Пенсильвании, — напомнил Арчи, и Манчестер занял позицию у двери, готовый приветствовать входящих. Гости не заставили себя ждать. Пожимая им руки, кандидат с удовольствием отметил, что помнит имя и фамилию почти каждого.
— Доброе утро, миссис Поттер, — проговорил он, завидев профессора филадельфийского колледжа, пожилую негритянку, с которой прежде встречался лишь однажды. Элен Поттер горячо пожала руку кандидата.
— Стойте на своем, господин министр, — бросила она, проходя в номер. — Ваша правота несомненна.
Наконец Манчестер с горем пополам разместил делегатов. Арчи уныло отметил про себя, что дополнительных стульев почти не понадобилось: из 128 членов делегации штата пришло всего 45. Губернатор Уилкокс, как и ожидалось, не явился. Делегация провозгласила его возможным кандидатом от Пенсильвании, и теперь, чтобы встретиться с ним, надо было самому ехать в отель «Моррисон». Однако правая рука Уилкокса, спикер конгресса штага Джозеф Рорбо, на встречу пришел. Когда Манчестер выступил на середину комнаты, Рорбо сделал равнодушное лицо и уставился на кандидата пустыми глазами.
Министр финансов оглядел гостей и заговорил о том же, о чем и раньше, смутно надеясь хотя бы на сей раз добиться понимания.
— Ни для кого из вас не секрет, — начал он, — что мои взгляды на проблему боеголовок и баллистических ракет повергли в смятение кое-кого из делегатов конвента. Поэтому я не стану утомлять вас повторением сказанного. Объясню лишь некоторые моменты. Я не подвергаю и не собираюсь подвергать риску систему обороны страны.
Если меня выдвинут в кандидаты, а затем изберут в президенты, военные контракты будут заключаться более обдуманно. А теперь поговорим конкретно о «Юнифордж». Если мы расторгнем контракт на наступательные, подчеркиваю, наступательные ракеты «Дафна», эта фирма, конечно же, понесет некоторые убытки. Однако разорение ей все равно не грозит. Я все время пытаюсь объяснить, что нет смысла накапливать те вооружения, которых и без того достаточно в нашем арсенале. Сожалею, что в субботу не сумел растолковать это газетчикам. Надеюсь, теперь неясности исчезли. У вас есть вопросы, господа?
— Мистер Манчестер, — произнес какой-то грузный делегат, — Дэвидсон из «Юнифордж» утверждает, что «Дафна» долетает до цели чуть быстрее любой другой ракеты. Это меняет дело, вы не находите?
Манчестер слегка покраснел.
— Нет, знаете ли, не нахожу. Какая, в сущности, разница? Через минуту-другую последует ответный удар.
— Господин министр, — проговорил Рорбо. — Я хочу задать вам один деликатный вопрос. Даже, возможно, бестактный. Коль скоро тут нет газетчиков, вы, надеюсь, не обидитесь.
— Слушаю вас.
— Поговаривают, — многозначительно сказал Рорбо, — будто в частных беседах вы утверждаете, что не намерень: сдерживать производство ракет, в том числе и типа «Дафна». Будто бы все ваши официальные заявления имеют целью лишь оживить чикагский съезд, взбудоражить делегатов и помочь вам собрать голоса сторонников мира.
— Ложь! — восклицание Манчестера прозвучало как выстрел. — Намеренная ложь. Вы все-таки обидели меня, сэр!
— Я верю вам, господин министр, — несколько смешавшись, произнес Рорбо. — Просто хотелось услышать это из первых уст.
— Кто наговорил вам такой чепухи? — не унимался Манчестер.
— Я узнал, что слух, будто бы, распускает ваш главный помощник…
— Не верю. Мистер О’Коннел — честнейший человек!
— В таком случае вам лучше выступить со специальным заявлением, — вкрадчиво предложил спикер. — Многие делегаты убеждены, что в частном порядке вы опровергаете то, что говорите на людях. О вас уже пошла слава двурушника.
