Как-нибудь сквитаются потом.
Марина проводила студента длинным взглядом и спросила:
— А куда мне деваться? В городе паника, народ бежит. Бандиты появились. Двое ко мне пристали, хотели изнасиловать. Но я им, — Марина усмехнулась, — показала, как поступают девушки при нападении на них. А потом пришла в милицию проситься на работу.
— Они хоть в живых остались? — Володя улыбнулся. Никакой жалости к незадачливым насильникам у него не было.
— Не знаю. Побежишь их спасать?
— Боже упаси, Мариночка, — Володя, на которого нашло шутливое настроение, изловчился и поцеловал ее в щеку.
— Так, — деловито сказала Марина, — еще один.
Он взяла его за руку, словно для рукопожатия. Володя не сразу понял, зачем ей нужен такой знак близости. Но девушка знала, что делала. Она медленно, но настойчиво принялась выкручивать ему руку. Не будь Володя ужаленный орком, он оказался бы пострадавшей стороной. Никакой возможности оказать сопротивление стальным тискам Марины у обычного простого смертного не было. Оставалось только громко поносить бабскую эмансипацию и жалеть о собственной слабости. Но Володя тоже не с луны свалился. Дав Марине немного позабавиться и слегка выкрутить ему руку, он затем без видимых усилий вернул свою руку в исходное положение и принялся сам выкручивать ей руку.
Марина закусила губу от напряжения. Но до студента ей было далеко. Володя, словно она не получила от орка могучей силы, продолжал спокойно выкручивать руку.
— Пожалей меня, — еле слышно прошептала Марина.
Володя представил, насколько пострадало ее самолюбие от просьбы, и отпустил руку. В награду он умудрился поцеловать ее в губы. Марина, не ожидавшая такого перехода от борьбы к дружбе, лишь растеряно моргнула.
— Что бы с тобой сделать? — Задумчиво спросила она, оглядывая коридор, словно выискивала нечто, подходившее для нанесения удара по наглому студенту.
— Мариночка, — притворно испугано завопил Володя, — пожалей наглеца, я больше не буду!
Марина, не удержавшись, засмеялась.
— Такой ты смешной, Володя.
Она погладила его по волосам.
— Да, такие мы, — гордо сказал студент.
Марина вздохнула.
— Мне пора идти, — сказала она. — Я и так уже опаздывала, а тут еще ты встретился.
— И кем же ты тут работаешь? — Вновь спросил Володя, не желая отпускать ее просто так.
— Медиком, кем же еще, — она мило улыбнулась. — Если проткнут, приходи, подлечим.
— Умеешь ты утешить, — позавидовал ее оптимизму Володя.
— А то как же.
Марина неожиданно прижалась к нему, чмокнула в щеку и умчалась по лестнице, напоследок крикнув:
— Заходи еще.
Володя грустно посмотрел ей в след. Шустрая девчонка. И, кажется, у них что-то наклевывается. О своей нелюбви к красивым, а потому и стервозным телкам он забыл. Ни что в мире не постоянно. Даже мужское постоянство.
Марина убежала вовремя. По коридору послышались шаги Димы.
— Ты уже один? — Он был собран, деловит, энергичен. Безматерных сумел внушить ему веру в светлое будущее. — Пошли домой.
— И как поживает милицейское руководство?
— Потом, потом, — Дима не собирался с ходу делиться информацией. — Прямо сейчас отправляйся собирать жратву. Будем оседать в городе. Босс пока еды не обещает. Велит недельку самостоятельно покормиться. Спасибо на том, что из города не гонит.
— Ладно, — вздохнул Володя, смирившись с тем, что Дима не собирается колоться. — Я возьму несколько человек. Как бы не напороться на шваль подзаборную.
— Бери, только не всех, — попросил Дима. — Мне общежитие охранять тоже надо. Миш, пока ничего не скажу, — предупредил он друга, о чем-то трепавшегося с Петряевым и появившимся в их отсутствие Драничниковым.
— Начальники, твою мать, — укоризненно сказал Миша, обратившись, однако, не к Диме, а к Володе.
Тот только развел руками.
По возвращении в общежитие Володя собрал свою прежнюю команду, сразу же отправив Ромашина с Мишкой позаботиться о лошади, если ее никто не увел.
Кроме них он взял человек пять дружинников, вооруженных тяжелыми палками с металлическими набалдашниками, — самодельное творение Сереги Савельева не давало покоя его коллегам по истфаку. Накануне из подручных средств они сделали изрядные палицы, способные без особых трудностей пробить человеческий череп. Парни были довольны своим творением, а Володе добавилась новая напасть — следить, чтобы в тренировочных боях они не расшибли друг друга. Даже легкий удар мог привести не только к синяку, но и к перелому.
Затем наступила пора сюрпризов. К нему подошла несостоявшаяся жертва насилия Валечка Малинина и своим мелодичным голоском попросила взять ее с подружкой в команду.
Будь на ее месте кто-нибудь из мужиков, он высказался бы на простом русском языке и отправил подальше. Но материть девушку как-то не принято, во всяком случае, Володю к такому не приучили.
— Валенька! — Сказал он самым проникновенным голосом, на какой был способен. — Ты понимаешь, сколько опасностей нас ожидает, когда мы выйдем из общаги? Тебе не хватило прошлого раза? Сволочей в городе меньше не осталось
Он хамил, надеясь, что она обидится и уйдет.
— Представляю, — согласилась девушка. — Побольше, чем в общежитии. А еще я представляю, сколько ерунды вы принесете с собой. Из вчерашнего почти половину выбросили. Рыба тухлая, мука с червями, газ-вода по большей части просроченная. Не знаю, как магазин закупал такой товар, но вам гляделки для чего дадены?
Володя был посрамлен. Привыкнув за последние дни только к похвалам, он оказался совершенно не готов к критике.
— Врешь! — Ляпнул он первое попавшееся.
— Пойди, посмотри, — предложила ему Валя. — Девчонки тебя просто огорчать не хотят.
Помрачнев, Володя отправился в буфет проконтролировать информацию. Не то, чтобы он не верил… Поварихи, удивленно посмотрев на него, подтвердили, что сегодня все утро таскали на свалку продукты, вчера ими привезенные. И действительно, на кухне заметно убыло. Получилось, что рейса три из пяти они
