«Генерал Корнилов», «Генерал Алексеев», «Иоанн Калита» и «Единая Россия», а также и одна площадка бронепоезда «Офицер». Бронепоезда все время менялись, наши же стрелки и орудия оставались бессменно на позициях, защищая участок протяжением до 20 верст, и к концу марта здесь осталось в строю лишь немногим свыше 50 стрелков при одном орудии 3-й Дроздовской батареи. Мобилизованные местные жители оказались ненадежными бойцами и постоянно дезертировали, уходя назад в свои деревни, которые занимались красными. В ночь на 31 марта дезертировало 23 мобилизованных.
Все время, находясь в Каменноугольном районе, части Дроздовского стрелкового полка, как правило, действовали следующим образом: обычно батальон или отдельная рота располагались в железнодорожных вагонах, вперед высылая дозоры и наблюдателей. Особенно этого образа действий придерживался генерал Туркул{146}, командуя в то время батальоном. Он держал свой батальон в кулаке и этим кулаком наносил, где было нужно, сокрушительные удары противнику. Конно-горная батарея действовала с офицерским конным полком. Отдельные взводы и даже орудия Дроздовской артиллерийской бригады часто придавались другим частям не только 3-й дивизии. Конный Дроздовский полк, находясь на левом фланге Добровольческой армии, с гвардейскими частями весной отошел в Крым, где и участвовал в боях на Ак-Манайских позициях.
С наступлением весенних дней частые дожди превращали дороги и пахоть в липкую, вязкую грязь, очень мешающую при маневренной войне. На всех полях в районе боев, после многочисленных сражений, валялись в большом количестве осколки от гранат, шрапнельные стаканы и ружейные гильзы. Все кругом было густо покрыто воронками от разрывов снарядов. По полям носились, после выстрелов или разрывов, как угорелые зайцы, бегали и выли раненые собаки. В воздухе, с начала перелета, пролетали утки, гуси, дрофы, лебеди.
К 1 апреля красные подтянули на участок фронта, занимаемого 3-й дивизией, много артиллерии, среди которой было немало орудий крупного калибра, и с начала апреля вели постоянно весьма сильный артиллерийский обстрел, после которого обычно пытались, сосредоточив крупные силы пехоты, наступать, но без особого успеха. Особенно подобные их действия были в районе Скотоватая — Ясиноватая. Возле станции Каменская донцы вновь имели успех, захватив 20 орудий, 52 пулемета и взяв в плен до 1000 человек. Генерал Шкуро со своим отрядом взял город Мариуполь, где в числе военной добычи оказались 27 орудий и бронепоезда красных.
4 апреля, в теплый и ясный весенний день, когда в воздухе раздавались трели скворцов и летали жаворонки, загремели орудия красных и они большими силами повели наступление на участке дроздовцев. Красная конница вскоре стала справа обходить наши части, которые принуждены были отойти, но на другой день дроздовцы сами перешли в наступление. Удачным попаданием гранаты 4 8-линейной гаубицы в площадку бронепоезда красных на ней произошел взрыв снарядов, и она начала гореть. Красные отцепили ее, и поврежденная площадка, на которой продолжались взрывы снарядов, покатилась под уклон к Авдеевке, вызвав там у красных громадную панику. К вечеру и станция, и село Авдеевка были заняты дроздовцами. 6 апреля многим удалось побывать в церкви на заутрене.
На Пасху обозначилось наступление красных на Юзовку, которая и была ими занята 9 апреля. Под Горловкой также разыгрался бой, в котором солидно попало немцам, бывшим военнопленным, сражавшимся на стороне красных.
Весь месяц апрель продолжался танец на месте. В конце апреля красные сильно нажали, наши части стали медленно отходить и одно время даже была под угрозой Иловайская. 27 апреля приезжал в Иловайскую командующий Кавказской Добровольческой армией генерал Врангель и, обращаясь к войскам, он, кроме другого всего, сказал:
«Я слыхал ваш стон. Я знаю, как тяжело вам приходится в этой борьбе, но помните, что врагу еще тяжелее, потому что этот враг — презренный враг. Он за своей спиной имеет разоренную страну, которая его проклинает. Вы же имеете за собой родные села и станицы, которые вас поддержат. Держитесь, орлы. Через короткое время я обещаю сменить вас новыми, свежими силами…»
4 мая, опять наступая, красные отрезали было путь отступления нашему бронепоезду «Генерал Алексеев», заняв Моспино, но нашим ответным контрнаступлением они были выбиты из Моспина, и тем самым бронепоезд был спасен. На участках фронта были обнаружены части, состоящие из китайцев.
Наметился перелом в нашу пользу, и уже 9 мая добровольцы начали медленно продвигаться вперед и днем 10 мая заняли Дмитриевск. Красные отходили, оказывая упорное сопротивление. 12 мая наши части повели наступление на многих участках фронта, а генералом Шкуро в тылу противника были заняты станции Юзовка и Авдеевка. После этого наши части без всякой особой задержки вышли на линию Ясиноватая — Скотоватая. Красные, не ожидая нашего наступления, не успели эвакуировать Ясиноватую, от которой отходили густыми колоннами. Зайдя в тыл, наши наложили на рельсы железной дороги кучу шпал и рельс. Поезда двинулись из Ясиноватой, но, когда 3-я батарея дроздовцев открыла по первому уходящему поезду огонь, он ускорил ход и, не видя баррикады на рельсах, налетел на нее. Передние колеса паровоза перескочили через первые шпалы, потом все там перепуталось. Поезд дальше не мог двигаться ни вперед ни назад. Вслед за ним вскоре со станции двинулись бронепоезда красных и, подойдя к месту аварии поезда, стали метаться взад и вперед. Они отстреливались еще часа два-три, но потом принуждены были сдаться. Один матрос стрелял до последнего, и его из револьвера убил полковник Манштейн, будущий командир 3-го Дроздовского стрелкового полка и в Крыму командующий Марковской дивизией, при прорыве Буденного. На одном из захваченных бронепоездов, а именно на «Военных моряков Балтийского флота № 2», была следующая надпись: «Никто не даст нам избавления, ни Бог, ни царь и не герой. Добьемся мы освобождения своей лишь собственной рукой». Довольно оригинально для моряков-коммунистов.
Всего было захвачено в Ясиноватой три бронепоезда и семь больших железнодорожных составов, груженных имуществом, а на платформах одного из них и два броневых автомобиля. Там же в Ясиноватой попал в плен штаб одной из частей красных. Продвигаясь дальше, наши части к вечеру заняли деревню Землянку, а на другой день, 13 мая, днем вошли в Скотоватую, и теперь знаменитый «желтый» бугор впереди нее был занят почти без сопротивления. 14 мая была занята Горловка, а 15 мая в руках дроздовцев оказалась и Никитовка.
Никитовка — большая узловая станция. Большевики здесь успели взорвать два железнодорожных моста и тем самым преградили путь на несколько дней нашим бронепоездам.
