class="p1">Наш поцелуй, прикосновения превратились в необходимость быть ближе. Только платье бы снять. Чертовски мешает. Оторвалась от его губ и хрипло проговорила:
— Ты можешь сделать так, чтобы никто не смог к нам войти, и чтобы никто не
услышал наши крики и стоны?
Потемневшие от желания глаза мужчины сфокусировались на мне, очевидно, до него не сразу дошёл смысл сказанного, но когда дошёл, он кивнул и прошептал:
— Да. Но... зачем нам кричать?
Я уткнулась лбом в его плечо и рассмеялась.
— Ты что ли занимаешься сексом молча?
Посмотрела на его лицо и улыбнулась во все тридцать два зуба. Его щёки чуть порозовели.
Но он выполнил мою просьбу, а после подхватил меня на руки и направился к
кровати и прежде, чем меня опустить на ложе, произнёс:
— Аврора, пути назад не будет. Я ведь поставлю на тебе свою метку. И по волчьим законам ты уже будешь моя жена.
Я моргнула раз, другой. Потом стукнула его кулачком, вызвав у него шок и недоумение, и прошипела:
— Тогда какого хрена мы тут дурью страдаем? Я уже давно могла стать женой!
Обняла его за шею, едва не придушив, чмокнула в губы и сказала:
— Я согласна стать твоей женой по любым законам, Лиам. Хоть по волчьим, хоть по кошачьим, даже по комариным.
— Аврора... — простонал он моё имя с таким непередаваемым наслаждением, что я всё поняла — из нас получится прекрасная семья.
А пока... пусть весь мир подождёт.
* * *
— Придётся отказаться от колье и повязать на шею шарф, — произнесла задумчиво, рассматривая шею и плечо.
Лиам, конечно, предупредил, что будет синяк, но он забыл сказать, что это будет мега-синяк! Такой качественный засос получился, да ещё до крови. Но что странно, совсем не болит. Вообще никак не беспокоит.
— Мой зверь будет недоволен этим, — вздохнул Лиам, лёжа в постели и глядя на меня, как кот, обожравшийся сметаны.
Он заложил руки за голову и улыбнулся моему отражению в зеркале. Я фыркнула и обернулась. Залюбовалась им. А Лиам даже срам не прикрыл. А вдруг кто войдёт? Защиту-то он уже снял. Вот неловко будет... тому, кто войдёт.
Сдвинула брови и поинтересовалась:
— А с чего это твой зверь будет недоволен?
— С того, что я пометил тебя, так, как это принято у волков. Теперь для моего зверя ты моя женщина, моя самка до самой смерти. А ты собираешься всё прикрыть. Это как если бы я надел кольцо на твой пальчик, а ты стала бы его ото всех прятать.
Я состроила Лиаму рожу и проворчала:
— Пометил... как грубо!
— Но это правда, — рассмеялся он.
— Тогда говори: «поставил метку», так лучше звучит, согласись. И знаешь что? Я предпочитаю, чтобы ты и твой волк руководствовались не только банальными постельными отношениями, но и сердцем, чувствами и даже мозгом.
— Ты абсолютно права, любовь моя.
От этих ласковых слов у меня внутри всё затрепетало.
Женское существо растаяло, как мороженое на раскалённом асфальте. Я была готова слушать эти слова бесконечно.
— Поверь, мои чувства сосредоточены именно в сердце. И в голове, а не в головке, — проговорил Лиам.
Что ж, это хорошо.
Вздохнула томно, плечиком повела и прошептала:
— Кстати, насчёт колечка... Я очень хочу увидеть его на своём пальчике...
Вытянула перед собой руку и пошевелила пальчиками, представляя на безымянном огромный бриллиантовый булыжник. Да! Хочу именно булыжник.
— И ты его увидишь. Обещаю, Аврора, — заверил меня Лиам и сел в постели.
Посмотрел на меня долгим и голодным взглядом. Всё, теперь мы из спальни вообще никуда не уйдём.
Виляя бёдрами, как заправская стриптизёрша, вернулась к прекрасному мужчине, забралась в постель, устроилась на его сильной груди и прошептала, выписывая пальчиками круги на его мускулах:
— Между прочим, скоро ужин в честь твоей поганой помолвки.
Мужчина задрожал от моей нехитрой ласки и пробормотал:
— К сожалению...
— А я даже толком не пообедала. На поганом девичнике подавали поганые пирожные... — вспомнила вдруг неприятное событие и настроение испортилось.
Приподнялась на локте и посмотрела в глаза самого лучшего мужчины. Он убрал мои волосы мне за ухо, а то они ему в рот полезли и сказал:
— Не грусти, не печалься, моё сердечко, всё устроится, вот увидишь. Причём
очень-очень скоро. Я дал теб слово и сдержу его.
Прикоснулась губами к его губам и выдохнула ему в рот:
— Скорее бы...
Ба-ба-а-а-ах! Ба-ба-а-а-ах! Ба-ба-а-а-ах!
Кто-то похоже решил выломать нам двери. Я вздрогнула и дёрнулась, заметалась по кровати в поисках белья.
— Не суетись, — спокойно произнёс Лиам, вставая с постели. — Это Сэм.
— Сэм? А нормально постучать он не может? Нет? — возмутилась я. — Так долбит в двери, будто апокалипсис пришёл!
Так, трусы я нашла. Точнее, панталончики. А остальное где?
Свесилась с кровати и обнаружила под ней платье. Хорошо, что под кроватью не было пыли. Один чулок заметила на диванчике, а другой что-то забыл на люстре. Ох, одеваться минут пять буду. Чёртовы завязки и крючки. В итоге я завернулась в простыню. И Лиам впустил своего помощника.
Глава 33.
АВРОРА
— Ваша Светлость! Совсем скоро ужин, а вы ещё не готовы. Что я за слуга, коль не могу своего милорда к нужному времени собрать, — услышала я укоризненный голос Сэма. — Вы должны быть...
И тут Сэм увидел меня.
Захлопнул рот, щёки его порозовели, глаза, бедолага, не знал, куда девать. Но он не стушевался, поклонился мне, сидящей в кровати Лиама, и произнёс со всем достоинством:
— Добрый вечер, госпожа Даль. Прекрасно выглядите.
Я поправила простыню, в которую завернулась, хмыкнула и ответила ему:
— Прекрасно? Так может мне в таком виде и отправиться на ужин? Думаю, все мужчины оценят мой наряд.
— Пожалей несчастных, — с лёгкой угрозой в голосе проговорил Лиам, — это будет их последний вечер. И всё, что они увидят перед смертью — моего разъярённого зверя.
Я длинно вздохнула и произнесла:
— И ты обречёшь себя на ужасную участь. Ведь останешься единственным мужчиной. И что тогда? Мне воевать за тебя со всем женским стадом? Одной Синтии хватает за глаза. Мне ведь придётся засучить рукава и каждой здесь открутить голову. Ужас, дворец утонет в крови.
Сэм издал какой-то крякающий звук. То ли поперхнулся воздухом,
