залу в сопровождении Майкла, Самсона и Деррги.
Огляделись — тупик, выход только через мембрану-кессон сбоку. А в центре зала, в углублении, был шар, на три четверти шар, из которого росла выстилающая зал транспортная плоть.
— Повезло что далеко от гибрида. Народ, не щёлкайте клювами, экстерминируем, — напомнил я ребятам, разряжая лазер в одного из парализованных. — В плен сами не сдались, придурки, а если очнутся — повредят нам ценных мудрил. Так что работаем.
— Умоляю, капитан, не трогайте образец!!! — заверещал до этого похвально молчаливый Кси.
— Не трогаю, профессор. Сейчас зачистим, — мысленно поморщился — не слишком приятно, но работа экстерминатора, куда деваться. — И будем думать, как вас сюда побезопаснее доставить.
В итоге я и Самсон остались в зале: и мембрана, и мало ли что этому управляющему биокомпу в биомозги взбредёт? Впрочем, с последним я решил подстраховаться: выжег лазером десяток сантиметров васплоти по периметру углубления, вокруг шара. Послышался басовитый писк Кси, но не оформившийся в претензию. Всё же, несмотря на то, что мудрила и научник, идиотом проф не был и, что и зачем я делаю, понял.
А через четверть часа, без сопротивления по пути (скорее всего — из-за нарушения связи управляющего биокомпа) экспедиция ввалилась в зал.
27. Неприятный сюрприз
Вокруг шара начался ритуальный дикарский… в смысле, мудрильский танец. Даже Андрюха пару раз слегка дёрнулся на платформе (хотя есть подозрения, что потому что из-под его валяющейся персоны выдернули какую-то мудрильную фигулину). В общем, полчаса зал представлял из себя выездной филиал психбольных под неслышимую музыку. Ребята (ну кроме ленивца — его хрен сдвинешь всякими мелочами) жались к стеночкам и контролировали пространство.
— Капитан, ваша настороженность, в текущей обстановке, излишняя, — брякнул проф, отметив нашу боеготовность.
— Ни черта подобного, профессор. Поверхностные и ошибочные выводы, — слегка реабилитировался я — ну просто все эти мудрилы говорили на каком-то вот совсем непонятном языке, с редкими вкраплениями понятных терминов.
— Экхмм… кхммм… А почему?
— Аборигены, профессор. Если я правильно понимаю, то они либо были в симбиозе с биокомпом, либо, будучи в нём же, религиозно поклонялись.
— Это довольно типично для недоразвитых культур, объяснять непонятное непознаваемым, — пробасил проф. — И вы предполагаете, что может быть атака?
— Именно. Этот выход мы контролируем, — указал я на мембрану. — Но в этом здании их до чёрта. И проникнуть, накопить силы, внезапно атаковать местные могут в любой момент и в любом месте.
— Вынужден признать, что вы правы, капитан Керг. Я даже не вспомнил, что вы отрезали компьютер от общей сети…
— Скорее — от него самого. Эта сеть, похоже, и есть отростки компьютера.
— Вполне возможно. Так что приношу вам свои извинения, капитан.
— Принимаю, профессор, но они излишни — просто до момента доставки добычи на ваш корабль вопросы безопасности на мне, и в этих вопросах дискуссий не будет.
— Принимается, капитан Керг, — торжественно кивнул Кси.
Ну, в общем, показал себя несколько меньшим засранцем, чем выглядел. Да и вообще, если уж начистоту, не засранцем: у научников свои «профессиональные деформации», у силовиков — свои. А у экстерминаторов — совсем третьи. Те же сотрудники профа, помимо мудрильских плясок, время от времени зыркали на перебитых аборигенов, а с них — на нас. С ужасом-омерзением и прочей хернёй. Не акцентировались, но явно «держались подальше». И не то, что мозгов не хватало понять, что это для их же мудрильской безопасности, точно хватало. Но «жестоко и бесчеловечно». Нам, с НАШЕЙ профдеформацией, не понять… точнее не прочувствовать, никак.
Впрочем философия — философией, а дело делалось. В смысле, полусферу биокомпа, согласно старшинству, сначала облизал проф. Потом его сотрудники. А потом Рдакла своими «минеральными бинтами» подхватила полусферу, отлепила от пола и аккуратно шмякнула на платформу. И, посадив мудрил на эти же платформы, мы выдвинулись. На этот раз в качестве «передового дозора», да и тылового — выступали дроны. Потому что даже «условной безопасности», учитывая аборигенов, не было ни спереди, ни сзади.
И вот этот дозор дронов нас спас. Отряд — скорее всего, а научников — точно. Ассистент в фоновом режиме отслеживал всё, что я вижу-слышу, недаром он фактически «воспроизводил картинку» с дополнениями от себя. Потому что я бы просто на не успел отреагировать на видео от дрона, как не успела Мила.
…Критическая Опасность!…
Такая надпись появилась перед глазами, а ускорение было запредельным. И в этом, запредельном ускорении, НСП скинул схему с контурами-подсветкой. И… слов цензурных нет! Один из дохлых, отмечаемых как дохлый, да даже светящий светом сквозь сквозную дырень в груди, аборигенов — стоял рядом с мембраной. И вскидывал своё стреляло, явно в сторону мембраны.
Это… звиздец, дошло до меня. С его угла он пробьёт все мембраны, сколько бы их не было в кессоне. А пять сотен атмосфер сделают остальное — после потери целостности ни черта эти мембраны не удержат. И что делать… повернуться не успею, начавший реагировать дрон — тоже ничерта не успеет. Манипулятор, с парализатором! И как же хорошо, что я не участвовал в атаке и не лишился парализатора. А то бы экспедиции каюк, а, скорее всего, и отряду — чёрта с два мы выдержим удары и давление. Так что только с помощью НСП я смог отдать приказ доспеху, поворотный манипулятор отреагировал (вот тоже идея — Милиным дронам не помешают не башенные, а на гибких приводах пушки), и ходячий мертвец, парализованный, свалился на мембрану, откуда скатился. Выстрелить успел, но как понятно не в мембрану, размозжив себе ласту.
— Стоп! — рявкнул я как в общем чате, так и в отрядном. — Плазменные клинки, режем головы, — пояснил я, скидывая схему.
А то как выжил абориген — хрен знает, по крайней мере, Кси фигел и что-то пытался вякнуть насчёт исследований… Но я отрезал — не до того, прекратил вякать. И стал объяснять своим, уже чуть ли не в голос возмущающимся сотрудникам причину «глумления над невинными мёртвыми трупами».
Декапутировали мертвецов и гораздо более напряжённо рванули вперёд. Потому что если был один местный с таким подходом — могут быть и другие. И порвать кессонную мембрану ДО боестолкновения и даже встречи с нами. Так что на «тыловой дозор», несмотря на то, что он нас спас, мы забили. А просто рвали вперёд с максимальной скоростью, которую позволяли развить платформы.
