дружище?
— Потому что с тебя больше взять нечего! А цезий-137 — это товар, на который обязательно найдется покупатель. Я ведь не только представитель ЮНЕСКО, но и бизнесмен, Робби! — засмеялся Аббас. — И приехал сюда, чтобы спасти хоть часть ценностей, похищенных джихадистами.
— Ампулы с цезием на строжайшем учете, — пробормотал Винклер. — Если ревизия обнаружит недостачу, меня посадят на много лет!
— Погляди-ка в это окошко, — кивнул Аббас. — Видишь там верхнюю перекладину виселицы, Робби? И тебе не потребуется много лет, чтобы попасть туда! И послушай, как воет за стеной какой-то бедолага! Мне кажется, что тебе и выбирать-то не из чего. Согласишься — и уже утром тебя отвезут в посольство, принесут официальные извинения за «недоразумение». Откажешься — я сейчас же встану и уйду.
— Я согласен, согласен! Но у меня на складе всего три ампулы!
— Вполне достаточно, Робби! Когда ты должен появиться в Басре? Оставишь контейнеры в багажнике моего джипа. Не вздумай надуть меня и сбежать, Робби! В Басре ты будешь под присмотром надежных людей. И запомни: если что-то пойдет не так, на обратном пути тебя встретит начальник полиции. Он снова извинится перед послом — теперь уже за продажность своего эксперта. Снова всплывут те пакетики — ну, дальше ты и сам догадываешься, что будет!
Аббас встал, почистил брюки и поинтересовался:
— Да, кстати: а эти радиоактивные стекляшки нельзя сложить в один контейнер?
— Что ты! Критическая масса изотопа повысится, и изоляция контейнеров не удержит излучения!
— Вот теперь я тебе окончательно верю, Робби! Я ведь слегка покривил душой, и о цезии кое-что знаю! — Аббас подмигнул.
* * *
Забрав свой джип у Робби, Аббас, прежде чем сесть в автомобиль, украдкой включил счетчик Гейгера и поглядел на циферблат. Машина слегка «фонила», но показатели говорили о том, что никакой опасности для человека нет.
На выезде из Багдада, на армейском блок-посту, его остановили, проверили документы и предложили координатору ЮНЕСКО дать пикап сопровождения с пулеметом и солдатами:
— В районе Мосула уже хозяйничают эти бородатые шайтаны-джихадисты, господин Аббас! Как бы вас того…
— Не беспокойтесь, офицер, — рассмеялся тот. — Не может же халифат воевать со всем миром!
— Отчаянный парень, этот агент ЮНЕСКО, — покачал головой офицер вслед катящемуся на острие пыльного облака джипу. — Судя по произношению, он из Саудовской Аравии?
— Похоже на то, — кивнул сержант. — И это удивительно, господин капитан: никто не считает саудитов храбрыми воинами!
Когда вдали показался Тикрит, Аббас достал рацию, включил ее и произнес кодовую фразу. Придерживая руль коленями, он надел на голову куфию, закрепил ее игалем[96]. Углом куфии он закрыл лицо, оставив открытой лишь щель для глаз: джихадистам совсем не обязательно знать в лицо тайного помощника могущественного халифа.
На окраине Тикрита его встречало множество мужчин, выстроившихся вдоль дороги — наверняка это приказ аль-Анвари, своего рода почетный караул, подумал Аббас. Мужчины издавали приветственные крики и палили в воздух из автоматов. Еще бы: они знали, что этот человек везет в халифат страшное оружие против неверных!
У штаба его ждал сам аль-Анвари. Он обнял Аббаса, приложился щекой к щеке и повел в дом.
— Я рад, что не ошибся в тебе, Аббас!
— Спасибо, халиф. Надо передать людям, что контейнеры в тайнике джипа требуют особого обращения…
— Не беспокойся, Аббас! Контейнерами займутся мои физики-ядерщики[97] из Багдада!
