ноге, бранящийся мастер упал с невысокой стены в глубокую ванну, где мешали раствор, а ему на голову рухнула лопата, об которую Мих запнулся, когда поспешил на помощь.
До старика сапожники уже доходили подобные хохмы, но тот мудро говорил, что не бывает необучаемых людей, а бывают плохие учителя! Как же он ошибался…
Мих сразу сломал два шила, которые пережили последнюю войну пару тысяч пар обуви. Следующей на очереди оказалась универсальная колодка из редкого и очень твёрдого дерева, как говорил плотник, но парень расколол её на три куска единственным маленьким гвоздиком.
Послав к демонам ржущих каменщика и плотника, сапожник принёс богатую жертву богам и всё-таки смог закончить пару сапог с помощью Миха. Гордый собой он надел обновку и демонстративно прошёлся перед хихикающими мужиками. К вечеру его ноги опухли и стали чернеть. Пришлось отдать три сотни монет целителю и ждать пять дней, прежде чем отвесить непутёвому ученику знатного пинка и выпроводить на все четыре стороны.
Приняв неизбежное, что не быть ему ремесленником, Мих подрядился разносчиком. Но он путал адресатов, терял посылки, опаздывал… Его сразу выгнали, едва он заработал на покрытие расходов.
С другой стороны – он обрёл некую известность в узких кругах и многие держали пари, что смогут его чему-нибудь научить. Но годы шли, а Мих был всё тем же и ничего у него не получалось, как бы он не старался…
Храмовники проводили обряды очищения, но это ничего не меняло и они разводили руками. Сперва думали, что это какой-то магический дар, но подтверждения этому не нашли, как и связи с демонами.
Иногда, правда шутки ради, его засылали к конкурентам, обещая небольшое вознаграждение, но вскоре его узнавали в лицо и этот жиденький ручеёк дохода иссяк.
Мих, став личностью почти легендарной, перебивался простейшей работой, но даже просто таская мешки умудрялся портить товар. А потом ему стукнуло шестнадцать…
Добровольно пойдя в армию, он старался изо всех сил и довольно быстро снискал уважение за целеустремлённость и идеальное выполнение приказов, а также усердной физической подготовке, но ровно до того момента, пока не начались занятия по боевой подготовке.
Сперва всех поразила та лёгкость, с какой он выводил противника из строя и ему пророчили великое будущее, но всё оказалось не так хорошо, как выглядело на первый взгляд… От Миха страдали не только команды противника, но и союзники, причём союзники страдали больше! И чем больше он старался, тем страшнее становилось командованию…
Одним жарким летним днём, вылетевшее из рук Миха тренировочное копьё, неудачно отскочило от мишени и попало в зону тренировки лучников. Чья-то стрела срикошетила от стального набалдашника копья и унеслась в небо, где подстрелила пролетающую птицу.
Птица, под двумя сотнями взглядов, спикировала в район конюшен, и рухнула на голову прикуривавшего конюха. Тот, от неожиданности, выронил горящую спичку прямо в сухое сено, которое моментально вспыхнуло.
Перепуганные кони, с горящими хвостами и гривами, вырвались из загонов и разбежались по всему лагерю, поджигая всё на своём пути.
Огонь удалось потушить и виновного нашли довольно быстро!
Не решившись убить это чудовище, чтобы не накликать проклятие на свой род, вояки выпнули его из армии, а вызванные храмовники потом трое суток читали молебен очищения над всем лагерем.
Но Мих не сдавался и изо всех сил старался найти своё призвание в жизни, однако, время шло и вариантов, как и надежды, оставалось всё меньше и меньше.
Сегодня последняя капля упала на чашу весов отчаяния и он коснулся прощальной записки в кармане, написанной уже очень давно. Похоже, пришло время избавить мир от его, Миха, присутствия. Матушка, конечно, будет плакать, но две сестры и брат уже большие, так что справятся.
Выйдя из ворот академии, он направился за город, к своему любимому, одинокому дереву, в корнях которого давно была припрятана прочная верёвка.
Уже вечеров, когда он уже шёл вдоль поля злаков, последние слёзы скатывались по его щекам. Он не ругал богов, не клял судьбу и не обвинял весь мир! В его голове был лишь один вопрос – почему?
Почему у него ничего не получается, как бы он не старался? Почему он до сих пор жив, хотя мог умереть почти в каждом из случаев? Почему, почему, почему…
Проверив верёвку, он перекинул её через толстую ветку и закрепил. Встал ногами на маленькую табуреточку, купленную по пути за одну монетку и накинул петлю на шею.
— Если хочешь, я могу решить твою проблему.
Мих резко обернулся, но никого не увидел. Нервно сглотнув и осенив себя знамением, чтобы демоны не искушали его на пороге смерти, он шагнул с табуретки.
Верёвка оборвалась и парень рухнул на траву, больно ударившись задом о табуретку.
— Я могу помочь тебе, — вновь прозвучал голос, звучащий, как казалось, со всех сторон.
— В обмен на мою никчёмную душу, да? — горько усмехнулся Мих.
— Нет, — спокойно ответил голос, — мне ничего такого не нужно.
— Так не бывает! — рассмеялся Мих, вдруг представив, как демон давится его душой и умирает.
— Я лишь хочу, чтобы ты спас свой мир от разрушения.
— Я?! — воскликнул он, всё-таки оглядываясь по сторонам, но так никого и не заметив. — Почему я? Я не гожусь на роль героя!
— Я дам тебе силу, — всё так же спокойно ответил голос.
— Силу, чтобы я спас мир? — Мих задумался. Он мало знал о демонах, но знал, что там нужны какие-то контракты, а этот голос ничего не просил. Да и стать героем, чтобы его перестали клеймить безнадёжным, безруким и бесполезным? Он очень этого хотел! Прямо сейчас! — Я согласен! А что за сила? И от чего спасать?
— Отныне ты можешь копировать любые увиденные навыки и умения.
— Да? — удивился Мих такой странной силе, которая совсем не ощущалась. — Даже магические?
— Да, — просто ответил голос.
— Ну так от чего спасать то?
— Ты сам должен всё узнать!
— Почему такие сложности? — заподозрил неладное Мих.
— Потому, что для меня это нечто новое и торопиться не следует – вечность слишком коротка, чтобы спешить…
Голос пропал и Мих поспешил в город, чтобы проверить всё сказанное и убедиться, что он не сошёл с ума.
А где-то в академии Грин почувствовал, что Здец вздрогнул и поёжился.
— Что-то случилось?
— Нет, — отмахнулся демон, напряжённо о чём-то размышляя, — просто тут всегда сквозняк,
