по татуировке, нежно целуя, ощущая какую-то непонятную радость на душе.
- Я ее сделала два дня назад, - отвечает Юля с придыханием.
- Серьезно? Я сделал тату тоже в среду… - говорю я, сгорая от желания.
- Так не бывает, - шепчет Юля, выгибаясь под ласками моих пальцев.
- Бывает, Юля, бывает… Мы ближе, чем под кожей друг друга, - отвечаю я, унося нас в собственный рай под названием любовь...
Эпилог
Эпилог
Юля
…Спустя две недели (на следующий день после свадьбы)…
- Доброе утро, моя жена, - хрипло произносит Стас, стоя в проеме нашей кухни-гостиной.
Я вздрагиваю, поворачиваюсь, поднимая взгляд на Стаса, при этом нежно улыбаясь ему в ответ. Как же приятно и ласково звучит «жена». Господи, я ведь действительно уже сутки, как жена самого прекрасного мужчины на свете!
- Доброе утро любимый!
- Ты готовишь? – удивленно приподнимает одну бровь муж, замечая, что я переворачиваю блинчик на сковороде.
А я ведь впервые готовлю для Стаса. Наши встречи за этот год были так редки, что не хотелось тратить время на готовку… А в суете предстоящего торжества последние пару недель у меня не было ни секунды свободного времени.
- Да! - отвечаю я, - почти все готово.
- Ммм… Значит, стоило жениться только ради того, чтобы наконец-то ты меня покормила своими кулинарными шедеврами! - смеется Стас.
- А то! – поддакиваю я.
Стас подходит, обнимая меня со спины, утыкается в мои волосы и шею, делая рваные вдохи. Мурашки пробегают по моей коже, кажется, забегая и под неё. Интересно, я когда-нибудь перестану так реагировать на него? Наверное, нет… Ведь мы не спали почти всю ночь, оставив место для сна на каких-то пару часов.
- Я боялся, что ты сбежала, после первой брачной ночи, когда проснулся один, - шепчет на ушко Стас с игривыми нотками, но почему-то мне кажется, что не шутит.
- Поспать ты мне не дал, конечно, - тем же тоном отвечаю я, переворачивая очередной блинчик, - но была совсем не против этого!
Я стою спиной к Стасу, но вижу его довольную ухмылку, отражающуюся в глянцевую поверхность кухонной вытяжки.
- Садись за стол, а то лишишь себя самых вкусный блинчиков в своей жизни, - говорю, смеясь.
- Слушаюсь и повинуюсь, - отрывается от меня Стас, при этом берет две кружки, наливая нам чай.
Я быстро переворачиваю последний блинчик, выключаю плиту и ставлю тарелку на стол.
- С чем будешь блинчики?
- С мёдом, - охотно отзывается Стас, который уже достал тарелочку и баночку с мёдом с таким довольным лицом, что я невольно любуюсь им, - а ты?
- Со сметаной, - указываю кивком на подготовленную чашку со сметаной.
Стас щедро окунает блинчик в мёд, заглатывая его целиком, а я не могу сдержать смеха, потому что сейчас он похож на медвежонка, который получил желаемое лакомство.
- Ммм… Как вкусно! – говорит с блаженным лицом Стас.
- Приятного аппетита! – улыбаюсь я.
Мы быстро справляемся с завтраком, а я то и дело поглядываю на мурлыкающего от удовольствия Стаса, не в силах сдержать смеха.
- Я раньше думал, что у моей мамы самые вкусные блинчики, но я ошибался. Никогда не ел ничего вкуснее!
- Только маме об этом не говори! – округляю я глаза от притворного страха.
- Если будешь мне готовить чаще, не скажу, - расплывается в хитрой улыбке Стас.
- Ты похож на мартовского кота, - откровенно смеюсь я в ответ.
- Так и есть! – соглашается Стас, грозно надвигаясь на меня, а я уже вовсю хохочу, решая убежать от него.
Срываюсь со своего места, но муж (как же приятно звучит – муж!) в два счета догоняет меня, подхватывая и заваливая на диван. Не дав мне ни единого шанса сбежать и вырваться, душит в крепких объятиях. А я совсем не против. Совсем!
…Спустя два года…
Стас
Юля стоит перед зеркалом, не замечая меня, в тонком кружевном халате, пристально изучая себя в зеркале, как будто ищет изъяны во внешности, которых просто нет! Идеальная женщина. Моя идеальная женщина.
Юля такая счастливая сейчас. Влюбленная. Влюбленная в меня! В меня! Я, который никогда не верил во всю эту чушь, осознаю это и взрываюсь от фейерверка эмоций, которые подкатывают от понимания этого.
Каждый год в нашу годовщину мы устраиваем свадьбу для нас двоих, проживая эмоции этого дня каждый раз, как в первый раз. Чувство «дежавю» накатывает, потому что я вспоминаю день нашей свадьбы два года назад, когда вот так же подглядывал за Юлей, любовался ей, пробравшись в номер отеля, в котором проходили сборы невесты...
Юля чувствует меня, оборачивается, обезоруживая меня своей улыбкой. Я же в одно мгновение стискиваю ее в объятиях, а ее запах сладкой груши ударяет мне в нос, окончательно включая все рецепторы и отключая мой мозг, который плывет от одного прикосновения, от одного вдоха. Жадно ласкаю ее хрупкое, упругое тело. Вдавливаю ее в себя, припечатывая в проснувшийся член, который рвется наружу.
Юля плавится в моих руках мгновенно, постанывает, обвивая руками меня за шею. Обещал же ей, что не буду подглядывать, что в этот раз не приду испортить макияж и прическу, как день свадьбы и как на первую годовщину… Ведь пришлось переделывать все снова… Но срываюсь от одного стона, наплевав на необязательные обещания.
Спускаюсь руками от талии к бедрам, задираю халат, обхватывая ее округлые бедра. На Юле надеты чулки, которые позволяют беспрепятственно прикасаться к открытой коже, потому что трусики – это и не трусики вовсе, а так… кружевная полосочка. Сжимаю, врезаясь пальцами в кожу при этом не на секунду не отпуская ее пухлых губ, которые не просто целую, терзаю, кусаю, ласкаю языком и губами…
- Стас… - срывается стон с уст Юли, который я глушу глубоким поцелуям, потому что на звук ее голоса я реагирую не меньше, чем на ее запах и прикосновения, готовый сорваться.
- Синичка моя…- целую свою жену в шею, оставляя очередной засос, желая ей сказать кое-что, вернее предложить, но никак не решаюсь.
Юля с трудом отрывается от меня, разрывая наш поцелуй, пытается сделать шаг назад, но я продолжаю ее стискивать сильнее в объятиях.
- Прическу испортишь,- смеется Юля, а я наиграно вздыхаю, но готов снести любые ее причитания, лишь бы добраться до желаемого…
-
