В условиях почти нулевой гравитации они пошли в грязный кабинет местного епископа и пристегнулись к стенам. Теллер-5 осмотрела Уильяма, а он смотрел поверх нее, на паланкин-клетку на стене, рядом со свернутой в кольца плетью. Температура у него пока что спала, но все тело все еще болело. Епископ Грасси-6 и Гейтс-15 с тревогой смотрели на него.
– Не следует ли нам доставить его в больницу? – спросил Гейтс-15.
– Да, – ответила Теллер-5.
– Мои симптомы пока что под контролем, – сказал Уильям.
Епископ оглядел его, плотно сжав губы. Доктор непроизвольно погладила руку Уильяма, и тот отмахнулся.
– Мы обязаны! – сказал Гейтс-15.
– Можно мне немного от него отдохнуть? – брезгливо сказал Уильям, показывая на Гейтса-15.
На самом деле надо было дать Гейтсу-15 время, чтобы он загрузил вирус.
– Нет! – воскликнул Гейтс-15.
Идиот.
– Ты здесь по его просьбе, – сказал епископ. – Давай, будь хорошим мальчиком.
Гейтс-15 не шевельнулся.
– Уйди хоть ненадолго, – сказал Уильям.
Казалось, Гейтс-15 готов расплакаться.
– Он сказал, уходи! – взвизгнула Теллер-5. – Будь хорошим мальчиком!
Она мечтательно улыбнулась Уильяму, сосредоточенная на коже его руки, к которой снова прижала ладонь.
– И ее тоже уберите! – сказал Уильям.
Трое Кукол переругивались до тех пор, пока Уильям и епископ не остались наедине, если не считать двоих солдат епископской гвардии в скафандрах.
– Нам надо поговорить о том, как вам попасть туда, где жила ваша семья, – сказал Грасси-6.
– Благодарю вас, – ответил Уильям.
– Вы говорили, что не хотите в клетку.
– Именно.
– Я не такой, как большинство Кукол, – сказал Грасси-6. – Равно как и Теллер-5. Абсолютное большинство Кукол лишены тех навыков самоконтроля, которые есть у нас.
Уильям удержался от ответа.
– В Эпоху Падения осталось не много моделей религиозного поведения, которым может следовать большинство Кукол, взаимодействуя с божественным, – сказал епископ. – Все сводится к Клетке и Плети.
– Я не собираюсь никого пороть, – сказал Уильям.
– Тогда клетка, мистер Кальтвассер.
– Никаких клеток.
– Это не из-за вас. Это из-за Кукол в массе своей, того, на что они способны.
Грасси-6 отстегнулся от стены и оттолкнулся, переплывая к другой стене. Взял плеть. Едва два метра длиной, достаточно жесткая. Епископ зацепился ногами за прутья клетки и пару раз взмахнул плетью, пробуя, чтобы почувствовать. Уильям думал, что Грасси-6 не должен бы уметь пользоваться плетью, поскольку он Кукла, а не Нумен. И тут епископ с силой взмахнул плетью. Кончик громко щелкнул, ужалив воздух посреди комнаты.
– Плоский или боковой удар может оставить болезненные синяки, – сказал Грасси-6. – Но, по моему опыту, это неубедительно. При правильном щелчке кончик плети превышает скорость звука. Для настоящей эффективности следует попадать в цель именно им.
– Это варварство.
Грасси-6 подплыл обратно к Уильяму и протянул ему рукоять плети. Уильям не взял ее.
– Возможно, вам следует погрузиться в ваш страх, – сказал Грасси-6. – Скажем, если к вам сюда войдет с десяток Кукол. Кого бы вы предпочли увидеть главным?
Уильям сглотнул, подавляя тошноту.
– Нумены всегда были созданиями, чего-либо боящимися, – сказал епископ. – Они боялись друг друга. Они боялись осуждения со стороны остальной человеческой цивилизации. И они боялись Кукол, которых сами и создали. Понимая эту основополагающую истину, мы в состоянии правильно поклоняться им.
– Вы… их пугаете? – спросил Уильям.
– МЫ поклоняемся им соответственно их природе. Вы испуганы?
У Уильяма пересохло во рту. Рукоять плети все так же маячила перед ним.
– Да.
Грасси-6 перебрался вдоль поручня, так близко к Уильяму, что тот ощутил лимонный запах у него изо рта.
– Мы, Куклы, тоже боимся. Мы боимся отсутствия божественного.
