Читаем без скачивания Надежда победителя - Дэвид Файнток

– Он показывает политикам корабельную жизнь без прикрас.

Вскоре суета закончилась, гардемарин «Веллингтона» доложил капитану:

– Огня в отделении регенерации нет, сэр.

– Хорошо. Отбой, – скомандовал Причер.

Пожарные начали сворачивать шланги и запихивать их обратно в ниши. Через десять минут мы собрались в инженерном отделении для заключительного спектакля.

– Леди и джентльмены, – полился из динамиков смягченный голос Причера, – сейчас мы запустим сверхсветовой двигатель и отправимся в полет к окрестностям звезды Вега. – Пауза. – Для тех, у кого на Земле остались родные и близкие, сообщаю, что полет будет не настоящим, а сверхсветовой двигатель будет работать вхолостую.

Политики старательно заржали. Ведь полет к Веге потребовал бы нескольких месяцев.

– Инженерное отделение, включить сверхсветовой двигатель! – приказал капитан Причер.

– Есть, сэр. – ответил инженер. Его помощники уставились на дисплеи.

На капитанском мостике гардемарин занялся навигационной прокладкой, которую потом проверят старшие офицеры. Таково правило: не доверять компьютеру, проверять и перепроверять собственные расчеты.

– Расчеты выполнены, мэм, – послышался из динамика юный голос гардемарина.

– Расчеты проверены, капитан, – доложила вскоре пилот.

– А ты что скажешь, Харлан? – спросил Причер.

– Расчеты совпадают с моими, капитан, – доложил бортовой компьютер.

– Приготовиться к погружению!

– Но ведь сверхсветовой полет программой церемонии не предусмотрен, – забеспокоился мистер Франджи.

– К погружению готовы, капитан! – доложил инженер.

Перед нами на демонстрационном экране заплясали синусоиды N-волн, генерируемые сверхсветовым двигателем.

– Не волнуйтесь, это компьютерная симуляция, – успокаивал я замгенсека, – на самом деле сверхсветовой двигатель не работает.

– Это не симуляция, сэр, – возразил инженер, – двигатель действительно работает и генерирует настоящие N-волны.

– Настоящие?! – поразился я. – Вы шутите?

– Никаких шуток, капитан, сегодня мы показываем все настоящее, – без тени юмора ответил инженер.

– Отключите двигатель! – крикнул я. – Немедленно!

– Почему?

– Это опасно? – встревожился Франджи.

– Конечно, опасно! – бушевал я. – Рыбы чуют N-волны, летят к их источнику, как мотыльки на огонь!

– Двигатель будет работать всего несколько минут, сэр, – все также невозмутимо ответил инженер.

– Дайте мне микрофон, – потребовал я. Надо отговорить Причера! Срочно!

– Простите, сэр, но я не могу прерывать демонстрацию.

– Вы чем-то недовольны, Сифорт? – то ли с сарказмом, то ли с тревогой спросил Уиверн.

– Инженерное отделение! Прибавить мощности! – раздался из динамика приказ Причера. – Поддерживать генерацию десять минут.

– Есть, сэр, – ответил инженер в микрофон.

– Адам, присмотри за кадетами! – приказал я, протискиваясь сквозь толпу к выходу.

– Куда вы, капитан? – удивленно крикнул мне вслед сенатор Боланд.

– На мостик! – Я понесся по коридору, вверх по лестнице.

Меня подгоняли страшные воспоминания. Испорченный сверхсветовой двигатель «Дерзкого», а потом и намеренно испорченные мною двигатели трех кораблей на гигантской орбитальной станции Надежды притягивали несметные косяки рыб. «Дерзкого» спасло чудо, орбитальную станцию я взорвал, уничтожив вместе с нею сотни чудовищ. Но все это происходило за десятки световых лет от Земли.

«Веллингтон» приманивал рыб в Солнечную систему.

Наконец первый уровень, капитанский мостик. Я бешено замолотил кулаками в запертую металлическую дверь. И вот мне открыли.

– Капитан Сифорт! Разрешите войти?! – выпалил я.

– Входите, – разрешил Причер. Рядом с ним на столе с дисплеем сидел адмирал Дагани. – Что случилось?

– Вырубите двигатель! Быстро! Пока не налетели рыбы!

– Простите, сэр, это приказ? – флегматично спросил Причер, приподняв бровь. Черт возьми! Он старше меня!.

– Нет, сэр, конечно! Поймите, рыбы чуют N-волны! Сейчас налетят! – Как же его убедить? – Рыб особенно раздражают волны двигателя, работающего вхолостую.

– Слышал об этом, такие волны вы называете «кошачьим концертом», – не спеша, безмятежно разглагольствовал Причер. – Интересный термин, интересная концепция, но даже если ваша теория справедлива, я думаю, несколько минут излучения не повредят, чудища не успеют их почуять.