Глава десятая
Деннис подошел к посту охраны, небрежно кивнул в ответ на приветствие дежурного, облокотился на стойку.
— Что нынче новенького? — поинтересовался он. — Что ты высмотрел сегодня на своих мониторах, Клиф?
— Ничего особенного, мистер Деннис. Все как обычно.
— Скучно живешь, Клиф! Скучно… А что поделывает нынче мистер Холл?
Охранник пожал плечами:
— Включил телевизор, пощелкал по каналам. Потом его навестил наш транс-пидор, принес ему из своего «курятника» хе-хе-хе… презент. Какую-то птичку.
— Птичку? — поднял брови Деннис. — Зачем?
— А бог его знает, сэр! Он же немного ненормальный, этот пидор. Вы сами говорили!
— Почему ты называешь нашего Матвея пидором? — усмехнулся Деннис. — Немного некорректно, Клиф! Это трансгендер…
Охранник настороженно взглянул в лицо начальству. Поняв, что Деннис иронизирует, расслабился, покачал головой:
— Не люблю эту публику, сэр! Развелось этих трансгендеров — глаза бы не глядели!
— Ладно. Что там с птичкой дальше было?
— Мистер Холл разозлился, начал орать на Мотьку-Марысю — зачем да почему. Потом замолчал, только телевизор погромче включил.
Секьюрити поднял брови: даже дети нынче знают, что телевизор и музыку включают погромче для того, чтобы засекретить общение. Через минуту брови мистера Денниса приняли прежнюю спокойную «геометрию». Какие могут быть тайные переговоры с тупым геем?
— И долго наш Матвей у него был? Что они делали?
— Минуты четыре, максимум пять. А что делали — не знаю, сэр. В той комнате нет видеокамер, вы же знаете. Я контролирую только разговоры.
— И о чем же они беседовали?
Охранник развел руками:
— Я же вам толкую, сэр — телевизор все глушил!
— А что потом?
— Пидорюга выскочил вместе с птицей, и выпустил ее прямо в коридоре, — охранник залился смехом и покрутил головой. — Думаю, соблазнить инженера у Мотьки не получилось! Через полчаса он накрасился, оделся по-женски и куда-то пошел.
— Куда-то пошел, — повторил Деннис. — Он ведь нечасто покидает наш центр, Клиф?
— Так точно, сэр! В стране объявлена мобилизация, мужчин ловят на всех углах. Наш Матвей-Марыся боится попасть в оборот и выходит отсюда редко. Но иногда все же выбирается… Сегодня оно объявило, что идет в прачечную.
— Ладно, дьявол с этим трансгендером. А мистер Холл?
— Три раза выходил во двор покурить… Ах, да, совсем забыл. Его опять навещал наш пропойца, Виртечик. Вышел от мистера Холла с очередной бутылкой и помчался к себе. Пару раз приложился на ходу — так уж «шланги горели», видимо. Хе-хе-хе…
Деннис выругался:
— Он ведь тоже не часто выходит в город?
— Совсем не выходит, сэр! Он уже получил повестку месяц назад, и с тех пор безвылазно сидит на нашей базе. Только бренди лакает…
— Пожалуй, пора его гнать к чертовой матери! Он вполне может напортачить в лаборатории, чего доброго. Сегодня же его выпровожу. Что еще?
— Мистер Сорочанский прошел в рабочую зону, брякает там своими склянками. Видать, получил распоряжение поработать нынче с птичками: его лаборант прикатил к выходу во двор тележку с ящиком.
— Тоже пора гнать этого пана — давно бы выгнал, если бы не подготовка к эвакуации. В общем, все как всегда? Ладно, Клиф, не скучай и смотри в оба!
— Есть смотреть, сэр! Было бы на что глядеть…
* * *
Транс-персона Марыся проникла в комнату Берга без стука, воспользовавшись своим ключом.
