class="p1">Лорд Шеппард. Невероятно элегантный, бледный, с тонкими чертами лица и тёмными, умными, чуть насмешливыми глазами. За ним последовали его жена, Маргарита — классическая женщина-вамп, от красоты которой захватывало дух, — и двое их «сыновей», томных красавчиков, которые смотрели на наш деревенский пейзаж с вежливой скукой.
Кейден показал им замок через магическое зеркало. Вампиры были в восторге.
— Очаровательно мрачно! — восхитился Шеппард. — А эти горгульи! Какой стиль!
— А подземелья! — выдохнула Маргарита. — Какая акустика! Представляю, как здесь будут звучать стоны наших жерт… то есть, наших гостей.
Настало время переговоров. Мы сели за наш стол. Я, как главный юрисконсульт нашей семьи, достала свиток пергамента, на котором всю ночь составляла договор.
— Итак, господа, — начала я деловым тоном. — Ознакомьтесь с условиями аренды.
Лорд Шеппард с интересом взял у меня свиток. Я видела, как его брови медленно поползли вверх, пока он читал.
— «Пункт 3.4: Арендатор обязуется не обращать в вампиров местное население, включая, но не ограничиваясь: коров, кур, гномов и других магических существ», — прочитал он вслух и посмотрел на меня с нескрываемым изумлением.
— Это обязательное условие, — строго сказала я. — У нас тут ценный генофонд.
— «Пункт 5.2: Все кровавые ритуалы, оргии и прочие шумные мероприятия проводить строго в подвальных помещениях с соответствующей магической звукоизоляцией с десяти вечера до шести утра», — продолжил он, и уголки его губ дрогнули в усмешке.
— Мы уважаем право соседей на отдых, — пояснила я.
Один из их сынков, тот, что посмазливее, наклонился ко мне и прошептал: — А если мы пригласим на оргию вас, прекрасная леди, правила можно будет нарушить?
И тут воздух в комнате похолодел. Я почувствовала, как за моей спиной Кейден напрягся. Его золотые глаза потемнели. — Мой партнёр, — произнёс он тихо, но так, что у вампира, кажется, на миг перестали расти клыки, — задал вам вопрос по существу договора. Я бы посоветовал вам сосредоточиться на нём.
Вампирчик тут же отсел и сделал вид, что очень внимательно изучает узоры на столе.
— Прекрасный договор! — рассмеялся лорд Шеппард. — Восхитительно эксцентрично! Мы согласны на все ваши условия!
Он подписал договор, уколов палец и оставив кровавый отпечаток. А потом положил на стол тяжёлый мешок с золотом. — Оплата за первый год вперёд. Мы можем въезжать?
Сделка была заключена.
Когда карета вампиров растворилась в тумане, мы остались стоять на крыльце с договором и мешком золота. Я чувствовала себя героиней какого-то абсурдного ситкома.
— Ну что, партнёр, — сказал Кейден, обнимая меня за талию. Он был невероятно доволен. — Теперь, когда мы решили наши жилищные и финансовые проблемы, может, подумаем о расширении семьи?
Он хитро подмигнул, и в его глазах плясали золотые черти.
Моё сердце пропустило удар. А потом ещё один. Расширение семьи?
«У меня уже есть сестра-ведьма и приёмный сын-дракон, — с паникой подумала я. — Куда уж больше?!»
Но потом я посмотрела на него, на его счастливое, любимое лицо. И поняла, что с этим драконом я готова не просто на расширение. Я готова на целый детский сад. С качелями и горками.
— Сначала, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал, — мы купим нормальную посуду. И найдём быка для Зорьки. А потом… потом посмотрим.
Он рассмеялся и поцеловал меня. И в этот момент я поняла, что мой самый безумный, самый главный проект в жизни только начинается.
Эпилог
Прошло семь лет.
Семь лет, которые пролетели как один день и вместили в себя столько жизни, сколько я не прожила за всю свою прошлую, екатеринбургскую. Семь лет, за которые наша проклятая ферма превратилась в самый настоящий, без преувеличения, рай.
Земля, напоенная силой Сердца Горы, дышала жизнью. Наш сад ломился от волшебных фруктов. Наши поля давали урожай круглый год. Капуста-кусака эволюционировала в капусту-лизунью и теперь пыталась облизать каждого, кто проходил мимо. Картошка-бродяга выучила все загадки и теперь требовала, чтобы ей читали стихи.
Я сидела на веранде нашего большого, достроенного и перестроенного дома, пытаясь хотя бы пять минут спокойно почитать. В руках у меня был дневник Изольды, который из инструкции по выживанию превратился в нашу семейную реликвию.
Пять минут тишины. Это всё, о чём я просила. Но, видимо, это была слишком большая роскошь.
— Мама, Каэль опять строит башню из моих кубиков! А она не падает! Это нечестно! — раздался возмущённый голосок.
Это была Лада. Моя дочь. Пятилетнее чудо с медовыми волосами и глазами цвета грозового неба. Она унаследовала от меня любовь к порядку, а от отца — вспыльчивый характер.
— Мама, а Лада опять пытается командовать моими кубиками! — донёсся спокойный, рассудительный голосок её брата-близнеца.
Это был Каэль. Мой сын. С тёмными, как у отца, волосами и моими синими глазами. Он унаследовал от Кейдена внешнюю невозмутимость, а от меня — любовь к сложным структурам. Его башня из кубиков, которую он строил с помощью своей магии, действительно была идеальной и не падала, что приводило Ладу в ярость.
«Так, Алина Викторовна, — с усталым вздохом подумала я. — Очередной конфликт на стройплощадке. Нужно вмешаться, пока одна сторона не применила магию огня, а вторая не выстроила вокруг первой нерушимую стену».
— А ну-ка, архитекторы, быстро помирились! — скомандовала я. — Иначе я конфискую и кубики, и башню!
В этот момент с неба рухнула тень. На лужайку перед домом, неловко взмахнув крыльями и снеся верхушку любимой яблони гнома Буркотуна, приземлился Игнис.
Наш первенец.
За семь лет он из котёнка превратился в молодого, грациозного дракона размером с небольшую лошадь. Его обсидиановая чешуя переливалась на солнце, а золотые глаза светились умом и озорством. Он был нашей гордостью и моей вечной головной болью.
— Ма! — пророкотал он, и его голос уже начал ломаться, переходя от юношеского звона к драконьему рёву. Он подбежал ко мне и с гордостью бросил к моим ногам… огромного, дымящегося кабана. — Я принёс ужин!
— Игнис, милый, сколько раз я тебе говорила! — простонала я, глядя на подпалённую тушу. — Не готовить дичь в полёте! У неё же мясо получается сухое! И ты снова напугал кур!
— Прости, мам, — виновато выдохнул он облачко дыма.
— Эй, летучий ящер! — раздался из-за дома строгий девичий голос. — Ты мне
