— Приветствую вас, герои, — сказал он, и его голос был мелодичным, словно звон колокольчиков. — Я — Эхо, хранитель этого места. И я знаю, зачем вы пришли.
Мы с недоумением смотрели на эльфа, не зная, что сказать. Он улыбнулся, и его улыбка была теплой и доброй, совершенно не похожей на холодные, хищные улыбки Сирен.
— Не бойтесь, — сказал он, словно читая наши мысли. — Я не враг вам. Я давно жду вас.
— Ждете нас? — переспросила Лилит. — Но… зачем?
— Потому что вы — избранные, — ответил эльф. — Вы — те, кто способен спасти этот мир. Вы — надежда этого мира. И я помогу вам осуществить ваше предназначение.
— А вот здесь разрабы могли бы придумать что-то поинтереснее, проворчал я.
Он поднял руку, и один из кристаллов на стене отделился от своих собратьев и медленно подплыл к нам. Кристалл был ярко-синего цвета, и от него исходила мощная энергия.
— Возьми его, Лирой, — сказал эльф, протягивая мне кристалл. — Это — Сердце Лабиринта. Он усилит твои способности и поможет тебе увидеть то, что скрыто от других.
Я осторожно взял кристалл. Он был холодным на ощупь, но я чувствовал, как от него исходит волна энергии, которая наполняет меня силой.
— А теперь… — продолжил эльф, улыбаясь. — Я покажу вам путь.
Он взмахнул рукой, и часть стены грота раздвинулась, открывая проход в следующую пещеру.
— Следуйте за мной, — сказал он. — И не бойтесь. Я буду рядом.
Мы шли за эльфом, освещая путь факелами. Пещеры сменяли одна другую, словно кадры в калейдоскопе — то узкие и низкие, то высокие и просторные, то украшенные кристаллами, то покрытые мхом и лишайниками. Эльф вел нас уверенно, словно знал каждый поворот этого лабиринта. Он не был похож на врага.
— Кто вы? — решился спросить я, когда мы остановились на отдых в одной из пещер, где бил чистый, прохладный родник.
Эльф улыбнулся.
— Я — Эхо, — ответил он. — Хранитель памяти этого мира.
— Эхо? — переспросила Лилит. — Но… как это возможно? Ты же… словно живой. Или Искины стали настолько хорошо играть свои роли?
— Жизнь и смерть — понятия относительные, — сказал Эхо, с грустью в голосе. — Я — часть этого мира, его память, его… душа. И я должен защищать его от тех, кто хочет ему навредить.
— От кого? — спросила Аранэя.
— Ото всех, — сказал Эхо.
— Но… как ты можешь нам помочь? — спросил я. — Ты же фантом.
— Я — больше, чем фантом, — ответил Эхо. — Я — память этого мира. И в моей памяти хранятся секреты, которые помогут вам победить.
Он замолчал, словно прислушиваясь к чему-то, а затем сказал:
— Мы почти на месте.
Мы двинулись дальше, следуя за Эхо. Вскоре мы вышли из пещеры и оказались на берегу озера.
Озеро было небольшим, но очень глубоким. Его вода была черной, как чернила, и в ней отражались звезды, хотя над нами было каменное небо Лабиринта. Посреди озера находился небольшой остров, на котором высились Врата. Именно так — с большой буквы.
Они были огромными, сделанными из черного обсидиана, украшенного рунами, которые пульсировали багровым светом. От Врат исходила волна мощи, которая заставляла трепетать сердце. У нас даже появился дебаф — «Поклонение», заставившее дрожать ноги в прямом смысле этого слова.
[Групповое задание обновлено!]
Врата Бездны:
Задача: Открыть Врата Бездны.
Описание: Врата Бездны — последнее препятствие. Чтобы открыть их, нужно использовать все артефакты, полученные в предыдущих испытаниях, и проявить все свои силы и навыки. За Вратами героев ждет встреча с собственной судьбой.
Награда: вариативно.
— Вот они, — тихо произнес Эхо, указывая на Врата. — Врата Бездны. За ними вас ждут… ответы на вопросы.
— Но как нам их открыть? — спросила Лилит, с опаской глядя на Врата.
— Это — ваше последнее испытание, — ответил Эхо. — Вы должны сами найти ответ. Но я верю в вас.
Он улыбнулся, и фантом начал растворяться в воздухе, словно сотканный из тумана.