— Что?! — гаркнул кандидат.
— Поостыньте, — предостерег его Рорбо. — Не я выбрал это слово. Я всего лишь передаю вам, что говорят другие. Я хочу вам помочь.
Манчестер ответил на это лишь гневным взглядом. В неловком молчании делегаты потянулись к дверям и стали выходить.
Элен Поттер чуть задержалась. На добром чернокожем лице женщины было такое выражение, будто оскорбили не кандидата, а ее лично.
— Не виню вас за вспышку, господин министр, — сказала Элен. — Спикер вел себя возмутительно. Не падайте духом. Вы и так уже оказали стране громадную услугу.
Манчестер сердечно пожал ей руку и промолчал. Дверь закрылась.
— Где Оби? — спросил кандидат.
— Не знаю, — ответил Арчи.
— Найди его. Немедленно. Переверни вверх дном весь Чикаго!
Зазвонил телефон, и Манчестер, все еще дрожа от гнева, схватил трубку.
— Чарли? — услышал он вялый бесцветный голос.
— Да, господин президент. Спасибо, что позвонили. Как здоровье?
— По-старому… У вас найдется немного времени?
— Для вас — сколько угодно, сэр.
— Чарли, откровенно говоря, мне не по душе то, что я слышу о ваших высказываниях в Чикаго. Признаться, я надеялся, что вы лично позвоните и все растолкуете…
— Господин президент, — тщательно взвешивая слова, ответил Манчестер. — Я не думал, что звонок окажется уместным. Я же пока кандидат…
— Хорошо, объясните мне, что там с ракетами. В газетных отчетах наверняка масса неточностей.
— Это верно, насколько я знаю. По сути дела, объяснять-то нечего, сэр. Я уже сделал заявление и придерживаюсь его, хотя тут поползли грязные сплетни, будто это предвыборный трюк.
— Чарли, — произнес голос из Белого дома. — Вы мне не нравитесь. Вы понимаете, что бросили вызов администрации, членом которой сами же и состоите? Насколько я помню, окончательно решение по «Дафне» было принято после исчерпывающего обсуждения.
— Да, сэр. Однако, как вы помните, мы тогда разошлись во взглядах, — ответил Манчестер. — Разумеется, когда решение приняли, мне оставалось лишь смириться.
— А теперь вашему смирению, похоже, пришел конец, да? — министр уловил в тоне президента презрительные нотки. — Поверьте, Чарли, я не ставлю под вопрос вашу честность и не отказываю вам в праве не соглашаться со мной. Но сомневаюсь в вашем политическом благоразумии. Съезд республиканской партии — не место для решения таких проблем. Вы вносите в партийные ряды раскол как раз тогда, когда нам крайне необходимо единство, чтобы на должном уровне провести избирательную кампанию.
— Надо же было когда-то начать, Фред, — возразил министр.
— В первую очередь этот вопрос следовало обсудить с лидерами палат, — стоял на своем Стюарт. — Во вторую — со мной. Чарли, вы пренебрегаете командной игрой.
— Жаль, что вы смотрите на проблему только под таким углом, господин президент.
— Я тут взял на себя смелость набросать короткое заявление от вашего имени, Чарли. Можно прочесть его вам?
— Разумеется, сэр.
— Слушайте. «В случае моего выдвижения в кандидаты и избрания на пост президента я намерен создать авторитетную комиссию научных экспертов с целью исследования всего круга вопросов, касающихся вооружений. Через несколько месяцев комиссия обязана будет представить нам подробный отчет. До получения заключения экспертов мои собственные взгляды никак не отразятся на действиях возглавляемой мною администрации». Все, Чарли.
«Значит, опуститься до компромисса?» — подумал Манчестер. Он помолчал, выигрывая время.
— Господин президент… я готов подписаться под заявлением, если мы добавим последнюю фразу.
— То есть? — в голосе Стюарта
