«Гуляет, говорит, — сказала миссис Бэйтс, подкладывая сахар в его чай. — Я думала, она верхом ездила, а она говорит, нет».
Он посмотрел на мои брюки и желтую рубашку. «Разве нет? Мне казалось, что жеребец Форреста соблазнял тебя давно. — Я не отвечая отхлебнула чая. Сцена на лугу бледнела, таяла в воздухе… Горячий чай — благословение, лекарство от снов. День начался. Жизнь продолжается. — Эта одежда тебе идет».
Кон говорил с неприкрытым восторгом, Бетси смотрела на него подозрительно задумчиво. Пододвинула к нему тарелку со свежими рогаликами. «Попробуй это».
Он взял один, не отводя от меня глаз. «Выйдешь сегодня помочь?»
«Вот этого она не сделает», — четко ответила миссис Бэйтс.
«Может быть, — сказала я. — Не уверена. Я… плохо спала».
«Тебя, может, что-нибудь беспокоит?» — спросил Кон. Его глаза выражали искреннее любопытство.
Миссис Бэйтс отобрала у него чашку и снова наполнила. «Она беспокоится насчет деда, и это ничуть не страннее, чем то, что ты делаешь, мистер Кон, и это я могу сказать, что тебе должно быть стыдно звать ее работать по такой жаре, когда у тебя в поле помощников хватает, и это правда, а не вранье!»
«Ну, — сказал Кон, чуть заметно улыбаясь, — сомневаюсь, что сегодня придет Билл Фенвик, поэтому если бы ты поработала немного на тракторе, это помогло бы. Погода скоро испортится, сама видишь. Гроза будет еще днем».
«Вижу. Ты там будешь целый день?»
«Как только позавтракаю, отправлюсь. А что?»
«Говорила вчера. Хочу пообщаться».
«Это точно. Может, вечером».
«Лучше бы раньше. Могу прийти в поле, когда остановишься перекусить».
«Давай, — ответил Кон беззаботно, опуская чашку. — До встречи».
Я поднялась переодеться. Не будь Кон в рабочей одежде, он бы почувствовал запах коня. На серых брюках остались рыжие волосы Рябинового, а один или два — на рубашке, где он терся об меня головой. Я помылась, надела юбку и свежую блузку и почувствовала себя лучше.
Завтракать я не смогла, но никто не мог отметить этого факта. Кон еще не пришел, дедушка не встал, миссис Бэйтс была где-то занята, а Лиза неимоверно притихла. Юлия по моему настоянию завтракала в постели, я хотела, чтобы она не попадалась Кону на глаза. Она полностью пришла в себя после приключений прошедшей ночи и согласилась так себя вести, по ее словам, только потому, что не хотела видеть Кона до встречи с Дональдом.
Дональд позвонил вскоре после половины девятого, узнать последние новости. Я сказала ему только то, что могло его успокоить — что с машиной Билла Фенвика случилось несчастье, но с Юлией асе в порядке, и она хочет с ним увидеться днем. Если, добавила я, вспоминая коллегу из Лондона, он свободен…
«Мпхм, — сказал Дональд. — Заеду через полчаса».
«Дональд! Подождите минуточку! Она еще не встала!»
«Полчаса», — сказал Дональд и повесил трубку.
Я предупредила Юлию, которая вылетела из кровати с воплем: «Что мне надеть?!» Это окончательно убедило меня в ее хорошем самоощущении и чувствах.
Я не видела, как Дональд подъехал, но через полчаса его машина появилась во дворе, и я захотела сказать ему, что Юлия сейчас появится. Его не было ни в машине, ни поблизости. Чутье заставило меня проскользнуть в полуоткрытую дверь конюшни Блонди, там он и оказался. Трогал нежным пальцем густой мех, а Томми сидел на перекладине примерно в полдюйма шириной и внимательно наблюдал, периодически облизывая черную лапу.
Услышав, как я вошла, Дональд выпрямился. «С ней правда все в порядке?» Оставалось надеяться, что такое бесцеремонное приветствие свидетельствует о состоянии души. Он определенно не показывал никаких других признаков глубоких переживаний.
«Абсолютно. Появится минуты через две».
Я рассказала подробнее о несчастном случае, но ничего не говорила о Коне и о том, что случилось ночью. Если Юлия захочет рассказать, это ее дело, но я надеялась, что не станет. Не захочет дополнительных неприятностей до моего разговора с Коном, а потом все может и проясниться.
До появления Юлии прошло шесть минут. Стрессы прошлой ночи никак на ней не отразились. В голубой юбке и белой блузке она выглядела подтянутой и невозмутимой, будто это не она с воплем неслась в ванну тридцать шесть минут назад. Она приветствовала Дональда с редкостным спокойствием и, когда я собралась удалиться, задержала меня взглядом, который заполнил меня предчувствиями. Их не уменьшало и поведение Дональда — он погрузился в молчание, и я с тоской заметила, что он лезет в карман за трубкой. Я быстро сказала: «Нельзя курить в конюшне. Если вы сейчас уходите…»
«О-о-у, — сказала Юлия. — Это котята Томми? Они восхитительные! — Она наклонилась над кормушкой, восхищенно щебеча, явно намереваясь задержаться на какое-то время. — И посмотрите, какие крохотные коготки! Два черных, три черно-белых, два рыжих… Это же чудо!»
«Между прочим, их папа из Западной Сторожки — рыжий», — сказала я довольно возбужденно.
Юлия вытащила рыжего котенка из мехового клубка и гладила его под подбородком. «А сколько им? Ой, я бы с восторгом взяла себе одного. Но они слишком маленькие, чтобы брать, да? Шесть недель должно пройти, чтобы они начали лакать? Ой, какой милый… Аннабел, как ты думаешь, среди рыжих есть хоть один мальчик?»
«Оба мальчики», — ответил Дональд.
«Как ты… Они же слишком маленькие, чтобы понять, правда?»
«Я бы сказал, что вероятность того, что оба рыжих котенка являются представителями мужского пола составляет около девяноста девяти и девяти десятых процента, а возможно и более. Рыжий цвет — характеристика, связанная с полом».
Да, вряд ли мы подберемся ближе к романтическим разговорам, чем обсуждение генетики. И пока не сказано все, что возможно, для развития этой темы, не похоже, чтобы мы сделали хоть шаг вперед в решении нашей проблемы. Я устремила на Дональда пронзительный взгляд, но он его не заметил. Смотрел на Юлию, а она вцепилась в котенка и с восторгом его изучала. «Хочешь сказать, что не бывает рыжих кошек?»
«Нет. То есть да». Дональд растерялся только на секунду и не по нужному поводу. Он стоял, неколебимый, как скала, трубка в руке, спокойный, говорит медленно и безусловно привлекательный. С удовольствием бы встряхнула его.
«Разве это не прекрасно? — спросила Юлия. — Аннабел, ты это знала? Тогда я оставлю себе этого. О Господи, у него когти, как булавки, и он хочет залезть на мою шею! Дональд, посмотри на него, правда это абсолютная прелесть!»
«Прелесть. — Он оставался возмутительно спокойным и академичным. — Я бы пошел еще дальше, необыкновенная красота».
«Правда? — Юлия не меньше меня удивилась такому мощному эпитету. Она отодвинула котенка, глядя на него с некоторым сомнением. — Ну, конечно, он очень милый и симпатичный, но разве розовый нос это именно то? Очень, конечно, миловидный, с этим пятнышком на конце, но…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
