Багровые разводы - кровь? Ей было не разобрать, а пробовать стекло на вкус не хотелось, но в эту секунду Орлана знала точно: кровь.
Просидев над разбитой баночкой несколько минут в оцепенении, она и правда почувствовала во рту солёный привкус. Оказалось, до крови искусала губу, и не заметила сама. Орлана принялась заворачивать осколки в бумагу, осторожно прилаживая каждый край так, чтобы не разбить остатки ещё сильнее. Когда дело было закончено, она швырнула получившийся комок в корзину и уронила голову на руки.
В дверь лаборатории осторожно постучались, но Орлана не ответила. Хоть голова и гудела, она занялась остатками бумаг. Рутинная работа успокаивала. Должна была успокоить.
Мелькнувшие в записях знакомые фразы заметила не сразу, только в подсознании мелькнуло: 'Освещение. Одна минута. Хлопнула дверь'. Орлана принялась перебирать уже сложенные в стопку листы заново. Закорючки Луксора трудно было разобрать, и пальцы скользили по бумаге, то и дело норовя пропустить пару листов.
Наконец, она нашла: несколько слов, выведенные посередине чистой страницы. Перечёркнутые несколько раз, они всё равно остались хорошо видны. Стрелки в одну сторону и в обе, несколько раз переписанные слова, будто он мучительно размышлял, пока изображал всё это.
Орлана сложила найденный лист пополам, потом ещё пополам и поднялась. Шпионская операция дала даже больше, чем она ожидала.
Сегодня Орлана надела платье из малинового шёлка, с широким поясом, с широкими рукавами и с вырезом, обнажающим ключицы. Она сегодня распустила волосы и в первый раз отложила в сторону тёмные краски для ресниц и губ. Но оказалось, что нервный румянец на щеках проступает даже сквозь пудру, а в ярком платье хочется спрятаться от взглядов - куда привычнее чёрное, простое.
Она надеялась, что сегодня пойдёт за Эйрин, а оказалось, что идти не за кем. Стоя посреди пыльной развалины, Орлана жалела ещё об одном - что взяла с собой Аластара. При нём не ударишь кулаком по обрушенной стене из белого камня. При нём даже не припомнишь пару демонов - самых жутких, чтобы послать к ним всё мироздание.
Проходя по комнатам, она нашла на полу одной широкую зелёную ленту - ленту Эйрин, - а её самой не нашла. Орлана испытала нездоровое желание обойти здесь всё, измерить шагами тропинку, уходящую в лес, спуститься к мосткам, потому что здесь везде ходила её дочь.
- Когда они ушли? - Голос явно дрожал, слишком явно.
Потому что Аластар даже помедлил с ответом.
- Вчера вечером мне доложили, что они ещё здесь. Значит, они ушли ночью или ближе к утру.
Орлана вышла из развалины и направилась к остаткам пирса. Высокая влажная от росы трава обнимала её щиколотки точно так же, как обнимала бы ноги Эйрин. Орлана думала, как каждое утро её дочь спускалась к реке, чтобы умыться, и не могла перестать думать об этом.
- Уходите в замок, я вернусь сама, выдала Орлана и уселась на столбик, оставшийся от мостков.
- Что ещё произошло, моя императрица? - Аластар остановился слева от неё, обхватил пальцами одной руки запястье другой, и руки его были в красных перчатках - работа.
Она долго молчала, щурясь на солнечные блики на воде. Здесь Сантарин разливался перед тем, как впасть в море, и с одного берега был едва заметен противоположный - тёмная полоска на горизонте. Орлана ожидала, что Аластар уйдёт, но он остался стоять.
Тогда она положила на колени лист, найденный в кабинете Луксора, развернула его, прижала ладонями, чтобы не отдать ветру. На некогда белоснежной бумаге остались следы от её пальцев - Орлана всю дорогу сжимала находку так, что всю измяла.
- Как вы считаете, Луксор тоже хотел мне помочь?
Она протянула лист Аластару. Тот принял улику и некоторое время молча рассматривал, будто бы там было, что рассматривать, кроме нескольких перечёркнутых слов. Орлана наблюдала за тем, как волны облизывают выброшенную на берег подгнившую доску, облепленную раковинами моллюсков.
- Могло произойти всё, что угодно. - Начальник тайной полиции протянул листок ей обратно. - Нельзя делать выводы по нескольким нацарапанным словам.
- Там был ещё пузырёк с разводами крови на стенках. Я разбила его... нечаянно. Думаете, что это тоже совпадение? Аластар! Где во всей империи мне его искать? Или за её пределами... Или в другом мире? И где мне теперь искать Эйрин?
Она стукнула кулаком по коленке и сжала зубы, чтобы не застонать от бессилия.
***
Было пасмурно, тепло и сухо. Восточный ветер нёс брызги дождя, солёные, как брызги моря. Ветер гонял по улицам стайки сухих листьев. Эйрин наклонилась и подняла один: он был хрупкий, размером чуть меньше её ладони, но такой же жёлтый, как листья вечноосенних деревьев в Альмарейне. Ей нестерпимо сильно захотелось домой.
- Это клёны, сказал Идрис.
Мир людей встретил их реденьким лесом и мелким дождём. Пока они шли по просеке, Эйрин сначала казалось, что Идрис выдал очередную шуточку, и никакого портала между мирами они не проходили, а просто бредут по тем же самым заповедным землям, но потом впереди замаячили дома, и лес поредел ещё сильнее. Узкая тропинка постепенно перешла в широкую серую дорогу.
Идрис оттеснил её к самому краю дороги.
- Тебя совсем, что ли, в школе не учили?
Теребя в пальцах кленовый лист, Эйрин вспоминала, что учили. Что она даже писала сочинение на тему: 'Какие достопримечательности я хочу посетить в мире людей', но никак не могла вспомнить, что именно там написала.
'Мы должны уважительно относиться к своим соседям', сказал тогда учитель, но как-то без уверенности. Спорить с ним, впрочем, никто не стал. Кому дались эти люди, когда последний урок, и солнце печёт изо всех сил.
По обеим сторонам дороги стояли одно- и двухэтажные дома, ничем особенным не отличающиеся от домов в далёких от центра кварталах Альмарейна. Эйрин, не скрываясь, рассматривала встречных прохожих, те так же беспардонно таращились на неё.
Идрис воодушевлённо вертел головой по сторонам.
- Да, где-то здесь. Точно помню, я здесь же проходил. Ну да, да, вот ещё немного.
Эти 'немного' порядком её утомили, особенно когда окончательно промокло платье, и Эйрин продрогла.
- Ну, скоро уже?
- Да, радостно заявил маг времени, указывая пальцем вперёд. Эйрин проследила за его жестом: там виднелся дом с синей черепичной крышей. Когда-то с синей крышей, сейчас черепицу занесло песком, местами она прохудилась.
- Идрис, что у тебя за страсть к развалинам? - проворчала Эйрин, но скорее по инерции. Дом был как будто ещё ничего - по крайней мере, в стенах не зияло дыр.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
