— И если вам любопытно, то Яська решила, что наш красивый мальчик Даммар ее личное приобретение, и взяла над ним шефство. Думаю, его судьба определена, — уже не сдерживая смех, закончила она.
Ева лишь глаза закатила. Яська хвостиком таскалась за Даммаром, ревниво отгоняя от него местных служанок.
— Знаете, что она заявила горничной экс-герцогини? — со смехом спросила Лю. — Что Даммар под вашим личным покровительством, и нечего на него смотреть без спроса. Спрашивать насчет просмотра, я так понимаю, нужно у Яськи.
— Знать бы, зачем мы его притащили в замок? — вздохнула Ева, останавливаясь у двери в крепостную трипту.
— Он доделал ваш мик-сер, — перестала улыбаться Лю. — Два дня сидел в кузне, чуть не подрался с кузнецом, но все же добился успеха. Сегодня на кухне провели первое испытание. Карля в восторге. Требует сделать ей еще несколько штук и грозит задушить любого, кто проболтается, что у нашего кухаря появилась такая интересная утварь.
— В этом она права. — Ева уже прикидывала, как наладить постоянное производство ручных миксеров и венчиков и по какой цене их продавать. — Запланируй встречу с Даммаром. И пусть придут Карля, кузнец и кухарь. Завтра.
— Я прочла, что вы просили. — Лю остановилась рядом и чуть понизила голос. — Через семь лет после того как боги ушли из мира, на юге началась засуха, а потом с гор пришли сильные пожары. Горели деревни, гибли люди, а королева не спешила призвать талей и остановить пожары, потому что одновременно с засухой на юге на богатом севере страны вспыхнула странная болезнь. Кожа заразившихся покрывалась язвами, гноилась, кровоточила, и человек умирал за несколько дней. Все сильные заклинатели были отправлены на борьбу с болезнью. Но трипта воспользовалась недовольством и обвинила в пожарах заклинателей. Мол, богатым землям они помогают, а на бедных всем плевать. — Лю взмахнула широким рукавом длинной рубахи. — Заклинатели над этим посмеялись, а зря. Люди запомнили, по стране пошли слухи, за ними волнения, трипта стала набирать популярность. А потом стали гибнуть и пропадать самые сильные заклинатели… И в этом тоже обвинили королеву. Ей пришлось отречься, на трон сел ее сын, и на этом правление женщин закончилось. Постепенно их отодвинули от власти, а потом и вовсе задвинули за спину мужей, запрещая заниматься магией.
— Какая знакомая ситуация… — пробормотала Ева.
— О да… — Лю кротко улыбнулась, что совсем не вязалось с ее следующими словами. — Но я знаю другую версию этих событий. Королеву убил один из триумвирата, ее любовник, обвинив, что она проводит запрещенные ритуалы. Может, и проводила, кто сейчас узнает? Он же выдвинул теорию, что сила сводит слабых женщин с ума, и протянул через трипту, которая в то время набрала силу, закон, запрещающий обучать девочек магии. И его поддержали большинство мужчин-заклинателей.
— Еще бы! — фыркнула Ева. — Кто же смирится с властью бабы!
Она посмотрела на дверь трипты и решительно повернула на выход. Прежде чем задавать вопросы, следует уложить в голове новые знания.
— Спасибо, Лю. Пойдешь со мной варить мыло?
Сунь улыбнулась и коротко кивнула.
— Мне тоже лучше думается, когда я работаю руками.
