Лаборанта, отвечавшего за электронику (а вернее, просто имевшего неосторожность однажды за эту ответственность расписаться), примерно наказали – лишили квартальной премии, да еще перенесли отпуск с июля на декабрь, что вынудило беднягу вместо Ниццы отправиться на отдых в Кейптаун. Директору дали инвалидность, дубликаты всех пропавших наград, хорошую пенсию и отставку. Зато абсолютно все установки Кирквуда были теперь снабжены надежной системой контроля, исключающей какие-либо неприятности даже в случае прямого попадания авиационной бомбы.
Многочисленные и въедливые испытания подтвердили, что демона антивероятности, рожденного энергией сдвига и расщепления пространственно-временных связей, можно считать укрощенным, и если он еще способен как-то проявить свой коварный нрав, то только с позволения хозяев (уже начавших с лихорадочной поспешностью конструировать оружие, принцип действия которого основывался на только что открытом.эффекте).
Впрочем, необходимо заметить, что все виды имевшегося к тому времени вооружения были исключительно оборонительного характера. К моменту появления Эрикса на свет человечество окончательно изжило не только войны, но и локальные конфликты, хотя напряженность между отдельными государствами и этническими группами продолжала существовать. Но развязать войну в открытом, до предела компьютеризированном обществе, где каждая песчинка и каждый листок могли иметь глаза, было весьма затруднительно, да никто и не стремился к агрессии. В этом-то как раз и состояла третья особенность (после создания всепланетной информационной сети и овладения новым видом энергии), отличавшая эпоху Эрикса от эпохи развитого социализма и загнивающего капитализма, в которой довелось жить Зяблику, Смыкову и иже с ними. Короче говоря, ни сам Эрикс, ни его современники не были способны к насилию, а уж к убийству – тем более.
До жизни такой они докатились следующим образом. Примерно за полтора века до рождения Эрикса по. всей Земле наступили времена столь мрачные, что их и сравнить было не с чем. Всемирный потоп, годы чумы, нашествия варваров, конкиста и зверства инквизиции. казались невинными шалостями в сравнении с тем, что происходило тогда.
Казалось, приближается конец света. Противостояние сверхдержав, рухнувших одна за другой под грузом своих ошибок, своего апломба и своего гедонизма, сменилось противостоянием всех против всех.
К тому времени атомным оружием обладали уже десятки стран, а некоторые его тактические образцы попали в руки радикальных и экстремистских организаций. Вновь полным ходом шла работа по созданию химических, бактериологических, генетических, этнических и экологических средств массового поражения. Буйным цветом расцветали национализм и сепаратизм. Число членов ООН (организации, потерявшей всякий международный авторитет, но сохранившейся как место, где главы государств могли публично поливать друг друга грязью и вести интриги в кулуарах) выросло втрое, и примерно на столько же увеличилась частота вооруженных конфликтов.
Арабы воевали с евреями, сунниты с шиитами, католики с протестантами, белые с черными, северяне с южанами, горцы со степняками, горожане с сельскими жителями, аборигены с пришельцами, черная кость с голубой кровью, солдаты с офицерами, дети с отцами, скваттеры с домовладельцами, Техас с Калифорнией, чеченцы с казаками, абхазы с грузинами, баски с каталонцами, сикхи с индусами, хохлы с кацапами, курды со всеми, кто их окружает, шпана люберецкая со шпаной солнцевской, люди со стихией и стихия с людьми.
Кроме того, повсеместно шла борьба за чистоту расы, за сферы влияния, за беспошлинную торговлю, за раздельное обучение, за легализацию наркотиков, за введение сухого закона, за отмену смертной казни, за права сексуальных меньшинств, за Бога истинного против бога ложного, за освобождение рабочего класса, за урожай и за реформы в правописании.
Снайпер и подрывник входили в число самых престижных профессий. Пресса и телевидение сообщали о террористических актах только в том случае, если число жертв превышало дюжину. Взрывные устройства изготовлялись повсеместно, как прежде самогон. Границы государств уже обозначались не полосатыми столбами и контрольно-следовой полосой, а густыми минными полями (в некоторых случаях даже с использованием ядерных фугасов). Мир быстро сползал к пропасти, на дне которой могли уцелеть разве что отдельные виды насекомых, бактерии да глубоководные породы рыб.
Казалось, что человечество утратило чувство самосохранения, но, как это бывало уже не раз, нашлось достаточное количество здравомыслящих, энергичных и влиятельных людей, создавших нечто вроде тайной международной организации спасения. Все попытки остановить кризис политическими и экономическими мерами привели к прямо противоположному результату. Трубопроводы перестали перекачивать нефть и газ. Транспортное сообщение между отдельными государствами почти полностью нарушилось. Нью-Йоркская, Антверпенская и Лондонская биржи прекратили свое существование. Арабские террористы захватили ближайшую к Парижу атомную электростанцию. Шотландские сепаратисты одержали решающую победу над английской регулярной армией. Японские националисты из организации «Ямамото» взорвали атомную бомбу в Панамском канале. В ответ «Американский легион» провел аналогичную акцию в центре Токио, что повлекло за собой разрушительное землетрясение на острове Хонсю.
Костлявая старуха, отбросив прочь изрядно затупившийся символ своего ремесла, пересела за руль косилки, куда более мощной, чем та, что в двадцатом веке уже дважды собирала богатый урожай человеческих жизней. Единственным островком стабильности в бушующем мире оставалась только Антарктида, куда спешно эвакуировались состоятельные люди с других континентов.
Тогда тайная организация спасения решила срочно прибегнуть к средству, столь же радикальному, сколь и опасному. Так иногда поступает врач, впрыскивая безнадежно больному чрезмерную дозу лекарства – или выздоровеет, или до срока прекратит свои муки.
К тому времени в секретных лабораториях нескольких стран было разработано вещество, однократный прием которого вызывал у пациента резкое и устойчивое повышение агрессивности. С его помощью собирались ковать идеальных солдат, берсеркеров двадцать первого века. Как антидот, а также как средство подавления боевого духа врага было создано и другое вещество, имеющее прямо противоположные свойства. Находящийся под его воздействием человек оказывался физически неспособен к агрессии и насилию. Дело оставалось за малым: изменить структуру антидота так, чтобы он распространялся среди людей подобно эпидемии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
