чел проорал охраннику что-то неразличимое, но эмоционально наполненное, показал на заграждения, потряс какой-то бумагой, упакованной в пластик. И стал переговариваться, пытаясь перекричать собственных музыкантов.
В это время за спиной охранника в ограждении появились проходы, аккуратно проложенные невидимыми первопроходцами. Медлить никто не стал. Оркестр бодро двинул вперед, не дожидаясь окончания переговоров. Команда тоже не стала терять времени, проскочила и улетела по набережной. Вслед неслась музыка гимна свободы. Тут Дашка вспомнила слова:
Гордость древнего народа,
Возродившаяся вновь,
Здравствуй, гордая Свобода,
Здравствуй, эллинов любовь!
Дашка спросила на лету:
– Вы тоже видели, что второй ряд оркестра играл на лирах?
– Ага, они были в сандалиях и туниках, – сказала невидимая Лаура где-то рядом, – Я объехала их кругом, чтобы полюбоваться. Что у нас теперь?
Лаура наслаждалась скоростью, невидимостью и их потрясающим сочетанием.
Чат IQuest.
Zoe. Роман, за нами будет погоня?
Роман. До моста все норм. Музыкантов нашим противникам пройти не удастся. Так что тылы у вас прикрыты.
Дашка. На мосту нас ждут проблемы?
Питер. Да.
Роман. На мосту развернута защита. И да, мы ожидаем атаки. Будьте предельно осторожны. Мост – последнее испытание.
147. Последний шанс Виктора
Мост был последним шансом Виктора.
Виктор понимал, что его неудержимо несет по дороге размашистых жестов, отчаянной мести и бесконтрольной ярости, требующей сделать хоть что-то. Он исчерпал свои возможности слежки, использования маргиналов, привлечения охранителей. Он остался один на один с несущимися вперед игроками.
И это были совершенно новые лица. Они никогда нигде не проходили в делах охранителей. Все, кроме одного. Одно лицо было знакомо Виктору. Одну девчонку он узнал. Она была на набережной в день открытия первых воронок, и она спасала того мужика, которого Виктор сбил мотоциклом. Это не могло быть совпадением.
Сейчас все зло и все усилия Виктор сосредоточил на Дашке. Он почти провалил это дело, он был под следствием, ему грозил крах всего в этой жизни, а она играла. На самом деле, Виктору сейчас было наплевать на все воронки и все игры. Он сидел в темной машине на дальней стороне Гренадерского моста и ждал своего часа. Он должен был отомстить кому-то, связанному с этой игрой. Больше у него ничего не оставалось.
Дашка этого не знала, но знала, что ее и команду ждет опасность, и эта опасность совсем близко. Рука Дашки была холодной. После моста ее команда выйдет на финишный отрезок последнего этапа. Надо было прорваться, чтобы там ни было.
Дашка повернулась к команде.
– Впереди опасность. Я знаю. Что в темных картах, Питер?
– Если коротко, то на мосту опасность, дакоты, хакоты и магические объекты, – ответил Питер.
Он видел, что Дашка тревожится и устала.
– Есть расчеты или подсказки глубинной сети? – уточнил RiderY.
– Это единственный путь. Воронки должны открыться через несколько минут, – ответил Питер.
Чат IQuest.
Питер. Мы подъезжаем к мосту. Есть инструкции?
Роман. Мы все видим, мы работаем. Все в деле. Будьте внимательны и осторожны. Если надо отдышаться, у вас есть пара минут, но не больше пяти.
148. Команда катит к третьей воронке
Когда команда проехала первый десяток метров по мосту, тишину прервал резкий звук стартующего двигателя, а за ним еще одного. Дашка вздрогнула от неожиданности, все резко остановились. Руку, которую секунду назад свело, вдруг полностью отпустило, хотя зрелище, разворачивающееся на глазах у команды, было страшным.
Перед Дашкой и командой на мосту впереди метрах рванул и встал поперек дороги и трамвайных путей большой оранжевый КАМАЗ. А через пару секунд они услышала страшный удар и грохот. Корпус покореженной черной машины, переворачивающийся и взлетающей в воздух на фоне светлеющего неба, возник над огромным КАМАЗом, который успел встать между разгоняющейся машиной Виктора и Дашкиной командой. Дашка замерла, и все стояли неподвижно.
Игроки следили за взлетом и падением черной машины и пламенем, охватывающим ее корпус. Секунду назад каждый из них был в смертельной опасности. Удар, скрежет, ужас, вспыхивающий огонь – все это разом навалилось на команду вместе с десятком вопросов. Дашка поняла, что на нее нашло оцепенение, она не могла пошевелиться.
Сейчас все горело, трещало, а в наушниках кричал Роман или не Роман, но кто-то кричал ей и остальным: "Вперед, езжайте, здесь все сделают как надо". Дашка знала, что надо двигаться, но она смотрела на КАМАЗ, на горящую машину Виктора и не могла сдвинуться с места. Потом она подняла глаза на высокую кабину грузовика, из которой спускался человек в неоновом оранжевом жилете муниципальной службы и вязаной шапке. Он махнул рукой:
– Беги или езжай, – и добавил, – дальше все чисто, больше ничего не случится, ты должна добежать или доехать. Без тебя никак. Сможешь? Или тебя подвезти?
– Я смогу, смогу, – Дашка говорила очень тихо, но для убедительности кивнула. – Но тут люди, там кто-то пострадал. Нужны врачи, надо вызвать скорую…
– Видишь мигалку, – прервал ее мужик из КАМАЗа, – это скорая, мы здесь обо всем позаботимся, мы здесь для этого. Ничего не бойтесь, мы все время рядом, даже если нас не видно.
– Хорошо, сейчас, – сказала она, но сдвинуться с места не смогла.
– Беги или езжай, Дара, ты всегда успевала, и сейчас успеешь, – Дарой Дашку никто не называл.
Дарьей, да, иногда. А это слово подхватило ее, захлестнуло холодным утренним совсем не местным ветром. Она глянула на команду, все были готовы, и она встала на самокат и покатила, на ходу, прислушиваясь к себе и своему имени. Да, она уже летела так однажды. Бежала по холодной траве, серебряной от росы, на узкой тропинке вдоль склона зеленого холма в Эссенском лесу.
Команда свернула с Гренадерского моста направо и катила по дорожке вдоль набережной.
Мунин поднялся повыше, раздвигая границы картинки, передаваемой в IQuest и темные карты. Масштаб изменился, и было видно, как Дашка и шесть ее спутников ровно, как семь стрел, двигались вдоль Большой Невки. Темные карты, выведенные Романом на экраны, показывали Дашку, как мерцающую ослепительно белую движущуюся точку в окружении шести загадочных мерцающих объектов. В терминах темных карт этот мерцающий цвет означал объект с аномально высоким параметром случайности. Может, ничего аномального в масштабах вселенной и не было, но за свою короткую историю темные карты впервые фиксировали объекты с такими параметрами и сообщали об этом, как могли.
Дашка катила спокойно. Она понимала, что время воронки пришло. Чат не беспокоил команду, хотя каждому было понятно, что несколько десятков глаз смотрят неотрывно на экраны мониторов и видят каждое их движение и то, что
