Г-н секретарь не посмел ослушаться, хоть было заметно, что он чувствует себя некомфортно в отсутствие Ментора Эрке, который перегулял на празднике и болел с похмелья. Заметив, как Филь, не скрывая радости, смотрит на подпись, г-н секретарь спросил:
— Сир, вам такое его лицо ничего не напоминает?
Флав подозрительно посмотрел на Филя.
— Так, хитрая рожа, выкладывай, что скрываешь, — произнес он с угрозой. — Не скажешь, натравлю на тебя эмпарота!
Сжав в ладони свой экземпляр купчей, Филь ответил, чуть не смеясь:
— Вы простили мне все будущие налоги за этот замок!
Флав сделал брови домиком, как делал всегда, когда не понимал сути. Секретарь Клемент вперился в Филя с недоумением:
— У нас нет налога на замки.
— Когда-нибудь будет, — пожал тот плечами. — А Хальмстем — это о-очень дорогой замок! И когда-нибудь мы сполна отобьем себе потери на аренде Хранилища!
Он не выдержал и засмеялся, счастливый тем, что главная бомба, а именно невозможность аннулировать купчую, осталась незамеченной. Клемент неверяще повел головой — как можно так нагло вести себя в присутствии высшего должностного лица!
Флав выглядел очень довольным.
— Ну что ж, — потер он ладони, — тогда за работу… Ты, бездельник, чем собрался дальше заниматься? — он повернулся к Филю. — Клемент советует сунуть тебя в одну из школ Детской Службы, чтобы сделать из тебя человека, но я серьезно опасаюсь за них, у нас этих школ не так много. А хочешь поехать в Хальмстем? Архитектор со строителями уже там. Езжай, поучишься строить!
Лицо Филя вспыхнуло.
— Правда? — не поверил он своим ушам. — Я буду строить?!
— Надо же тебя чем-то занять, — сказал Флав, — пока ты не перекусал весь город от безделья. Можете отправляться туда хоть всей семейкой, только учти, жить там придется в палатках.
Клемент вежливо кашлянул:
— Он умеет читать и писать, пусть займется здесь делом вместо того, чтобы путаться там под ногами.
Флав ни с того ни с сего рыкнул, словно ему наступили на больную мозоль:
— Читать у нас учат, наблюдать — нет! А этот паршивец умеет, хотя думает не головой, а руками. Найди мне сотню таких, и я через пять лет пришпорю Империю не хуже, чем было при сердарах!
Клемент стушевался. Покончив с ним, Флав с разгону обрушился на Филя:
— Учти, тебе не избежать сурового наказания, если ты еще раз ворвешься сюда без приглашения, как в последний раз. Отправлю в Алексу!
— Алекса стоит пустая, — напомнил ему Клемент сдержанно.
— Пусть стоит, — отмахнулся Флав. — Хотя!
У него вспыхнули глаза, словно ему в голову пришла гениальная мысль.
— Черт побери, Клемент, а если мы… А ну, проваливай! — указал он Филю на дверь, и тому не пришлось два раза повторять.
* * *
Через три дня Филь был в Хальмстеме. Вместе с ним сюда приехали Эша и Габриэль. Когда показалась береговая черта, Габриэль ужаснулась, что ничего не изменилось с прошлого октября, но потом стало видно, что развалины уже очищены. Неповрежденные блоки оказались сложены в одну сторону, разбитые — в другую. По сравнению с февралем, когда здесь останавливались Филь, Эша и Ирений, поубавилось палаток: вместо них в поредевшем от вырубки лесу напротив замка стояли пять срубов, потевших на солнце смолой.
Кузня, наименее пострадавшая, была уже восстановлена, из её трубы вился дымок. Рядом с ней возвышалось странное сооружение, похожее на сделанное из остатков парового молота. Увидев, как каменный блок оторвался от земли и поплыл по воздуху, Филь догадался, что Ирений переделал молот в подъемный кран. Разве что без пара — у подножия крана тянули за канат сразу трое человек.
По сколоченному из бревен временному мосту к берегу спускался юноша лет двадцати с черными волосами до плеч, держа под мышкой рулон бумаги. Черты лица его были сухие, сам он был поджарый, а когда открыл рот и сказал что-то одному из охранявших побережье солдат, Филь впился в него глазами.
— Эй, ты откуда? — не удержавшись, крикнул ему Филь по-итальянски. Оглянувшись, юноша направился к ним.
— А ты что, тоже итальянец? — спросил он, подходя. — А вы, сеньориты, откуда такие красавицы?
Он галантно поклонился Эше с Габриэль, и обе девицы расцвели как маков цвет.
— Я из Неаполя, — ответил Филь и сделал паузу, не зная, как ему величать молодого незнакомца. — Вы…ты тоже оттуда?
— О, земляк! — стал он трясти Филю руку. — А ты как здесь очутился? Я — Андреа Триссино, меня наняли для постройки замка. Как вы тут живете, матерь Божья, что случилось с этим местом? Я поджидаю семью владельца, должно быть важный господин. Меня предупредили, что он сегодня приедет.
Он проговорил всё это по-итальянски, но потом заметил, что Габриэль его не понимает, и рассыпался в извинениях уже на языке Империи. Эша, трудясь над испанским последние три месяца, лучше поняла его.
— Мы есть его владетели, — сказала она и представила Андреа всех троих.
На лице Габриэль отразилась досада, что это не она ответила. Глаза архитектора расширились.
— Вы настолько богатые? Святая мадонна! — Однако он сразу скептически прищурился на их незамысловатые одеяния и три скромных сундука на песке. Невзрачную карету, на которой они приехали, уже отогнали в лес. — Э-э, не похожи вы что-то на богачей!
Габриэль сердито пихнула локтем Филя, который в Кейплиге обсмеял её попытки уложить с собой полный гардероб, сказав, что, кроме солдат и волков в лесу, любоваться на неё здесь будет некому.
— А у нас нет ничего, кроме этих камней, — поспешил успокоить Филь. — Расскажи, как там в Неаполе!
Андреа сказал:
— Вечером, сейчас завал работы. Надо еще мои планы рассказать, в смысле, тебе и рассказать! — рассмеялся он. — Слышал, что требуется построить к зиме часть корпуса с казармами и подвести под крышу ваше Хранилище, но как вы это успеете, ума не приложу. Правда, император Флав обещал какой-то скрепляющий раствор собственного изобретения, он якобы поможет облегчить кладку.
Заметив, что Габриэль с Эшей сразу заскучали, он сменил тему:
— Вот что! Я сейчас вас устрою, а потом мы с тобой всё обговорим, идет?
Он проворно обернулся и замахал рукой коренастому сержанту, зевающему неподалеку.
— Эй, Денард, окажи услугу, дай двух солдат перенести эти сундуки в мой шатер! Сеньориты, — Андреа поклонился в очередной раз, — я отдаю его вам!
Обняв Филя за плечи, он повел его к кромке леса, где в стороне от бревенчатых бараков на поляне среди сосен был разбит просторный разноцветный шатер, а шагах в двадцати от него стояла одинокая палатка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