Десятидневка пролетела незаметно. Ева строго придерживалась расписания: подъем в половине шестого, тренировка, завтрак, работа в мастерской, обед и до самого ужина решение замковых проблем. Она много читала, вникала в документы, письма, записи, домовые книги. Постепенно вокруг нее собиралась сильная команда, и она с удовольствием делилась с ними планами, заражая своим энтузиазмом и верой в успех. Первая партия цветного мыла непривычной для местных овальной и круглой формы с выбитыми на нем картинками была упакована в бумагу, перевязана ленточками и сложена в деревянный ящик. Стиральный порошок был опробован местными прачками и вызвал бурю восторгов. Ева приказала собрать всех детей и засадить их толочь и сушить мыло. За свою работу они получали мелкие монетки и гордо называли себя добытчиками. Следом за детьми к мастерице Агапье потянулись и свободные от работы женщины. Так что первый мешок примитивного стирального порошка был готов. Подходила партия ароматных масел, а с ними и очередные эксперименты по созданию шампуня…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Нам нужно расширяться, — заявила Ева вчера утром, когда они с Агапьей и Лю упаковывали очередную партию пенных бомбочек. — Давай-ка выселять жильцов из барака и делать там лабораторию. А в этом помещении поставим дополнительные очаги, пару больших чанов и контейнеры для отходов. Здесь будет вариться мыло и основа для шампуня. Вся грязная работа будет делаться здесь. — Ева обвела помещение взглядом и постучала по столешнице кулаком. — И нужно придумать, как сложить печь, чтобы в холода можно было сушить на ней порошок и травы. Найдешь печника? — Немногословная Агапья кивнула. — А еще неплохо бы модернизировать процесс измельчения…
Ева задумалась, и тут же из памяти всплыл бабушкин измельчитель для винограда. Два рельефных вала в конусовидном корыте. И ручка. Та же система зубчатых колес…
— Шата Ева? — Агапья тронула ее за руку. — Так может через мельницу?
А это идея!
В тот же день Даммар получил очередное задание. Сходить на мельницу, она находилась в паре километров от крепости, и прикинуть, можно ли использовать такой вариант, или мыло будет сплющивать в лепешку? Ева никогда не была на мельнице и даже не представляла, как она работает, но ей и не надо было это знать, у нее теперь был собственный изобретатель. И пусть он только начинал свой путь, но Ева пророчила парню прекрасное будущее. И, что самое главное, это будущее она была намерена использовать для своей пользы.
Ева подробно рассказала парню, что помнила из прошлой жизни, и даже нарисовала конусообразное глубокое корыто на подставке. Вместо дна в нем были два валика, но не гладкие, а рифленые, и крутились они в противоположные стороны, в щель между ними попадал виноград, превращаясь в жмых. Вот только Ева не помнила, как регулировалось расстояние. Но основу Даммар ухватил. Мальчишка был прирожденным механиком, Еве даже не пришлось объяснять, он сам ей все рассказал.
— Так можно приспособу взять, которой камни мельчат. Только там таль работает, а тут, значит, ручку подвести и зазор уменьшить, нам же щепа не нужна, а нужен песок… — Парень потер кончик носа. — Ага, сделаем!
Яська, которая, конечно же, пришла вместе с Даммаром, важно покивала, а потом сморщила носик и чихнула. Ева улыбнулась и, не удержавшись, чмокнула ее в макушку.
— А сегодня сказка будет? — Девочка обняла Еву за ногу и заглянула в глаза. — Про мальчика Незнайку?
Ева настояла, и Яська из лазарета перебралась к ней, теперь каждый вечер герцогиня рассказывала ей сказки. Сказки своего мира. Девочка слушала, раскрыв рот, а на следующий день собирала вокруг себя толпу детишек и пересказывала им приключения невиданных и удивительных колобков, красных шапочек и снежных королев.
Популярность Яськи росла на глазах, а вместе с ней появлялась зависть. Ева это понимала, но как оградить от этого ребенка, пока не придумала. Хотя была у нее идея. Школа. Начальная школа для всех детей. Она даже с Бушем ее обсудила. Но секретарь отнесся к этому весьма скептически. А Ева вопреки его отговоркам внесла школу в один из пунктов своего плана. Большого плана…
В ближайшие дни Ева запланировала «великое переселение народа». Ей нужно было помещение, поэтому из барака народ переселялся в крепость. Комнат хватало на всех. В бараке жили низшие слуги — те, кто ходил за скотиной, кто занимался заготовкой дров и угля, уборкой двора и отхожих мест. Для них переезд в крепость был наградой. Повышением на одну ступень по социальной лестнице.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ева этого не знала, ее просветила экс-герцогиня Лунесса Иборг Ридверт во время очередного обеда в ее покоях.
— Ты снискала славу среди плебса, — скрипела она, отпивая вино из высокого бокала красного стекла. — Они на тебя молятся. Шатари так не любили, плевали в спину.
