— Это зависит от обстоятельств, — согласился тот. — Сегодня он просто мой бойфренд.
— За исключением того, что ты решаешь, можно ему пить или нет, — нерешительно заметил Гэри, как будто не знал, как глубоко он готов влезть во все это. Стерлинг не мог винить его.
— Закон запрещает ему пить. Прошлая ночь была исключением — и выпивка была только в медицинских целях. — Оуэн потер руки. — Так чем я могу помочь?
Это была явная попытка сменить тему, но Джейк и Гэри ее благополучно проигнорировали.
— Если ты бойфренд, значит, все серьезно, — заметил Джейк.
— Эмм, — протянул Стерлинг и посмотрел на Оуэна.
— Да ладно тебе, дорогуша… ты можешь и сам за себя ответить, — подбодрил его Гэри. — Если даже на Рождество нельзя говорить что думаешь, то когда еще?
— Спасибо, — сказал Стерлинг, вдруг поняв, что до сих пор их не поблагодарил. — За то что вы разрешили мне прийти. Я правда очень признателен.
Гэри лишь отмахнулся.
— Если бы мы знали о твоем существовании, все равно бы пригласили, к тому же… — он мягко посмотрел на Стерлинга, заставив его задуматься, что именно Оуэн о нем рассказывал, — ты здесь не единственный, чьи родители не слишком хорошо реагируют на некоторые новости. Мы очень рады познакомиться… и лишняя пара рук, чтобы помочь с уборкой после обеда, никогда не помешает.
Кинув еще один взгляд на гору посуды, Стерлинг был склонен согласиться. В остальных комнатах, которые он видел, был идеальный порядок, но тут творилось форменное безобразие. Хотя соблазнительные запахи, пожалуй, помогали смириться с мыслью о предстоящей уборке.
— Ну так что, собираешься отвечать на вопрос? — лукаво поинтересовался Джейк.
— Вы о том, серьезно ли все у нас? — спросил Стерлинг. — Эмм… Думаю, это зависит от того, кого спросить. Для меня — да. — Он немного побаивался смотреть на Оуэна, не зная, как тот отреагирует.
— Но он назвал тебя своим бойфрендом, даже если у вас и свободные отношения. — Гэри вытащил из холодильника овощи, наверное, для салата. — Он бы не стал использовать это слово, если бы для него все было несерьезно.
— Я могу и сам за себя ответить, — тихо пробормотал Оуэн. — Давай это мне. Их надо порезать?
— «Порезать» сойдет для мещан. Их надо нарезать соломкой.
Ухмыльнувшись Оуэну, Стерлинг предложил:
— Давайте я. — Гэри передал ему разделочную доску из полосок светлого и темного дерева.
— Так каков твой ответ, Оуэн? — Гэри поднял брови и подтолкнул нож, лежащий на стойке, к Стерлингу.
— По-моему, ты забыл про оливки, — сказал Оуэн. — Ты обещал мне их две недели назад.
Гэри вздохнул и вернулся к холодильнику.
— Я не забыл.
— Замечательно, — мягко сказал Оуэн, взяв небольшой пластиковый контейнер из рук Гэри. — И прошу, оставим эту тему, уверен, для беседы найдется немало более интересных. Мы со Стерлингом теперь вместе, и, как видите, я очень этому рад. Скажи, что у вас есть цикорий.
Стерлинг крепко стиснул рукоять ножа, пытаясь переварить эти тщательно подобранные, уклончивые слова. Оуэн был не из тех, кто обсуждает личную жизнь с другими; может, он просто не хочет делиться своими чувствами с друзьями, как бы близки они ни были, но с него бы не убыло, если бы он хотя бы рассмеялся и сказал что-нибудь ободряющее.
Он не заметил, как выпал из разговора, сосредоточившись на резке моркови и паприки, потому что это было лучше, чем думать о том, что Оуэн чувствует, а что нет. Уже заканчивая, он вдруг понял, что все молчат, и смутился.
— О, простите… я что-то пропустил?
— Мы спросили, в порядке ли ты, — сказал Гэри. — Оуэн, может, ты все-таки разрешишь ему выпить? Немножко?
— Нет, не стоит, — возразил Стерлинг. — Я просто… задумался. — Хотя как разэтим он точно не занимался, но вряд ли кто-то мог поймать его на лжи.
— Иногда это тяжело, — тихо произнес Джейк. — Проблемы в семье. Хочешь поговорить об этом?
Стерлинг покачал головой, потом пожал плечами.
— Не знаю. Просто… о чем тут говорить? Мой отец дурак, и я рад, что я здесь, а не там. Правда, мне хотелось бы, чтобы мама и сестра тоже могли сбежать от него. Но к ним он нормально относится.
Гэри подошел поближе, осторожно взял Стерлинга за подбородок и повернул его лицо на свет.
— Зато к тебе нет. Знаешь, ты мог бы подать на него в суд. У нас есть подруга-юрист… хочешь, я позвоню ей завтра, чтобы ты мог проконсультироваться? — Его голос был полон тепла и сочувствия.
Это было слишком интимно… Стерлинг еще раз с трудом качнул головой.
— Если передумаешь…
Оуэн все еще был у стойки и резал салат, но от его властного голоса сердце Стерлинга забилось быстрее:
— Гэри. — Тот убрал руку с лица Стерлинга и повернулся к Оуэну, который улыбнулся: — Что Стерлингу не помешает, так это немного поесть. Бедный мальчик умирает от голода.
— Ах да, ну конечно, — несколько чересчур радостно подхватил Джейк. — До обеда еще долго, но у нас есть божественные бутерброды с копченой семгой и ржаным хлебом из Булочной Фрэнка…
Джейк начал вытаскивать из шкафа тарелки, чтобы разложить закуску, хотя Стерлинг совсем не был уверен, что сможет что-нибудь съесть. В желудке было пусто, да, но от переизбытка эмоций к горлу подкатывала тошнота, все это слишком…
Оуэн подошел к нему, и в мире Стерлинга все начало вставать на свои места, когда ладонь Оуэна уже привычной тяжестью легла на его затылок. Поцелуй, последовавший за этим, помог даже лучше — Оуэн заслонял Стерлинга собой, хотя едва ли Джейк и Гэри за ними следили.
— Все будет хорошо, — прошептал Оуэн. — Я здесь, с тобой. — Он погладил Стерлинга по щеке. — А теперь пойдем, чего-нибудь перекусим.
— Было так здорово, — мечтательно протянул Стерлинг восемь часов спустя на крыльце дома Оуэна, дожидаясь, пока тот отопрет дверь.
День прошел за чудесной едой и разговорами по душам, иногда настолько шокирующе откровенными, что у Стерлинга пересыхало в горле. Он рассказывал о вещах, о которых никогда прежде не говорил вслух, а ладонь Оуэна, лежащая на затылке, придавала сил. Стерлинг чувствовал себя почти счастливым; когда Оуэн сказал:
— Разденься и встань на колени у моего кресла, пожалуйста, — предвкушение растеклось теплом внизу живота… и он поспешно подчинился.
— Вот уж не думал, что сегодняшний день закончится для меня так, — заметил Оуэн, играя с волосами Стерлинга, поглаживая, иногда дергая за пряди. — Если бы я составлял список самых желанных подарков на Рождество, то красивый саб, ждущий у моей постели, чтобы его отшлепали, шел бы первым пунктом. — Оуэн приподнял подбородок Стерлинга двумя пальцами, заставив его запрокинуть голову. — Нет… не просто любой саб. Ты. Мой мальчик. Мой Стерлинг.