Грасси-6 взял Уильяма за руку, доверительно. Уильям замер. От нежности, с которой касалась его рука еписпопа, у него мурашки по коже пошли. Грасси-6 вложил рукоять плети в руку Уильяма. Тот попытался оттолкнуть епископа, но у Куклы оказалась на удивление крепкая хватка.
– Мой страх и ваш страх есть отражения друг друга, – сказал Грасси-6. – Эти отражения порождают моральное бремя. Вам придется решить, что делать со страхом перед нами, как и мы обязаны решить, что нам делать со страхом вашего отсутствия. У вас есть Плеть. У нас есть Клетка.
Грасси-6 отпрыгнул в сторону и ухватился за поручень в метре от Уильяма. Уильям же вцепился в плеть. Епископ долго смотрел на него, а потом отпрыгнул в сторону двери.
– Вы хотите посетить места, где жили ваши предки. Вы не хотите делать это в клетке. Так что у вас в руках единственная альтернатива. Сейчас я открою дверь. За ней десять Кукол, которые понятия не имеют, что вы здесь.
– Не надо!
– Либо так, либо обратно в Свободный Город, – сказал Грасси-6. – Вы сказали мне, чего вы хотите, а я вам показываю, как этого достичь.
– Не надо!
Дверь сдвинулась в сторону, сдвинулся от нее и Грасси-6.
Из-за двери выглянуло миниатюрное, в половину обычного человеческого, лицо, с идеально белой европейской кожей. Женщина-Кукла, с красивым лицом, обрамленным черными волосами. Затем выглянул мужчина, с каштанового цвета бородой, робко принюхиваясь. Его рот открылся, будто от удивления, и он начал судорожно глотать воздух. Затем это стала делать и женщина. И они впрыгнули внутрь. За ними последовали другие миниатюрные люди идеальных пропорций, пробуя ртами воздух, будто рыбы.
– Стойте! – сказал Уильям визгливо, так, что его голос отдался у него в ушах.
Его пальцы шарили по пряжкам ремней, которыми он был пристегнут к стене.
Пролезли еще трое Кукол с открытыми ртами.
– Скажите, чтобы они ушли! – сказал Уильям.
– Клетка или Плеть, мистер Кальтвассер, – сказал Грасси-6.
– Убирайтесь! – заорал Уильям.
Они среагировали точно так же, как Теллер-5. Никак. Или слегка удивились. Они пребывали в религиозном благоговении.
Первый из Кукол, с каштановой бородой, приближался к Уильяму, растопырив пальцы рук.
– Отвали! – крикнул Уильям, отталкивая его.
Руки Куклы метнулись вперед, молниеносно, будто змеи, и сомкнули пальцы на предплечьях Уильяма. Он вытянул шею, пытаясь укусить его. Уильям замахнулся рукой, в которой держал плеть, и ударил его кулаком в лицо. Кукла ахнул и отлетел назад, кувыркаясь в воздухе, а потом врезался в другого. Трое других долетели до стены, окружая Уильяма и цепляясь ногами за поручень. У них были мечтательные взгляды.
Уильям в панике взмахнул плетью. Она практически не щелкнула и попала по ноге одному из Кукол. Потом Уильям ударил сильнее, попав другому поперек живота. Женщина ахнула от боли и согнулась пополам.
Первый снова двинулся на него в исступлении. Уильям ударил, целясь в грудь, но промахнулся. Плеть ударила Куклу по шее и щеке, а кончик щелкнул ему в глаз. Бедняга завопил, и Уильям одеревенел от ужаса. Не переставая кричать, Кукла закрыл лицо руками. Сквозь пальцы текла кровь.
– Заставьте их остановиться! – завопил Уильям.
Грасси-6 безмятежно улыбался у противоположной стены комнаты.
– Остановитесь! – сказал Куклам Уильям. – Я не буду вас бить! Я залезу в клетку! Остановитесь!
Кукла коснулась стены у ног Уильяма. Зацепившись ногами за нижний поручень, она втянула воздух ртом, вдыхая его запах. Обхватила его ногу так, будто это было самое важное во всем мире. Укусила его миниатюрными зубами сквозь ткань штанов. Уильям вскрикнул и дернул ногой, пытаясь отбросить ее.
Он снова и снова взмахивал плетью, хлестал их, попадая по рукам, ногам, груди и лицам, нечленораздельно вопя, попадая по собственным ногам, когда промахивался по Куклам, лезущим на него. Не перестал хлестать и вопить, пока его голос не превратился в хрип, а рука не устала. Пелена капелек крови висела в воздухе, отделяя его от перепуганных Кукол, стонущих в болезненном экстазе вокруг епископа.
