— Не старайся, Сандера, — вновь просчитал мои действия тиронец, разглядывая целую и невредимую руку и брезгливо отдирая остатки обгоревшего рукава. — У мальчишки мощный ментальный блок, я не намерен тратить на него время и силы. Риннар, если не хочешь, чтобы я случайно ее задел, — отпусти. Тебя я все равно убью, выбирай, должна ли пострадать при этом Санни.
Я поморщилась — специально ведь из себя выводит, какая я ему «Санни»?! — и накрепко вцепилась в Ринна, прижавшись к нему. И пусть Вердиш теперь попробует меня не задеть, да. Я нужна ему живой и, подозреваю, здоровой; мне же нужен живой и здоровый Ринн, и лишь на таких условиях я готова выполнить уже обещанное.
Каково же было мое удивление, когда Ринн сам разжал мои руки и шагнул в сторону.
— Нет! — крикнула я, метнувшись за ним так, чтобы закрыть от Вердиша. — Ты не понимаешь!..
А в следующую секунду у тиронца лопнуло терпение, и стало ясно, что до сих пор он всего лишь играл. Меня отнесло к стойке и словно невидимыми цепями к ней приковало, Ринна приложило о стену с такой силой, что он не устоял на ногах. И, судя по всему, дожидаться, когда противник встанет, Вердиш не намеревался…
Сердце колотилось в горле, и я даже дышать не могла, не то что кричать. Я знала, что будет дальше. Вердишу не нужны проблемы, а у меня нет ментального блока. Я забуду обо всем, что здесь произошло. Возможно, что и о Ринне забуду, будто его и вовсе не было в моей жизни. Тиронец ничем не рисковал. Я же теряла все… Прямо сейчас теряла — и не могла это предотвратить!
Но прежде чем произошло непоправимое, в разгромленном обеденном зале постоялого двора вспыхнуло солнце. Ослепило до слез, заставило зажмуриться и отвлечься… И когда перед глазами прояснилось, я увидела, что с лестницы медленно спускается леди Геллея. Настоящая, не призрачная… и почему-то сияющая. Сияли золотисто-рыжие волосы, сияла алебастровая кожа, сияли синие глаза… и даже белое простое платье. Вся ее фигурка излучала свет, живой, теплый, притягательный. И невидимые оковы растворились, позволив мне двигаться, чем я и воспользовалась, осторожно перебравшись к Ринну, который едва пришел в себя. Больше ни на шаг от него не отойду, что бы сейчас ни случилось!
Вердиш моего маневра не заметил. Он вообще ничего не замечал, кроме Геллеи, идущей прямо к нему. И в ярком, но вместе с тем мягком свете фигура тиронца казалась смазанной, неправильной. Незаконченный, испорченный набросок с пятнами чернил и рваными, неровными линиями…
На это ли с таким вниманием смотрел мэтр Вилгош?
Геллее тем временем оставалось сделать лишь пару шагов… Вердиш сам преодолел их, протянул руки, и гордая леди не уклонилась, подалась навстречу, провела ладонью по его щеке… И поцеловала.
Время вновь стало неприятно густым и вязким, но на этот раз мой дар был ни при чем. Чуждая, но уже знакомая сила заполняла все вокруг, мешала дышать, подавляла… Когда она мирно плескалась в берегах источника старого кладбища, не казалась такой… всепоглощающей. Свет покидал Геллею, наполняя Вердиша, и я начинала понимать, что происходит. Я видела, как меняются изломанные линии «наброска», как растворяются явно ненужные «пятна», как линии складываются в нечто правильное, подчиненное законам природы и магии…
Привычно полупрозрачная леди Геллея отстранилась, грустно улыбнулась с недоверием прислушивающемуся к себе тиронцу и, прошептав:
— Я отпускаю тебя, — вновь прильнула к его губам.
Всего пять ударов сердца — и Береан Вердиш осел на пол, прижав руку к сердцу и улыбаясь так светло, словно счастливее его в мире никого и никогда не было.
Он уже не дышал.
По бледным щекам призрачной девушки бежали настоящие слезы. Она опустилась на колени, неуверенно провела прозрачной ладошкой по светлым волосам тиронца, словно не до конца осознала, что его больше нет.
Признаться, я тоже в это не верила. Неужели все действительно кончено? Неужели я свободна?
Так просто?..
Или же вовсе не просто?
— Я с вами раньше времени в могилу отправлюсь, — пожаловался мэтр Вилгош, спустившись с лестницы.
Он был бледен до синевы, и ноги его явно не держали, но вместо того, чтобы присесть, некромант подошел к застывшей возле Вердиша Геллее и осторожно коснулся ее плеча. Она обернулась, вскочила и уткнулась мэтру Вилгошу в плечо.
— Тише, тише, — пробормотал он, обнимая рыдающую девушку. — Он хотел покоя… Ты не виновата. Санни, Риннар в порядке? — не отпуская Геллею, спросил мэтр.
— В полном, — отозвался боевик, попытался встать и вновь привалился к стене.
Поймав его настороженный взгляд, помочь я не рискнула. Хотя безумно хотелось — подойти, прикоснуться, обнять его… Но, судя по поведению Ринна, у меня не было на это никакого права. Видимо, я не ошиблась в своих рассуждениях: предательство есть предательство и ничто так и не смогло его оправдать. А потому пришлось сдержать порыв.
Ринн окинул меня еще одним непонятным взглядом и усмехнулся со смесью злости и горечи.
Не простит. Никогда не простит, что бы я ни сделала, как бы ни пыталась все исправить…
Мэтр Вилгош, все еще баюкающий всхлипывающую Геллею, закатил глаза и пробормотал нечто весьма нелестное в адрес каких-то слепцов — я не разобрала, да и не пыталась особо.
— Так, детишки, — уже громко сказал некромант, — подозреваю, что сейчас здесь будет весело, так что все расспросы отложим на потом. Убирайтесь-ка отсюда… Да хотя бы вещи Санни соберите пока. А я разберусь…
— Здесь мэтресса Рассен, — вспомнила о важном я. — Только я давно ее не видела и не знаю, где именно она находится… Но нельзя же ее оставлять!
— Соблазнительно, но неосуществимо, — печально вздохнул мэтр Вилгош, которому иногда доставалось от помешанной на порядке и ответственности коллеги. — Идите, только быстро. Ринн, предупреди своих о приезде. Санни, вещи. Геллея… проследи за ними, хорошо? Как только управитесь, тихо, не привлекая внимания, спускайтесь и выходите во двор. Если что, подождете меня там. Все ясно?
Мы одновременно кивнули и направились к лестнице. Молча, не глядя друг на друга. И если бы не прохладная, полуосязаемая ладошка, сжавшая мою ладонь, не поручусь, что мне удалось бы сдержать слезы.
С вещами я справилась быстро — да и было бы с чем справляться, я их и не распаковывала. Подхватила легкую благодаря амулету сумку и в сопровождении задумчиво-грустной Геллеи вышла в коридор, где ждал Ринн. Он как раз прятал в карман куртки крошечную шкатулку чаро-почты. Окинул меня быстрым взглядом, отнял сумку и зашагал вперед, не оглядываясь. Сжав кулаки и несколько раз глубоко вздохнув, я поспешила следом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
