под нос.
— Руки обработай! — внезапно рявкает он на Харда, который тянется в мою сторону. — Вот как я теперь пациентов принимать буду? — снова качает головой, отслеживая какие-то данные на мониторе.
Я кошусь на дверь с пробитой насквозь дырой и понимаю Дока. Очень хорошо его понимаю. Мне бы вот тоже хотелось спокойно родить. А присутствие Харда немного нервирует.
— Вот, так и держи, — наставительно бросает Док моему мужу. — И тужиться ей помогай. Еще немного осталось. Давай, девочка.
На лице у Харда такое неописуемое выражение в этот момент, что меня совершенно не к месту тянет заржать.
Мой Хард. Капитан уже. Самый молодой за всю историю флота. Как же я гордилась им, когда пришел приказ о назначении!
Еще больше гордости было, что это наша общая победа была. Потому что мы вместе работали. Вместе от и до. Не просто как муж с женой. В итоге получилось почти как на том интенсиве. Хард ловко сложил на меня кучу обязанностей по теоретической подготовке команды. Не сразу, конечно. Постепенно. Фактически своим замом сделал, а потом и официально назначил.
Мы приняли решение остаться служить на эсминце. Хард проникся моими мыслями и желаниями и сам полюбил этот корабль. А потом и наша команда с интенсива подтягиваться начала. Удивительно, но почти все рано или поздно перевелись на Черного стража. Даже орсы потом с сестренками моими подъехали, после того как девочки закончили учебу. Всем дело нашлось.
И ведь никто не просто так получил здесь место. Все через конкурс так или иначе, но отбор прошли жесткий. Даже Майя с Габи. Хоть у них и достаточно мирные профессии. Но они прошли специализацию дополнительную, чтобы здесь остаться с мужьями.
Теперь Габи приглядывает за зеленой зоной, распределяет схемы полива, удобрений и прочего ухода и посадки новых растений в корабельной оранжерее. А вот Майя пошла помощницей к нашему корабельному повару… Такие шедевры из минимума продуктов готовит.
Кстати, вот и она…
В бокс осторожно заглядывает Майя.
— Ди, все нормально? Там грохот такой стоял, что аж аварийный сигнал включился.
— Нормально, — выдыхаю с натугой и понимаю, что кажется родила.
Оу, облегчение какое. Слабый писк звучит почти музыкой. Хард куда-то пропадает из моего поля зрения, а вот Док снова требует:
— Не расслабляйся, мамочка. Надо еще поработать. Хвостик свой напряги. А ты, брысь отсюда. Детскую там готовьте лучше.
Майя ойкает и скрывается.
Новые схватки, потуги и второй мой малыш уже кряхтит у Дока на руках.
— Боже, Диана, с твоей мамы да подружки ее я тогда поседел весь, а с тебя похоже еще и полысею, — устало вздыхает он.
Я облегченно смеюсь. Промежность еще побаливает, но Хард уже впрыснул мне убойную дозу своего каудала. Поэтому очень скоро я расслабляюсь. Эйфория кружит голову, когда оба моих сладко пахнущих комочка укладывают мне на грудь.
Причем Хард смотрит как-то выжидающе и не подходит близко.
— Что? — удивляюсь я.
— Он смотрит проснется ли в тебе инстинкт самки рихта или нет. Они там несколько агрессивны после родов становятся, — как всегда влезает беспардонный Док.
Я поднимаю глаза и улыбаюсь мужу.
— Глупости какие, — шепчу, целуя одну маленькую черноволосую головку, а потом другую.
Как же они пахнут, с ума сойти от нежности можно.
Малыши еще слепо щурят глазки и смешно причмокивают маленькими ротиками.
— Как назовем? — шепотом интересуюсь я у наклонившегося Харда.
Мы договорились, что я разрешу ему выбрать самому имена для наших мальчишек. Мне захотелось такой подарок ему сделать. Помню, как Хард оторопел сперва, а потом кинулся меня целовать и восторженно кружить. Для него это важно было.
— Роакс и Шед, — задумчиво рассматривая наших первенцев, говорит он.
— Мне нравится, — любуюсь черными тонкими пока хвостиками, что уже целенаправленно куда-то ползут из под пеленок.
О, да они с папиным хвостом хотят познакомится.
Умиляюсь следующие полчаса. Хард совершенно преображается рядом с детьми.
— Знаешь, отец мне столько раз про ответственность говорил, — тихо произносит он. — А я только сейчас всю полноту его слов осознал. Команда, корабль, подчиненные — это важно и очень. Но семья… именно сейчас та самая ответственность начинается… Теперь я понимаю, Ди. Спасибо, любимая, за сыновей. Люблю тебя.
Он наклоняется ниже и нежно целует меня в губы, а я внезапно вспоминаю нашу первую встречу. Дикого безбашенного отморозка и такую же дикарку без тормозов.
А потом из этой бешеной парочки неожиданно родилась наша семья, и я уверена, что Хард любого за нее порвет, и не будет более трепетного и надежного отца и мужа, чем он. Люблю его. Со всей силой, какую только можно представить.
Как же я рада, что в том коридоре судьба столкнула нас. И нет больше никакой мечты у девочки Ди. Только цели остались. Жить и радоваться в любви и продолжать служить на любимом эсминце с мужем капитаном. Верю, что и для наших детей он станет хорошим домом.
Конец.