— Удачи вам, герои, — прошептал он, прежде чем исчезнуть полностью. — И да пребудет с вами Эхо.
Мы остались одни. Перед нами высились Врата Бездны, хранящие в себе тайну Хранителя и нашу судьбу. И мои сопартийцы еще не знают, что сейчас в этой игре решается не просто игровой эпизод, но и судьба человечества. Если Феникс не имеет контроль над этой локацией и Хранитель перетягивает внимание Искина-собрата от нас, то информация, которую хочет сообщить Хранитель — действительно повлияет на судьбу человечества.
Врата Бездны…
Они возвышались перед нами, как непреодолимая стена, словно сама тьма сгустилась в этом месте, чтобы преградить нам путь. Руны на них пульсировали, словно сердца спящих чудовищ, и от них исходила волна мощи, которая заставляла трепетать душу.
— Ну, и как мы их откроем? — спросил Гром, нервно постукивая топором по набедреннику. — Может, попробуем их выбить?
— Сомневаюсь, что это поможет, — ответила Аранэя, внимательно изучая руны. — Я чувствую здесь что-то другое. Не просто магия.
— Лирой, у тебя есть идеи? — спросила Лилит, с надеждой глядя на меня.
Я покачал головой, чувствуя себя беспомощным. У меня была карта, у меня был посох, у меня был кристалл, но я не знал, что с ними делать. Врата Бездны казались неприступными, непостижимыми.
— Как использовать наши артефакты? — предложила Лилит. — В описании квеста сказано, что нам нужны все предметы, полученные в предыдущих испытаниях.
Мы достали все артефакты, которые нам удалось добыть в Черной Бездне: «Кольцо Сирены», «Наручи Берсерка», «Плащ Древа»… и, конечно же, «Посох Эха». Мы подносили их к Вратам, пытались активировать их магию, но ничего не происходило. Врата оставались непроницаемыми.
— Долбанные разрабы!, Ничего не получается! — в сердцах воскликнул Гром, стукнув кулаком по камню. — Может, нужно какое-то специальное заклинание? Или жертвоприношение?
— Не думаю, что это хорошая идея, — сказала Аранэя, бросая на него укоризненный взгляд. — Должен быть другой способ.
И в этот момент я вспомнил слова Эхо: «Я — часть этого мира, его память, его душа».
Я посмотрел на артефакты, которые мы держали в руках, и вдруг понял. Они были не просто предметами. Они были частью этого мира. Частью его истории, его памяти.
— А что, если… — начал я, и мой голос дрожал от волнения. — Что, если нам нужно не просто активировать эти артефакты, а пробудить их память?
— Звучит бредово, — не поняла Лилит. — и как?
— Я не знаю точно, — ответил я. — Но… кажется, я знаю, с чего начать.
Я взял «Посох Эха» и подошел к Вратам. Затем я достал «Сердце Лабиринта» — синий кристалл, который дал мне Эхо — и вставил его в специальный паз на набалдашнике посоха. Кристалл вспыхнул, и посох задрожал в моих руках, наполняясь мощной энергией.
Я положил куб на землю и крутил посохом, стараясь эти предметы соединить. Махнув рукой, я просто держал посох на вытянутой руке, и он сам, словно под воздействием извне, воткнулся в куб.
И в этот момент произошло нечто невероятное. Собранный артефакт засиял ярким светом. От него исходили волны энергии, которые сливались в единый поток, направленный на Врата. Руны на Вратах запульсировали с бешеной скоростью, а затем они начали открываться. В тот момент, когда Врата начали открываться, артефакты стали источаться, становясь прозрачной дымкой.
М-да, жаль посох… Хорошие плюшки давал. Я с легкой завистью посмотрел на артефакты сопартийцев. У них-то они остались нормальными.
Врата Бездны распахнулись с оглушительным грохотом, словно пробудился от тысячелетнего сна древний гигант. Сквозь образовавшийся проём хлынул ослепительный свет, заставляя нас зажмуриться.
Когда зрение вернулось, мы увидели город.
Он был огромен, величественен, построен из черного обсидиана, словно выросший из самой тьмы. Башни устремлялись в небо, пронзая багровые тучи, а стены, украшенные замысловатыми барельефами, казались неприступными. Над городом висело странное, мерцающее сияние, словно здесь сама магия сплелась в единый, пульсирующий узор.
