они видят сами. На этой набережной с этой стороны реки никого не было. Позади вдалеке на мосту мигали скорые, люди пытались потушить огонь, охвативший черную машину и спасти водителя, а команда улетала вперед и в тишину, приближаясь к цели на Аптекарской набережной.
Дашка мчалась. Команда была рядом, а какая-то мягкая тень коснулась ее ноги, и через мгновение белый самоед догнал Дашку и пристроился бежать у ее левой ноги, как будто он тут бежал всегда. Вместе с самоедом пришло и осталось ощущение, что все идет, как надо. Команда летела. Встречный ветер развевал волосы, капюшоны и полы одежд. Этот ветер как будто давно ждал их и был им рад.
Через пару сотен метров Дашка увидела развевающийся двухцветный флаг, ворона, садящегося на ограду, маленький желтый трактор и его водителя в круглой вязаной шапке. Набережная, ворон, трактор, водитель в круглой шапке, самоед. Дашка поняла. Круг замыкался, ситуация складывалась, скоро она увидит воронку.
И игра будет сделана.
149. Эпилог. Трактир под холмом
Все это останется неизменным
даже тогда,
когда все вновь превратится
в руины.
Башня Йейтса. Надпись.
Ранний ворон, пролетавший над безымянным холмом, описал широкий круг. Холм спал. Дорога, огибавшая его, была пуста. Трактир, стоявший на повороте, был по-утреннему тих. Но, если бы ворон спустился ниже, то уловил бы царящий повсюду дух ожидания, который сложно объяснить, но не заметить нельзя.
Воздух у холма был холодным. На смену синей ночи над землей поднялся и недвижно встал низовой туман. С ним пришел запах прелой листвы, первых заморозков и горьковатой полыни. Когда солнце показалось из-за холма, оно чуть согрело воздух и качнуло маятник от холодной густоты тумана к пронзительной прозрачности осени.
Когда солнце выглянуло на четверть, а туман почти сдал позиции, из домика вышел трактирщик и принялся за работу. Сперва он прокосил траву вдоль трех тропинок, ведущих к трактиру из леса, от изгиба дороги и от озера, спящего ниже под холмом. Теперь у любого путника был верный шанс добраться до трактира, не промочив одежд утренней росой.
Закончив с этим, трактирщик вернул косу в старый сарайчик, постоял на крыльце, глядя на остатки тумана над озером и отправился набивать каминную дровницу поленьями, словно впереди у него был длинный холодный вечер или длинная холодная зима.
Где-то в это время у трактира появился нищий в серой шляпе. Этот господин пришел по тропинке от дороги и присел отдохнуть на крыльце. Вместе с ним прибыл белый пушистый самоед и принялся кружить по двору в поисках интересных вещей, запахов и для прочих важных собачьих дел. Странник снял шляпу и поставил рядом белый бумажный стаканчик.
Чуть погодя из комнаты под крышей спустилась художница. Она, увидев нищего, помахала ему рукой через окно и вскоре вышла с двумя кружками чего-то горячего.
Когда солнце взошло полностью, в трактире стало почти многолюдно. Прибыли два веселых брата и рыжая красавица в длинном плаще. Они подошли со стороны дороги, и белый самоед радостно встретил их прыжками и лаем.
На кухне вместе с трактирщиком, колдовавшим теперь над укладкой поленьев и растопки в камине, царствовал солидный носатый месье. Он склонился над угольной жаровней и следил, чтобы красные угли равномерно прогревали кофейник, чтобы кофе успел раскрыться, но не успел забурлить и перегореть.
Не слишком разговорчивая обыкновенная девушка в черном свитере с деревянным браслетом на левой руке и ее очень высокий спутник в черном свитере и почти не рваных синих джинсах прибыли после полудня, они пришли со стороны леса. Молодой человек всех поприветствовал и, пока не стемнело, забрался на небольшую смотровую вышку, которую трактирщик отстроил в старые времена, чтобы осматривать окрестности. К молодому человеку там присоединился черный ворон с синим огоньком в левом глазу.
Девушка обошла трактир и остановилась на задворках, где буйным цветом росла квелая крапива. Здесь на большом пне старого дуба сидел тридцать третий Глава гильдии привратников и думал о чем-то своем.
Перед сумерками по озеру на лодке прибыли двое – слегка бородатый админ и его спутница с очень синими глазами и совершенно выгоревшими волосами.
Прозрачный воздух теплом не баловал, и все собрались в трактире. Тут в камине потрескивал огонь, в чугуне на плите побулькивало рагу, а на стойке стояли первые три кувшина с веселящим напитком.
На старой полке напротив окна кто-то поставил простой рисунок в белой рамке. Рядом стоял небольшой деревянный ящик, наполовину заполненный серым сухим порошком.
Совсем к вечеру из леса вылетела светло-серая сова, а за ней показалась усталая путница. Сова уверенно вела ее по тропинке к трактиру.
150. От автора
Приветствую добравшихся до последних страниц. Очень рада каждому.
“Кельтский Мел” стартовал на Аптекарской набережной Санкт-Петербурга, когда ветер закрутил передо мной снежную воронку, а потом другую и еще одну. История стала разворачиваться. Она бежит до сих пор и не останавливается.
Истории – очень сильная штука. Они помогают жить в непонятные времена и с ними мы не так одиноки.
Если захотите махнуть рукой или что-то сказать, заходите @maria_il_maker.
Мария Ил,
Санкт-Петербург
2021
