исчезнув из поля зрения коренных обитателей Дорина, родины кел-доров. Они советники, тайное правительство, но никак не воины. И уж тем более они не стали бы отправлять даже замшелого ученика искать знания о Силе по всей галактике, где недавно прошли чистки и охота на джедаев. Впрочем, жители отдаленных миров, за пределами известной галактики, этого не знают. И вы не знали.
Ромул напрягся, а по его лицу заходили желваки.
— В связи с этим, логично будет предположить, что ваша родина находится за пределами известного пространства, — продолжил я. — Там, где толком не знают о том, что происходит в большей части галактике последние… Скажем лет тридцать или около того. Ваша повязка на руке, — я указал на небольшую тесемку с крохотным медальончиком, болтающимся вокруг левого запястья и выглядывающий из-под шоковых наручников, — это дешевый сувенир из космопорта Корусанта. Настолько дешевый, что его нет смысла даже подделывать и продавать в других мирах.
— А вот тут вы как раз ошибаетесь, — усмехнулся Ромул, встряхнув запястьем. — Эта штучка как раз куплена не на Корусанте.
— О, я не говорю про медальон, — пришлось заверить его. — Я про тесемку. Видите ли, ценность этого сувенира как раз заключается в том, что несмотря на его дешевизну, подобный материал используют только продавцы на Корусанте. Потому что рынок контрафакта не будет тратиться на дорогой материал тесемки. Они предпочитают использовать дешевый аналог, который теряет насыщенность цвета из-за соприкосновения с потом человека. Ваш этого не сделал, несмотря на то, что по внешнему виду он отнюдь не новый.
— Не понимаю…
— Все просто. Вы были на Корусанте. Вы купили там этот сувенир, как и любой приезжий, которому хочется оставить знак на память. Стоит он на пару кредитов дороже подделки, но в ГолоНете такой не купить — затраты на торговлю оригиналами таким образом не оправдывают торговые расходы. А уж тот факт, что вы называете Корусант «Корусантом» подчеркивает, что базовый язык для вас пусть и родной, но, как и во всех общинах, замкнутый. Нет примесей сленга и динамики языковой структуры, присущей обществу, контактирующему с другими видами известной части галактики. В противном случае, вы не пытались бы произносить нечитаемые гласные в названии. Вот и второе подтверждение удаленности вашей родины.
— И что дает вам это знание? — поморщился Ромул. — Что у меня была пара лишних кредиток с десяток лет назад?
— Отнюдь не пару лет, — сказал я. — Дело в том, что это такими сувенирами торговали лишь во времена Старой или Новой Республики. При Империи Корусант носил отличное название. И наименование столицы на сувенирах наносилось соответствующее. То самое, что имеется на вашем, — пояснил я, глядя на то, как Ромул вглядывается в крошечные буквы ауребеша. — «Центр Империи». Вы были на планете во времена Империи. И прилетели туда с целью обучиться в Ордене джедаев. Однако, прознали о печальной судьбе хранителей мира и покинули планету. Более того, вы даже не прошли дальше первичной таможенной зоны, потому что в таком случае вас не заинтересовали бы дешевые сувениры. Думаю, в зоне карантина вы узнали что Империя проверяет всех прибывших на чувствительность к Силе с помощью специальных сканеров. Но, что более вероятно, вы видели, что стало с тем, кто ей владеет. Думаю, при вас убили одного из членов Ордена, что решил вернуться в развалины.
Ромул поморщился, но промолчал.
Оно и лучше. Меньше разговоров, больше результата.
— Продолжим. Ваш мир далек, но быть может это даже не планета, — сказал я, видя как заинтересовался Ромул. Аурелия же смотрела на меня таким взглядом, будто ей не хватало поп-корна. — Возможно было бы предположить, что вы член пиратской организации «Огненная цепь», среди которых большое количество одаренных. Действуют они в Неизведанных Регионах, где их посредственные знания воспринимаются как великая сила. Но, дело в том, что они не выбираются из своих регионов ради обучения. Им просто это не нужно. Да и тем более, что сейчас среди них бушует гражданская война, которая продлится еще не менее тридцати лет. Куш слишком велик, чтобы сдаваться, а укромных мест и тайных баз в тех регионах полно. Нет, вы не из их числа.
Ромул посмотрел на Аурелию. Отлично, он уже чувствует себя неуютно.
— Леди Мейлис, чувствовали ли вы в нашем госте Темную Сторону? — поинтересовался я.
— Да, — согласилась она. — Он неплохо использует Молнии Силы.
— А следовательно он не может быть членом организации Приобретших или Кратхаусов, скрывающихся в отдаленных частях галактики, — заключил я. — Ибо они используют лишь Светлую Сторону Силы и тщательно следят за тем, чтобы их ученики не приобщились к Темной Стороне. Не идут на самостоятельные контакты с миром и к дополнительному познанию не стремятся. А еще у них нет технологии космических перелетов, к чужакам они относятся с подозрением.
— Хотела бы я знать источник вашей осведомленности, — проворчала тихо полукровка.
Да, к сожалению, раскрыть его я не имею права. Конечно, если не хочу отправиться в комнату с мягкими стенами.
— В некоторой части вашего рассказа можно сделать неверный вывод, что вы могли бы быть частью культа, известного как «Священники Ценностей», — сказал я. — Они тоже проживают на отдаленных территориях, не контактируют с галактикой. Но и за пределы своего мира не стремятся.
— Всегда найдется тот, кто пойдет против правил, — холодно заметил Ромул, отчаянно хватаясь за соломинку.
— О, соглашусь, — кивнул я. — Проблема вашей версии в том, что Священники Ценностей предпочитают иметь дело с металлом и технологиями, а не с природными явлениями. И в их закрытой общине нет ни малейших причин развивать подобный дар. Так что, попытку обмануть меня, я вам не засчитаю. Но, вы можете попробовать причислить себя к учению Сумеречных учеников с Диспета, благо что сектор Варана, в котором находится планета, располагается далеко за пределами известной части галактики.
— Но это предложение вновь ловушка, — улыбнулся Ромул. — Ведь Сумеречные ученики, называющие себя правильно: «Ученики Сумерек» в честь своей основательницы по имени Сумерки, не занимаются работой по найму. И тем более не пойдут на службу к преступному синдикату.
— Ведь их цель — защита слабых от произвола сильных, — закончил я мысль. — И действуют они только в своем секторе и ряде соседних. А их идеологическая подготовка столь сильна, что перебежчиков
