на врага. Буквально бросилась — приземлилась коленями на хребет оглушенного бандита. С противным хрустом сломались ребра, изо рта Пепе вырвался протяжный предсмертный стон.
Но Лоретта на этом не успокоилась. Громко крича, она молотила поверженного противника ледяным контейнером по голове и по шее, произнося при этом в такт ударам:
— Теперь ты никогда больше не приставишь пушку к моей голове, отморозок хренов!
Тут к ней подошел Джек и коснулся ее руки.
— Мне кажется, он все понял.
Лоретта посмотрела сначала на Джека, потом на Пепе. Бандит лежал, уткнувшись лицом в пол, с неестественно вывернутой головой и не дышал.
— Уверена, ты прав, — кивнула Лоретта.
Джек помог ей подняться на ноги и легонько подтолкнул к двери.
— Идем!
Но и это было еще не все. Лоретта повернулась и пнула Пепе под ребра.
— Предупреждала ведь тебя, что я сучка!
— Лоретта, уходим!
Они поспешили к выходу.
— Джек, мы в расчете?
— Ага. Один-один.
— Слушай, я говорила тебе, что у меня поганое настроение?
— Говорила. Знаешь, Лоретта, иногда поганое настроение может быть очень кстати.
Перевод: Тимофей Матюхин
Дьявольская ночь
(соавтор Хизер Грэм)
F. Paul Wilson, Heather Graham, " Infernal Night", 2014
Ещё один рассказ о Наладчике Джеке, в котором появляется Майкл Квинн — герой другого популярного писателя Хизера Грэма.
Пока они разговаривали, Джек расхаживал по комнате.
Итак, Жюль, последний отпрыск семьи Частейн, был богат. Если частного самолета «Гольфстрим М», доставившего его сюда из Ла-Гуардиа, и «Майбаха» с ливрейным шофером, встретившим его в аэропорту, было недостаточно, чтобы точно сделать такой вывод, то просторный особняк в Новом Орлеане снимал все вопросы.
Ветви поросших мхом дубов, окружавших дом с двух сторон, раскачивал ветер, когда водитель остановил автомобиль перед входом.
— Район Садов, — сказал он.
Мастер Джек не знал, что это значит, но все вокруг говорило об утонченном богатстве, старом времени и медленном изяществе ушедшей эпохи. Джек вполне мог представить, что особняк находится в центре бывшей плантации. Массивные колонны за крыльцом напомнили ему о «Таре» из «Унесенных ветром».[37]
Он провел небольшое расследование, прежде чем согласился приехать на Юг. Оказалось, что Жюль Частейн получил свое состояние самым старомодным способом: он его унаследовал.
И он был знаком со многими людьми. Со знаменитостями. Газетные вырезки и оригинальные фотографии Частейнов с Джорджем У.,[38] Бараком Обамой, Барброй Стрейзанд и Литтл Ричардом — это было круто — висели на стенах вместе с артефактами, собранными со всего света. Квартиру самого Джека тоже украшало немало артефактов, но все они принадлежали к тридцатым или сороковым годам двадцатого века. А здесь имелись вещи постарше пирамид…
«Я мог бы быть под сильным впечатлением», — подумал Мастер.
И впечатление наверняка было бы еще сильнее, если бы хозяин говорил что-то осмысленное.
Джек остановился, чтобы посмотреть в лицо Частейну, сидевшему в кресле, больше напоминавшем трон, — но не бутафорский трон из старого фильма. Тонкие усики, толстые очки, смехотворный шелковый смокинг — хозяин походил на Перси Доветонсилса,[39] который отказался от мартини и перешел на крэк.
— Давайте уточним: вы доставили меня на самолете из Нью-Йорка, чтобы я украл то, что вам принадлежит, из вашего семейного склепа?
— Да, — дрожащим голосом ответил Жюль. — Совершенно верно.
— Ладно. Однако я прекрасно вижу, что вы не инвалид, а потому объясните мне, почему вы не можете сделать это сами.
— Как я уже говорил, артефакт был получен у другого коллекционера, который хочет его вернуть.
— Потому что вы его украли.
— Мистер, я так и не услышал вашей фамилии.
За последние годы у Мастера набралась дюжина фамилий.
— Меня вполне устроит, если вы будете называть меня Джек, — сказал он.
— Хорошо, Джек, заверяю вас — я могу заплатить за все, что пожелаю. За все.
— Но только не в том случае, если другой человек не хочет это продать.
Частейн отвернулся:
— Ну, изредка приходится сталкиваться с жутким упрямством…
— И тут возникает идея кражи.
Жюль небрежно взмахнул рукой:
— Ну ладно, да! Я присвоил себе некий артефакт, не поставив его владельца в известность.
— И теперь он хочет его вернуть.
— Да, она узнала, что произошло.
Казалось, богач не мог произнести вслух слово «воровство».
— О, так это она! — удивился Мастер. — Вы мне не говорили, что речь о женщине.
— Мадам де Медичи. Вы о ней слышали?
— До тех пор, пока вы мне не позвонили, я ничего не слышал о вас, так почему я должен знать о ней?
— Я просто спросил. Вам знакомо выражение: «Нет фурии страшнее»?
— На самом деле это звучит так: «В самом аду нет фурии страшнее, чем женщина, которую отвергли».
Брови Частейна полезли вверх.
— О, любитель поэзии!
— Совсем не обязательно. Просто люблю все делать правильно. А поскольку я имел несчастье изучать английскую литературу…
— Правда? И в какой школе?
— Название не имеет значения, когда ее бросаешь. Так что вы говорили?
— Ну, если истинная цитата звучит так, как вы сказали: «В самом аду нет фурии страшнее, чем женщина, которую отвергли», — то в нашем случае получится примерно так: «В самом аду нет фурии страшнее де Медичи, потерявшей экспонат из своей коллекции». Когда я сказал, что у меня нет того, что ей принадлежит, она наняла убийцу, чтобы тот меня прикончил.
Джек рассмеялся:
— И кто же она такая? Жена мафиозо?
— Несмотря на свое имя, она вроде бы со Среднего Востока. И хочет моей смерти.
За долгие годы своей карьеры Мастеру Джеку пришлось убить многих, но он никогда не делал этого на заказ.
— Ну, надеюсь, вы не рассчитываете, что я ее убью, — предупредил он собеседника. — Моя профессия не предполагает выполнения таких поручений.
— Нет-нет! Как я уже сказал, мне необходим человек, который сумеет забрать артефакт из нашего фамильного склепа.
— И для этого вам потребовалось доставить меня сюда из Нью-Йорка? Неужели здесь нет специалистов нужного профиля?
— Мне сказали, что вы — как же они вас называют? — городской наемник… Да, городской наемник, который всегда делает свою работу и держит слово.
— И кому же я обязан столь лестным мнением?
— Боюсь, человек, который рассказал мне о вас, хочет, чтобы я не называл его имя. Давайте ограничимся тем, что я получил насчет вас отличные рекомендации.
«Интересно, кто бы это мог быть?» — подумал Джек. Он никого не знал в Новом Орлеане. Впрочем, он почти сразу отбросил все эти вопросы. С появлением Интернета источник сведений можно искать где угодно.
— И все же наверняка есть кто-то из