– Адмирал, ради Бога! – взмолился я. – Прикажите ему отключить двигатель! На борту штатские, мы не можем рисковать их жизнями!

– Сифорт, не драматизируйте так все, здесь не театр, – холодно произнес Дагани.

– Вы не были в бою, не представляете, что это такое!

– Не забывайтесь! – вскочил Дагани. – Держите себя в руках! Мы предлагали вам корабль! Почти упрашивали вас взять корабль! Но вы отказались! Мы отдали «Веллингтон» Причеру, он здесь командует!

– Поймите, сэр, мои амбиции и мои нервы здесь ни при чем! Помните мое предложение нашпиговать пространство вокруг Солнечной системы беспилотными кораблями с ядерными зарядами на борту? Их двигатели должны излучать точно такие же волны, которые сейчас генерирует двигатель «Веллингтона»!

– Точно такие же? Вы уверены?

– Не совсем такие же. Рыбы острее чувствуют искаженные, негармонические волны, но суть от этого не меняется…

– Меняется! – перебил меня Причер, – Наши волны строго синусоидальные! Взгляните на экран. Видите? Кроме того, Сифорт, не забывайте, что мы находимся в Солнечной системе, где рыб нет. Корабли отправляются к дальним планетам почти каждый день, почему же рыбы не слетаются на их волны?

– Ладно, сэр, вы тут главный, вам и решать, – обреченно согласился я, поняв, что им ничего не втолкуешь. – Извините за беспокойство.

– Гарри, а может, все-таки отключить двигатель? – неуверенно предложил Дагани.

– Уже недолго осталось, сэр, пусть гости увидят не симуляцию, а настоящую работу.

– Ладно, Гарри, ты командир корабля, тебе и решать, – сдался Дагани.

Причер тоже решил проявить великодушие.

– Инженерное отделение, приготовиться к всплытию, – приказал он в микрофон. – Кстати, капитан, лейтенант Сандерс говорит, что училась с вами.

– Арлина? – Только теперь я обратил внимание на женщину-лейтенанта в кресле справа от Причера.

– Так точно, сэр.

– Лейтенант, проводите капитана Сифорта в гостиную, – попросил ее Пример.

– Есть, сэр.

Козырнув Примеру и Дагани, я вышел с Арлиной в коридор.

– Рада вас видеть, сэр, – обворожительно улыбнулась она.

– Арлина… Как давно мы не виделись! Расскажи о себе. Как ты жила?

– У меня все нормально. Правда, мне долго не удавалось выбиться в лейтенанты.

Я осмотрелся – в коридоре никого не было – и взял ее за руку. Арлина нисколько не возражала. Наши лица сблизились, меня окатила волна свежего запаха ее волос. Столько лет прошло, а Арлина все такая же юная…

– Пополудни будет проверка по полной программе! – гремел сержант Свопе. Возможно, проверку проведет сам начальник Академии. Чтобы все было по высшему классу! Поняли?!

– Так точно, сэр! – ответили мы дружным хором.

Я особо не волновался. Мы уже были закаленными кадетами, второкурсниками, искушенными в хитростях казарменного быта. Мы уже знали, как изображать полный порядок. Гораздо больше меня волновало другое – поговаривали, будто сотне кадетов скоро присвоят вожделенное звание гардемарина. В глубине души я надеялся, что окажусь в их числе, хотя умом понимал, насколько это маловероятно. Еще после присяги нас предупреждали, что при плохой успеваемости кадет может ждать гардемаринского звания все пять лет первого срока службы. Ходили слухи, будто некоторые так и не становились гардемаринами, хотя никто таких кадетов ни разу в жизни не видел.

Сержант ушел, и мы принялись за работу: мыли, чистили, стирали, гладили. Короче, приводили себя и казарму в полный порядок. Капрал Толливер расхаживал с важным видом, отдавая направо и налево придурковатые приказы.

Я чистил до зеркального блеска ботинки – свои и Арлины, – а она аккуратно стелила кровати – свою и мою. В обычные дни такого «разделения труда» у нас не было, но проверка – дело особое.

Казарма суетилась и шустрила несколько часов. Наконец все было готово. Я еще раз осмотрел свою униформу, поправил прическу.

– Идут! – крикнул Робби Ровер, дежуривший у двери.

– Становись! – завопил Толливер. Мы выстроились у кроватей в шеренги. Первым в казарму вошел сержант Свопе.

– СМИРНО! – рявкнул Толливер.

Мы замерли, выпучив глаза прямо перед собой. За Свопсом вошел сам начальник Академии Керси. Боже, спаси и сохрани!

Керси осматривал буквально все, дотошно проверял каждую мелочь, кроме сортира – оттуда он выскочил удивительно быстро.

– Хорошо, мистер Свопе, замечаний нет, – заключил он.