такого наболтаю кому ни попадя, что не дай бог… Впредь надо быть осторожнее со словами».
Теперь настала очередь Макса измерять лапами камышовый остров. Из-за густоты растительности то, что происходило на реке, нам было не видно, но и нас нельзя было разглядеть внутри этих буро-зелёных зарослей. Сперва он ходил туда-сюда, потом начал круги наворачивать, пару раз скручивался в шар, бурча что-то себе под нос. Смысла было не разобрать, но я не сомневалась, что он ругается.
Потихоньку наползали сумерки, несколько раз невдалеке слышались крики рыбаков, которые вроде как порвали сеть. Также, с завидной периодичностью, доносился плеск вёсел под ритмичные песни. Должно быть, мимо проплывали большие вёсельные шхуны. Банкор был близко.
Когда практически стемнело и я уже подумывала о том, что если Макс не успокоится, то плюну на него и поплыву сама, он, не глядя в мою сторону, натянул на себя верёвочные лямки и начал стаскивать лодку в воду. Не говоря ни слова, я присоединилась к нему, и мы продолжили путь. «Ну, что ж… Бойкот так бойкот! Посмотрим, кто первым заговорит…»
В эту ночь мы двигались относительно медленно. Макс не подсвечивался в темноте, возможно, из предосторожности, так как по берегам часто мелькали огни костров. Я держала вёсла наготове так, что, если бы нас заметили, было бы не видно, что лодку кто-то тянет. И вот так всю ночь…
К утру я поняла, что цель достигнута – мы в пойме реки. Берега были настолько далеки друг от друга, что в лёгком утреннем тумане казалось, будто это не река, а море. Макс направился к высокому скалистому острову. Хорошо, что был полный штиль, иначе сидеть в утлом судёнышке было бы страшновато. Почти у самого острова Макс скинул упряжь и исчез под массивной скалой. «Наверно, тут тайник, про который он говорил…» – я взялась за вёсла, чтобы размять затёкшее тело.
Макса не было довольно долго. Я представила, как там, в глубине пещеры, он чахнет над своим золотом. Ангалин вернёт долг, и мы расстанемся. Жаль… Я очень привязалась к нему и, несмотря на импульсивный характер, он не переставал восхищать и удивлять меня, особенно как представитель разумной цивилизации, отличной от человеческой. Эх, знали бы учёные на Земле, сколько необычного и загадочного я здесь повстречала. Вот если бы удалось вернуться и рассказать обо всём! Хотя… Если бы так и случилось, то остаток жизни можно провести в сумасшедшем доме. Никто не поверит!
Макс вынырнул в нескольких метрах от лодки. Перемены я заметила сразу. Он был вооружён: вдоль спины лежали длинные, парные, кожаные ножны, грудь и живот закрыты чем-то вроде доспехов, а на пояснице виднелась небольшая продолговатая сумка. Из воды показался хвост с зажатым маленьким мешочком, который я поймала на лету. Он звякнул так, что стало ясно, там не одна монета. Я заговорила первой:
– Ты мне должен одну монету.
– Это благодарнос-с-сть з-за с-спас-сение, – голос был жёстким.
У меня внутри всё вскипело, но я постаралась говорить как можно спокойнее:
– Я помогла тебе не за деньги.
– Вс-с-сё требует оплаты… – его глаза не просто смотрели, они меня сверлили.
– А как же твоя помощь мне? То, что ты дотащил меня сюда, кормил… Как за это с тобой рассчитываться?
– Ты уже рас-с-считалась.
– И чем же?
– Тем, что расс-сказала кое-что интерес-с-сное…
– Понятно… – очень сильно захотелось съездить чем-нибудь тяжёлым по этой наглой ангалинской морде. – Ну, что ж… Коли так…
Я развязала мешочек и наощупь, не глядя, достала одну монету. Отложила её в сторону, а остальное… швырнула далеко в воду. В секунду глаза ящера превратились в две круглые тарелки, удар хвоста чуть не перевернул лодку, а утробный рык заставил вздрогнуть:
– Дур-р-ра-а!!! – он рявкнул так, что у меня сжалось всё, что могло это сделать.
– Сам дурак! – но его уже не было.
Переводя дыхание и вцепившись в борта, я удерживала равновесие. Пирогу болтало, но вскоре волнение успокоилось. Я схватила вёсла и налегла со всей силы. А берег был далеко… Очень далеко. Туман рассеялся, и берега виднелись узкими полосками, зато были острова. Я нацелилась на ближайший. От обиды и злости внутри всё бурлило и клокотало. Я ни о чём не могла думать, только о том, как эта чешуйчатая скотина меня обидела.
Глава 8
К тому моменту, когда я подгребла к острову, слёзы полностью застилали глаза. Лодочка уткнулась в прибрежные камни. Островок был маленький, с кривоватыми деревцами и высокой скалой в центре. Я присела на округлый валун: руки трясутся, ноги промокли и слёзы в три ручья… Появилось желание забраться на эту скалу и сигануть вниз, чтобы покончить со всем раз и навсегда. Я сползла пониже и, став на колени, сунула голову в холодную воду. Когда, отфыркиваясь, вынырнула – рядом сидел Макс.
И тут меня понесло:
– Ты чего припёрся?! Что тебе надо от меня?! Проваливай!!! Чтоб глаза мои тебя больше не видели, гад чешуйчатый! Змей! Да пошёл ты! Злобная рептилия! Плыви, докладывай папочке! Доносчик! Подлый шпион!
Я увидела знакомый мешочек:
– А-а-а! Достал-таки денежки! Ну как же, такое добро чуть не утонуло! Подавись своим золотом! Чтоб оно тебе поперёк горла встало! У-у-у, Змей Горыныч!!! – и я погрозила кулаком. – Ненавижу тебя! Понял?! Убирайся!
Сложно было сказать, о чём думал Макс во время моего приступа бешенства. Он полулежал на камнях, приподнявшись на передних лапах, не сводя с меня глаз, только пальцы на его хвосте сжимались и разжимались. Я зачерпнула воды и охладила разгорячённые щёки. Всё. Слова кончились, осталось только ощущение полного бессилия и пустоты. Закрыв лицо ладонями, я отвернулась. Через несколько минут длиннющий хвост обхватил поперёк и ангалин навис сверху, как удав над кроликом:
– Вс-сё с-с-сказала? – голос был спокоен.
Я молчала.
– С-слуш-шай сюда, девуш-ш-шка с планеты З-земля. С-сейчас ты с-сядеш-шь в лодку и поплывёш-шь к правому берегу, пока ветер не поднялся. Вон за тем островом, – ящер махнул головой, и я глянула следом, – цвет воды изменится на мутно-зелёный. Ты пересечёш-шь этот поток, и когда вода с-с-станет проз-зрачной, это будет з-значить, что ты попала в нуж-жное течение. Можно почти не грести, река сама понес-с-сёт тебя, просто с-с-считай острова. После седьмого бери вёс-с-сла и правь к берегу. Ос-ставляй лодку где-нибудь в кустах и поднимайся в гору. Когда поднимеш-ш-шься, то увидиш-шь, куда идти, дорога там одна. З-за пеш-ш-ший вход в город берут пять тетри. Пойдёш-ш-шь на дворцовую площ-щ-щадь, она находится на самом больш-ш-шом ос-строве, оттуда в западную часть города, туда
