раба, которые, кажется, не особо радовались местному празднику.
— Жрица думает, что ты нарочно притворяешься добрым, — вдруг осторожно добавила Финаэль.
— А ты что думаешь?
— Ты пустил меня к себе домой, — ответила она.
— Ну, дом у меня большой, — я пожал плечами. — Знаю, что у вас это может считаться чем-то личным, но для меня — это просто жест. Ты мне нравишься. Жрица может хотеть чего угодно, но королевские запреты не снимут. Что до Даны — она иногда ляпнет что-нибудь не к месту, но у неё нет злого умысла. Узнаешь её лучше — поймёшь.
— Это не ответ, — возразила она, но в голосе чувствовалась благодарность. — Но я ценю твои слова.
— Зови меня просто Владислав, — усмехнулся я. — Ты не глупая, Финаэль, и знаешь, как устроен мир. У всех свои интересы.
Она снова покраснела, потом подняла рычащего котёнка, который отчаянно пытался вырваться из её рук.
— Это, кстати, ещё более личный жест, Владислав, — буркнула она, надув губы. — И я не ребёнок!
* * *
— Это от Олафа? — спросил я у Матвея спустя час, когда солнце начало подниматься, а жара делала своё дело, несмотря на влажность возле озера.
— Не все птицы долетают до гор, — карлик оглядел толпу, которая сразу расступилась, когда я подошёл ближе. — Поэтому он продолжал отправлять отчёты, пока не получил ответ.
Я кивнул, проверяя свиток, а потом переходя к следующему. Увидев восковые печати князя и дома Лон-Лона, я усмехнулся. Осторожно вскрыл их, развернул дорогой пергамент.
— Они закончили стену в Золотом Роге, но им нужно финансирование для беженцев, которые стекаются в город, — Матвей продолжал рассказывать, но моё внимание приковало другое письмо.
«Мой Ярослав, милый мой негодник…» — буквы в письме Алтынсу были такими плавными, что читать было всё равно, что разглядывать картину. Я улыбнулся, заметив знакомое влияние её родного языка.
Матвей, видимо поняв, что я его уже не слушаю, недовольно хмыкнул, дернул себя за бороду и велел рабу забрать остальную почту домой.
Сложив письмо, я спрятал его в сумку и огляделся. Караван, который только что прибыл, привлёк внимание всей площади. Повозки, мулы, верблюды — почти сорок штук, и охрана, вооружённая до зубов. Солдаты уже выставили кордон вокруг передних фургонов, нервно поглядывая на толпу.
Я шагнул ближе, и толпа последовала за мной. Офицер скомандовал, один из солдат подбежал к закрытому вагону и открыл дверь. Из неё вышла девушка с рыжими волосами, собранными на затылке.
— Вот так встреча, — подумал я, останавливаясь. Это была Искель.
Толпа вокруг загудела ещё сильнее, когда за ней появилась женщина в белой вуали. Она двигалась спокойно, царственно, несмотря на ропот вокруг. Алтынсу. Моё сердце забилось быстрее.
Я нахмурился, но потом невольно улыбнулся. Как же она умела произвести впечатление!
Она подошла ко мне почти вплотную, и я смог разглядеть её глаза, смеющиеся под вуалью.
— Я бы нашёл тебя в любом случае, — сказал я хрипло. — Никакой город не скроет тебя от меня.
— И тебя от меня тоже. Подойти поближе? — с улыбкой спросила она.
— Ну давай, — я кивнул, и она преодолела пару шагов, остановившись прямо передо мной.
— Привет, — сказал я, разглядывая её фигуру, спрятанную под прозрачной тканью. Алтынсу всегда умела выглядеть соблазнительно, даже в самом простом одеянии.
— Я хочу кое-что показать тебе, — начала она, но я махнул рукой.
— Потом. Я и так уже многое увидел.
— Это было бы неправильно, — ответила она, но я лишь пожал плечами.
Подхватив её на руки, я пошёл в сторону виллы. Она была довольно далеко, и я сразу понял, что этот план не был до конца продуман.
— Ты потяжелела, Алтынсу, — пробормотал я, чувствуя, как её губы касаются моей шеи.
— Я могу идти сама, — прошептала она, но я лишь хмыкнул.
— Да уж, проходили это.
Толпа следовала за нами, не отставая ни на шаг.
— Ты хорошо пахнешь для той, которая провела весь день в дороге, — сказал я спустя пару шагов.
— Я успела искупаться, — ответила Алтынсу, проводя пальцем по моему подбородку.
— От меня пахнет мокрой кошкой? — спросил я, улыбнувшись.
— Вполне возможно. Завёл себе питомца?
— Может, и так, — я усмехнулся, глядя на дверь виллы.
Когда мы вошли внутрь, осторожно поставил её на пол и закрыл за нами дверь, наконец оставив толпу снаружи.
— Это грёбаный большой кот, — невозмутимо заметил я, и на этом разговор закончился.
* * *
Я почувствовал, как по лицу пробежала прохладная капля воды. Бочка, в которой я сидел, уже согрелась, а руки и ноги онемели. Почти задремал снова. Вдруг кровать заскрипела, и я услышал, как Алтынсу встала. Она медленно пересекла комнату, приоткрыла дверь. Я уловил тихий шёпот голосов. В доме воцарилась тишина. Попытался вспомнить, что было в постели, но в голове только образы Алтынсу, пылающей в страсти. Ни о чём другом и думать не мог.
В какой-то момент я потерял контроль, но, похоже, Алтынсу всё ещё была в порядке.
— Что задумала? — спросил я, когда услышал, как она вернулась, положив голову на край бочки.
— Хотела убедиться, что о девочках позаботились, — спокойно ответила Алтынсу, и я услышал, как она раскладывает одежду на кровати.
Я всё никак не мог закончить ремонт этой виллы.
— У тебя же есть план, как обставить это место, да? — ухмыльнулся я и попытался поймать её за руку, но она ловко увернулась. — Что ты там делаешь?
— Светильники расставляю, — ответила Алтынсу. — Кстати, где ты нашёл это зеркало?
— А что с ним?
— Это ханский дизайн.
Я закатил глаза.
— Скорее всего, досталось дешево, как добыча.
— Я ещё кое-что привезла.
— Ты взяла с собой зеркало с корабля для спальни? — не удержался от вопроса я.
— Капитанша не возражала.
— Честно, я ей не особо доверяю, — проворчал
