– А парадные доспехи императоров, переходящие по наследству вместе с короной и скипетром, латы короля эльфов, знаменитый Громовой Щит огров это…
– Наша работа, – закончил за него Мантилий. – То есть работа одного из родов. Только никому не говорите – это тайна. Считается, что все они были изготовлены людьми, эльфами, ограми и так далее. Но на самом деле за каждой из них стояли гномы. Кроме внешней красоты, каждая из этих вещей таит в себе особый секрет.
– Какой же секрет заключен здесь? – Франц провел пальцем по изгибу крыла, украшавшего шлем.
– Если бы я знал, – покачал головой Мантилий. – Кузнец, изготовивший их, раскрыл тайну только Эраю, но волшебник далеко, а сам кузнец ушел к праотцам.
– Неужели маги постарались? – ужаснулась девушка.
– Нет, он умер естественной смертью. Пеар был очень стар. На полвека старше меня. Он покинул нас пять лет назад. Пошел, как всегда, к себе в кузницу, сел на стул, чтобы подремать возле огня, и не проснулся.
– Легкая смерть, – с толикой зависти сказал Франц. – О ней мечтают многие люди.
– Она и должна быть такой – без волнений, тревог и затяжной болезни. Когда жизненный путь подошел к концу, незачем хвататься за него, режа в кровь пальцы об острые края, – задумчиво сказал гном и добавил весело: – Скоро и мой черед.
– Нет, не говорите такого! – возмутилась Элейс. – Это противоестественные мысли.
– Это будет через добрый десяток лет… – улыбнулся гном. – Вы еще успеете насладиться моим обществом. И поверьте, я вам надоем. Среди собратьев я считаюсь страшным занудой. Наверное, именно поэтому я и стал Главой Рода.
Франц обошел вокруг могущественного подарка и покачал головой:
– Что же делать? Не зная секрета, доспехи опасно использовать.
– Поверьте, что бы это ни было, оно не причинит вреда владельцу. Но вот если на вас попробуют напасть, эта «конструкция», как вы ее называете, проявит себя должным образом. Так как доспехи были изготовлены именно для волшебника, то, полагаю, и защищать должны были от магии.
– А к нему прилагается меч?
– Нет, меча не существует. Эраю претила всякая мысль об убийстве.
– Но это не помешало ему оставить умирать новорожденного сына на улице, – с горечью прошептал мастер. – Мне кажется, вы его слишком идеализируете. Он чересчур хороший человек, если судить по вашим рассказам. Подобных людей не бывает.
– Почему не бывает? А вы? – возмутилась Элейс.
– Боюсь, что моя биография небезупречна. Я воровал, убивал и чувствовал себя прекрасно. Вот только не врал никогда. Чего не мог, того не мог. Руны не позволяли. Но если бы не руны… – Его усмешка вышла зловещей. – Жестокая жизнь вынуждала меня быть жестоким.
– Это все было в прошлом. К тому же я совершенно не могу представить вас в роли безжалостного убийцы. А вы можете? – Девушка повернулась к Мантилию.
Глава Рода ничего не ответил, только пытливо посмотрел на мастера. В воздухе повисло неловкое молчание.
– Отличная работа. – Мужчина постучал по нагруднику. Звон разнесся по комнате. – Может, пойти в подмастерья к вашим кузнецам?
– Франц, попробуйте еще какую-нибудь руну. Только для начала мы спрячемся в другую комнату.
– Думаете, огненный шар вместо огонька – это была случайность? В таком случае как насчет воды?
Мужчина сделал им знак рукой, чтобы они уходили, а сам, в который раз надев доспехи, медленно начертил в воздухе руну тумана. Он постарался, чтобы руна получилась максимально слабой, но металл настолько умножил его силу, что видимость в комнате полностью пропала. Франц был окружен молочно-белой стеной тумана.
– Безграничные возможности, – сказал он, нейтрализуя действие руны. – Что же будет, если я составлю что-нибудь поистине серьезное? Личная руна подчинения превратит человека в послушного раба, лишенного всякой воли и не помышляющего о свободе… Огненные столпы будут низвергаться с небес, а по мановению руки перед врагами станут раскрываться бездонные пропасти. Мечтай я о власти над миром, я бы и вовсе не вылезал из них, – со вздохом сказал Франц. – Зачем вы их вообще сделали? Опасно давать подобную власть в человеческие руки.
– Мы верили, что Эрай не замышляет ничего дурного. А другой человек, кроме вас, естественно, не сможет их надеть. Они не признают его своим хозяином.
– Понимаю, – кивнул мастер.
– А у вас нет чего-нибудь моего размера? – спросила Элейс, покраснев. – Конечно, менее могущественного. Можно даже совсем простенького.
Мантилий призадумался.
– Вы медиум… Что здесь может быть подходящее для вас? – Он покрутил головой, осматривая ящики. – Разве что амулет против ментальных атак. Если я только отыщу его в этом беспорядке. Давно пора было провести инвентаризацию и сортировку всего этого хлама. – Он раскрыл подряд несколько коробок, но не найдя искомого, в раздражении захлопывал крышку.
– Не беспокойтесь, я обойдусь без амулета. – Девушке было неловко.
– Поздно, я его уже нашел. – Мантилий протянул ей тонкую золотую цепочку, на которой висел сапфир в оправе в виде загнутого когтя.
– Он настоящий? – восхищенно спросила Элейс, принимая подарок.
– Что – сапфир или амулет? Они оба настоящие.
– Но такой камень стоит целое состояние. – Девушка на глазок оценила размеры и чистоту сапфира.
– Предлагаю от чистого сердца. Вы же не хотите стать послушной игрушкой в руках проклятых колдунов?
– Нет. – Она содрогнулась.
– Только представьте себе – они могут использовать вас в качестве шпиона, видя и слыша все, что слышите и видите вы. И никто ничего не заподозрит.
Элейс поспешно повесила амулет на шею. Она не хотела быть шпионкой.
– А что находится за этой дверью? – спросил Франц, указывая на маленькую неприметную дверь позади этажерки со свитками. – Еще сокровища?
– Святая святых нашей обороны. Алмаз, который является связующим звеном между всеми охранными заклинаниями, наложенными Эраем. Франц, вы знакомы с основами волшебного искусства? – спросил гном, открывая заинтересовавшую мастера дверь.
– Только с основами, – признался тот. – И очень поверхностно.
– Чтобы заклинания сохраняли свою силу неопределенно долгий срок, Эраю было необходимо замкнуть их на какой-то вещи, которая мало подвержена разрушительному воздействию времени. Мы решили, что алмаз Рода как нельзя лучше подойдет для этой цели.
– Алмаз? Алмазы – маленькие прозрачные камешки, а это целая глыба! – воскликнула девушка, всплеснув руками.
Действительно, камень поражал воображение своими размерами. Он завис над треножником, служившим ему подставкой, плавно поворачиваясь вокруг своей оси. Вдобавок он излучал мягкий свет, отчего по стенам комнаты вслед за ним плыли туманные расплывчатые тени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
