моим же оружием!
Да, теперь я видел, что её живот порезан. Кровь вытекала из раны и пропитывала собой брюки, которые едва отличались от неё по цвету. Я не стал паниковать. Арабелла далеко не в первый раз представала передо мной в таком виде.
И я знал, что она может сама о себе позаботиться. В конце концов, шесть лет назад, чтобы добраться до Невады, ей пришлось в буквальном смысле собрать себя по кусочкам.
Я полез за аптечкой, которая хранилась в шкафу, в тот самый момент, когда в коридоре послышались шаги. Непослушная девочка. Мне придётся наказать Эбигейл, чтобы она больше никогда не вздумала идти следом за мной.
Если бы здесь был кто-то ещё? Если бы нас поджидали?
Я не знал, чем это было – бесстрашием или глупостью, но так как она была самой умной девушкой из всех существующих, я не мог позволить себе назвать её поступок глупым.
Моя бесстрашная женщина.
Не успел я передать Арабелле всё необходимое для того, чтобы начать обработку раны, как дуло пистолета высунулось из-за стены. Пришлось подавить улыбку, чтобы не засмеяться.
– Пожалуйста, не стреляйте, мы безоружны, – проговорил я, имитируя мольбу.
Эбигейл резко высунулась из-за угла. Удивление показалось на её красивом лице, когда она открыла рот и её глаза забегали от меня к Арабелле и обратно. В следующую секунду она сорвалась с места, ударила пистолетом по моей груди, возвращая его мне, и упала на колени перед девушкой, которая нуждалась в помощи.
– Что случилось? – взволновано спросила она.
– На что похоже, Figlio degli elementi?
– Что случилось? – вторила Эбигейл, потянувшись за аптечкой, которую я держал одной рукой, потому что второй придерживал оружие.
Она забрала сундук себе, открыла его и принялась искать что-то, дожидаясь нормального ответа от Арабеллы, которая старалась глубоко и умеренно дышать, не зацикливаясь на боли.
– Думаю, у нас больше нет союзников при правительстве.
Что? Я уставился на неё, когда Эбигейл приступила к промыванию раны и вода потекла по её коже вместе с кровью, пачкая обивку дивана.
– Почему?
– Деметрио, – процедила Арабелла сквозь плотно сжатые зубы. – Откуда мне знать? Мы встретились в Карсон-Сити, поговорили и разошлись. Всё было в порядке, пока не выяснилось, что меня ожидали на въезде в Лас-Вегас.
– Почему ты не сказала мне, что собираешься на встречу?
Я начинал злиться. Нет, я уже злился на неё, потому что мы никогда не работали по одиночке.
Я бы перенёс свидание или придумал что-нибудь в Рино. Например, показал своей девушке стройку, которую затеял Дэниел. Однажды мы с ней обязательно поучаствуем в гонке вместе.
Я бы нашёл способ, как не расстаться с Эбигейл и продолжить выполнять свои обязанности.
– Теперь те, кто не должен, знают, как ты выглядишь. – Вопрос девушки прозвучал как утверждение, когда она приложила чистую марлевую повязку к порезу Арабеллы и надавила, останавливая кровотечение.
– Один из трёх. И то лишь потому, что я была слишком занята. Надеюсь, он вернётся и избавится от тел раньше, чем кто-нибудь найдёт их.
– Он будет мёртв, – пообещал я ей. – И те, кто предал нас.
И всех тех детей.
Мы и так разочаровались в правительстве США, но несколько людей, с которыми Неро нашёл контакт, были верны. До поры до времени, как выяснилось. Пришёл момент избавиться от них.
Моя любимая часть работы.
– Она потеряла много крови, – повернувшись ко мне, произнесла Эбигейл. – Как ты себя чувствуешь? – спросила, оказавшись в прежнем положении.
– Нормально, – огрызнулась Арабелла.
Когда-то Дэниел научил её концентрироваться на мыслях в голове, чтобы она могла переносить боль легче. Без слёз и криков. Сейчас она поступала именно так.
Однако это не значило, что ей не требовалась помощь.
– Это не шутки. Вы ведёте себя так, будто вас невозможно убить, но смею расстроить нас всех – это более чем реально.
Нас всех.
Насколько сильно Эбигейл сожалела бы, потеряв меня? Я бы не хотел, чтобы она утопала в горе всю оставшуюся жизнь, однако сам без толики сомнений отправился бы вслед за ней, если бы Господь решил нас разлучить.
Я уже собирался поступить так, когда стал терять надежду встретиться с Ангелом, поэтому знал, о чём говорил.
Я жив, пока жива она.
Эбигейл достала антисептик и осторожно обработала рану, после чего, не теряя времени, подготовила шовный материал и иглу, но когда хотела приступить к делу, Арабелла схватила её за кисть.
– Я могу сделать это сама.
– Честное слово, я не побоюсь уколоть тебя, если ты сейчас же не перестанешь мне мешать, – пригрозила ей Эбигейл. – И просто скажи «спасибо», в конце-то концов!
Арабелла замерла, позволив ей вырваться из хватки и начать накладывать стежки. Пора было перестать удивляться нраву этой девушки.
Сама мне всегда говорила: «Терпеливая женщина – благословение слабого мужчины».
***
После того как Эбигейл закончила зашивать порез, я осторожно перенёс сестру в её спальню. Она была вымотана, поэтому заснула, когда ей накладывали повязку.
Татуировка внизу её живота была испорчена. Перечёркнута, словно она больше не несла в себе значение, вложенное в неё изначально.
Nessuno sapra.
Никто не узнает.
Я стоял на пороге, дожидаясь, когда Эбигейл закончит в гостиной, и заодно наблюдая за умиротворённым состоянием Арабеллы. Раньше мне казалось, что она не может расслабиться даже во сне, тем не менее сейчас её голова покоилась на туловище метрового плюшевого снежного барса, в то время как руки обернулись вокруг его хвоста, прижимая к себе.
Такой она была, пока не случилось то, что случилось?
Её коллекция увеличивалась ровно на одну игрушку в год, поэтому я не был удивлен, когда заметил шестого зверёныша в этой комнате.
Мы никогда не трогали её в годовщину. Позволяли побыть одной. Вспомнить. Поплакать. Напиться. Уснуть и проснуться следующим утром Арабеллой Делакруз, а не Беллой Бранто.
– Когда ты убил своего первого человека? – неожиданно и очень тихо послышалось за моей спиной.
Голос Эбигейл разогнал мысли в моей голове, и я обернулся, чтобы увидеть выражение её лица. А точнее – её глаза, которые не смогли бы обмануть меня.
Она боялась меня? Хотела узнать, когда именно я превратился в того, кто с абсолютным равнодушием забирал жизни, которые не давал? Или ей просто интересно? Что?
– Отец ведь не был твоим первым, так ведь?
– Да, был кое-кто до него.
Эбигейл ничего не ответила и двинулась ко мне навстречу, пока наши грудные клетки не прижались друг к другу, а её ладони не сомкнулись за моей спиной.
Я медленно закрыл дверь в комнату Арабеллы,
