Он надеялся, что она не пошлет его на три буквы, или не обзовет мудаком и уйдет. Хотя, по правде говоря, он бы не стал ее в этом винить.
***
— Джулия, задержись на секунду. Мне нужно кое-что у тебя спросить.
Джулия остановилась в дверях, с любопытством поглядывая на учителя.
— Саша, что случилось?
Саша положила руку на плечо Джулии.
— Я просто хотела убедиться, что ты в порядке. Ты сегодня выглядела слегка не в своей тарелке.
Джулия вздохнула.
— Да, знаю. Сегодня не лучший мой денек.
Она свалилась во время стойки на руках, шаталась на руках во время позы баланса, которая обычно ей легко удавалась, да и все занятие была какой-то рассеянной. Даже в этом, очень продвинутом классе, Джулия обычно была одной из лучших, и могла сделать любую позу, которую показывала Саша. Она и ее преподаватель почти мгновенно подружились и иногда после занятий пили вместе чай и болтали.
Саша пожала плечами.
— У нас у всех бывают неудачные дни. Ты же знаешь, близиться полнолуние, оно может расшатать наш баланс.
Джулия знала, что ее преподавательница полностью приняла йогический образ жизни, не только практику, но диету и убеждения, а находиться в контакте с фазами Луны было лишь малой частью этого.
— Я немного устала, и, может быть, у меня легкое похмелье, — призналась Джулия. — Прошлым вечером я была на банкете и поздно вернулась домой.
— Вот что тебе надо сделать. Выпей большой стакан сока из ростков пшеницы, он поможет тебе с похмельем. Это прекрасный антидепрессант и детоксикант.
Джулия подумала, что ростки пшеницы звучат совершенно тошнотворно, но не собиралась произносить это вслух и оскорблять Сашу.
— Хорошо, может быть я так и сделаю.
— И я заметила, что ты слегка морщилась, особенно когда была в позе хануманасана. У тебя напряжение в мышцах?
Джулия слегка вздрогнула, вспомнив о небольшом дискомфорте, который испытывала, принимая позы, где необходимо было полностью раскрыться.
— Эээ, нет, просто, э, боль. Я, ммм, ну из-за отсутствия лучшего слова, давай назовем это оттрахана об стену прошлой ночью. Наверное, сегодня утром я просто слишком чувствительна.
Светло-зеленые глаза Саши расширились, а затем она засмеялась.
— Ну, надеюсь это того стоило. Звучит немного эксцентрично, но я за маленькие эксперименты.
Джулия покраснела.
— Не могу поверить, что только что рассказала тебе об этом. Ты, должно быть, считаешь меня бесстыжей.
Саша усмехнулась.
— За трах у стены? Дорогуша, не шокируй меня так. Я выросла в очень богемной семье, так что я довольно непредвзято отношусь к большинству вещей.
— Спасибо, что переживаешь за меня. Обещаю, на следующем уроке я снова стану нормальной, — поклялась Джулия.
— Таким образом, больше никаких трахов об стену? — пошутила Саша.
Джулия сжала губы.
— Во всяком случае, не с тем же парнем, это уж точно. Я официально с ним не разговариваю.
— Очень жаль. Если парень может трахнуть тебя так сильно, что на следующий день ты с трудом передвигаешься, он явно неплох. — блеснули глаза Саши. — Или, в твоем случае, с участием стены.
Джулия закатила глаза, обняла преподавательницу, а затем покинула комнату, чтобы забрать свои вещи. Зона ожидания уже была полна людей из следующей группы, и она поспешила уйти.
Выйдя из студии, она увидела, кто ожидал ее снаружи, и остановилась как вкопанная.
«Это несправедливо, что у нее по-прежнему была на него такая реакция, — подумала она». Он выглядел таким красивым, таким аппетитным, что его надо было объявить вне закона. Сегодня он был одет повседневно, темные джинсы, мокасины и темно синий свитер с V-образным вырезом, из под которого выглядывала белая рубашка. Его густые, красивые волосы были уложены как обычно, а сам он был мрачным и неулыбчивым.
А потом она вспомнила, каким отчаянным, каким страстным он был прошлой ночью, а затем ушел с Кэмерон - женщиной, на которой в следующем году собирался жениться. Джулия не была наивной, она понимала, что учитывая то, как Кэмерон висла на нем весь вечер, она ожидала от него безумного секса. Он что, из ее объятий попал прямо в объятия Кэмерон? Она содрогнулась от этой мысли и решила больше не мучить себя.
Джулия смотрела на него, а затем вспомнила, что пообещала себе не разговаривать с ним. Убрав коврик для йоги за плечо, она пошла вниз по кварталу, подальше от него, молча задаваясь вопросом, как он вообще здесь очутился. Какого черта он вообще возомнил себе, что после вчерашнего она будет с ним разговаривать?
Она не удивилась, когда спустя полквартала он догнал ее, его голос был низким и умоляющим.
— Джулия, подожди. Пожалуйста. Нам нужно поговорить, ты же знаешь. Стой.
Она упорно продолжала идти, пока он не схватил ее за руку и не остановил. Она отказывалась смотреть на него и безуспешно пыталась освободить руку
— Натан, отпусти меня, — тихо сказала она. — Я не хочу с тобой разговаривать.
— Тебе не надо говорить, просто выслушай меня. Можем мы пойти куда-то в более уединенное место? Могу я купить тебе кофе? Пожалуйста, Джулия. Я должен извиниться, убедиться, что ты в порядке, и я, правда, не хочу делать это здесь, на тротуаре.
Она слегка пожала плечами.
— Я в порядке. Ты извинился. Больше нам сказать друг другу нечего. А теперь отпусти меня.
— Нет. Эй, я понимаю, что ты на меня злишься, и я тебя не виню. Но, пожалуйста, это просто кофе, хорошо?
Джулия слегка фыркнула.
— Хорошо. В соседнем квартале есть одно место.
— То, где подают шоколадные круассаны?
Она моргнула, задаваясь вопросом, как он вообще узнал об этом, и тут ее осенило.
— Анджела. Вот крыса! Это ведь она рассказала тебе, где меня найти. Приятно знать что я могу рассчитывать на своих друзей.
Натан ухмыльнулся.
— Если это тебя утешит, она предупредила меня, чтобы я вел себя хорошо. И угрожала рассказать все твоей сестре, если я этого не сделаю.
Джулия подавила чувство паники при мысли о том, что Лорен когда-нибудь выяснит, что ублюдок, который бросил ее в Нью-Йорке, теперь ее босс.
— Ну, это было бы очень плохо. Моя сестра любит справедливость. И в следующем месяце она приедет в гости, так что Анджела может и сболтнуть лишнего.
— Откуда твоя соседка так хорошо знает твою сестру?
— Мы вместе росли в Кармеле, ходили в одну школу. На самом деле, Анджела больше подруга Лорен, чем моя, но мы тоже с ней достаточно близки. Когда она узнала, что я переезжаю в город, то рассказала мне о свободной квартире под ней.
Натан продолжал держать ее за руку, пока они шли.
