-то окутанная мраком страшилка. Лучше всего было бы встретиться и напрямую спросить ее: «Кто вы такая?» И тогда она ответит, наверное, так: «Я и есть тот гермафродит, созданный Тотой Мисаки». – Митараи снова ткнул указательным пальцем в лоб.
У меня все похолодело внутри от ужаса. Со стороны, наверное, было видно, что я в ступоре. Фудзитани тоже о чем-то задумался.
На какое-то время Митараи ушел в себя, но затем резко встал, стукнувшись коленями о стол, и начал расхаживать по комнате, глядя в пол.
Неотрывно следивший за ним Фудзитани наклонился ко мне и прошептал:
– У вас в книгах много таких сцен. Он и вправду так делает!
Я энергично кивнул. О Митараи я неправды не пишу.
– Фудзитани-сан, у вас есть сейчас при себе копия реестра выпускников школы Асахия по годам? – внезапно спросил Митараи.
– Да, есть… – Фудзитани подтянул к себе стоявший на полу портфель.
– Не могли бы вы прямо сейчас поискать в списке женщину по фамилии Нобэ, родившуюся в двадцатых-тридцатых годах эпохи Сёва или позднее?
– Сейчас взгляну.
– Исиока-кун…
– Да?
– Ты же записал фамилии жильцов «Хайм Инамурагасаки»?
– Большинство фамилий да…
Но не все. Парочку я упустил.
– В таком случае и ты прямо сейчас проверь, нет ли среди них Нобэ.
– Да-да, сейчас…
Достав блокнот, я внимательно прошелся по списку. Тем временем Митараи, сложив руки за спиной, в своей обычной манере молча расхаживал туда-сюда, шаркая тапочками.
Я со своей задачей справился быстро. Список был небольшим, и такой фамилии в нем не было.
– Нет, – покачал я головой. Митараи никак не отреагировал. – Такой здесь нет. А кто эта Нобэ? – Я совершенно не понимал, почему Митараи внезапно назвал это имя. Откуда он его выудил?
Однако Митараи проигнорировал мои слова – лишь взмахнул рукой, словно посылая меня куда подальше.
Фудзитани потребовалось больше времени, список выпускников был длинным. Однако он с поразительным рвением выполнял свое задание. Плавно ведя пальцем по бумаге, он перелистывал одну страницу за другой. Я смирно ждал, пока он закончит.
– Нет, – наконец объявил он, оторвавшись от документа. Тогда Митараи резко остановился. Плечи у него как-то поникли. Кажется, он рассчитывал услышать иное.
– Нет? Значит, наше расследование обещает быть изнурительным. Все-таки дело девятилетней давности… – Пробормотав это, Митараи снова начал расхаживать по комнате. Некоторое время он молчал. Он явно столкнулся с непростой задачей.
– Что ж, придется иметь дело с «Асахия Про»… Но ладно бы они раз за разом отказывали в интервью, так еще и уволены почти все сотрудники, работавшие девять лет назад. Нам уже не найти тех, кто знал, как все было на самом деле. Каори разыграла блестящий дебют… – бормотал Митараи на ходу. – Ну все, сдаюсь. Исиока-кун, как насчет снова поиграть во взломщика?
– Что? – не понял я.
– Пробраться в «Хайм Инамурагасаки», вооружившись стеклорезом и повязкой на лицо, перелезть через ограду дворца Асахия…
– Нет. Эта работа не по мне, – отрезал я.
– Фудзитани-сан, а вы не хотите?
– Я и был бы рад, но когда дело дойдет до разбирательств с полицией, меня из журнала уволят.
Поистине достойный ответ.
– Тогда стоит проверить все клиники в Японии с фамилией Нобэ в названии… Хотя, скорее всего, она просто работает там. Профессор Фуруи сейчас в Европе на научной конференции и вернется через месяц. Не знаю, что и делать… Очень маловероятно, что на этом этапе мы получим ордер на обыск – нам просто скажут, что это бред или фантазии. А если и найдется следователь, который любезно выпишет ордер, то на следующий день его ждет психиатрическое освидетельствование.
Мы молча слушали его.
– Незадача… Однако в этом и кроется причина, почему это преступление не получало огласки
