— Едва ли я ввел ее в заблуждение.
— Ягненок ничего не имеет против этой шкуры?
— Нет, если сыт. Через несколько дней овца начнет чуять запах своего молока, и я сниму шкуру.
— Это обнадеживает.
Подойдя к Энни, холодными после воды пальцами он погладил ее по щеке:
— Ты бледна, Энни Блайт. Извини, что тебе пришлось смотреть на такое.
Хотя она стояла не двигаясь, что-то внутри нее устремилось к нему. Ее тянуло ему навстречу, она что-то искала или пыталась найти, но что — не знала сама.
Глядя на Эвана, Энни невольно подумала об Оуэне. Перед ней встала картина, как тот хладнокровно свернул шею погибающей птице и отбросил ее прочь. И Эван, наряжающий ягненка в шкуру его мертвого сородича, чтобы сирота мог выжить. Они такие разные, а ее чувства к ним настолько запутаны, что она пока не в состоянии в них разобраться.
— Все в порядке, — наконец сказала она и наклонила голову так, чтобы ощутить прикосновение всей его ладони. — А я ни о чем не жалею, Эван.
— Меня вызвали ко двору, и ты едешь со мной.
Округлив глаза, Энни посмотрела на Андрэ, оторвавшись от чтения Эразма. Это сообщение было для нее подобно грому среди ясного неба.
— Когда?
— Через неделю.
— Я хочу остаться здесь.
Он приподнял тонкую седую бровь:
— Ты уверена, Энни? За год ты овладела всем, чему я учил тебя, прочла все книги, которые я привез. Твоя речь и манеры отличаются таким совершенством, словно этому ты училась на протяжении не месяцев, но многих лет. Разве ты сможешь жить здесь полноценной жизнью?
Девушка встала из-за стола, пересекла комнату и подошла к высокому узкому окну. Внизу раскинулись по-летнему зеленые поля. Городок наслаждался редкостным для этих мест теплом солнца. Отсюда был виден и корабль советника королевы, стоявший в сухом доке. На нем копошились моряки, готовя его к отплытию.
— Не думаю, что смогу полноценно жить где-нибудь в другом месте, Андрэ, — честно сказала она. — А здесь мне удобно. На это потребовалось время, но я полюбила Уэльс. Что-то в этой глуши горячит мою кровь, и Оуэн бывает занятным… иногда.
— Оуэн, — презрительно повторил Андрэ. — Лордишка, который не может прекратить воровство в своих владениях.
Ворвавшийся в окно порыв ветра заставил Энни заморгать.
— Это снова произошло? — как ни в чем не бывало, спросила она. — Бандиты опять напали на обоз с его дарами королеве?
— Да, и теперь этот глупец посылает в Лондон свои извинения вместо монет. Он играет со смертью так же, как его отец.
Энни повернулась и посмотрела на Андрэ:
— Вы подозреваете в краже самого Оуэна?
— Даже он не настолько глуп, чтобы воровать деньги у королевы, — в голосе Скалия звенело раздражение: за время, проведенное в Уэльсе, он так и не смог отыскать воров.
Девушка устроилась у окна удобнее и оперлась подбородком на ладони.
— Но если вы не нашли преступников, то должны остаться здесь, пока не обнаружите их, — бросив искоса взгляд на Андрэ, сказала она.
Его спина выпрямилась.
— Я приехал сюда не затем, чтобы получать от тебя приказы, Энни Блайт. Ты будешь делать то, что я скажу!
Энни уже давно поняла, что Андрэ был не тем человеком, которого легко подчинить себе. Его слова прозвучали для нее, как удар хлыста, но она не отвела взгляда от его жестокого лица.
— Вы прибыли сюда еще и затем, чтобы поднатаскать меня в науках и светских манерах, не так ли? Мне кажется, слуга королевы должен выполнить свои обязанности.
— Достаточно! — он рубанул рукой по воздуху и, подавшись вперед, приблизил к ней лицо. — Я — это все, что отделяет тебя от великого несчастья. Ты сделаешь то, что я сказал, — с этими словами он пересек комнату и остановился у противоположного окна.
— А если я не соглашусь?
— Если ты не будешь доверять мне, то в дальнейшем я не смогу пользоваться твоими услугами, другими словами, ты мне будешь, не нужна.
— Пользоваться? — от обиды у Энни перехватило дыхание. — Если вы собираетесь пользоваться моими услугами, то я могу требовать за это плату.
— Моя дорогая, ты не в том положении, чтобы требовать чего-то. Если ты так думаешь, то мне придется отправить тебя обратно к твоему опекуну, Родриго Бискайно.
Энни едва не задохнулась. Она рассказала Скалия о Родриго лишь очень немногое: только то, что он благородный, честный человек и очень хорошо к ней относится. Она никому не объясняла, почему ушла от Родриго и никогда больше не сможет вернуться к нему.
— Позвольте мне остаться здесь, Андрэ. Если вы не доверяете Оуэну, пусть Эван Кэроу найдет для меня безопасное место.
— Эван Кэроу! — в голосе Андрэ прозвучала насмешка. Даже не поворачиваясь, она знала, что его лицо выражает крайнее неодобрение. — Лучше бы ты поменьше общалась с чернью!
— Ах, чернь! — она резко повернулась. На щеках выступила краска. — А также человек, благодаря которому казначейство Англии не обанкротилось! Вы хотите, чтобы я стала королевой, Андрэ. Но как я могу ею стать, если вы отгораживаете меня от людей этого королевства?
На тонких губах Андрэ заиграло нечто вроде восхищенной улыбки.
— Но ты же не ответила, устроит ли тебя жизнь здесь?
— Вероятно, нет, — был ответ. — Но двор? Наследники английского престола — особенно не прямые — никогда не были в почете у Тюдоров. Леди Джейн Трей, Эдвард Куртеней, Джон Перрот — их притязания заканчивались плахой. Саму Елизавету, признанную дочь короля, едва не казнила сестра, Мария Тюдор. А ее шотландская кузина, Мария Стюарт, без сомнения, примет смерть от руки палача. Вы сами так говорили.
— Я хотел, чтобы ты имела реальные представления о своем положении, — возразил он.
— О, эти представления у меня есть. Скажите, какие преимущества имею я, Анна Блайт — дочь внебрачного сына короля Генриха VIII, перед моими врагами в Совете, у которых есть свои претенденты на престол?
— Когда-то, — напомнил ей Андрэ, — единственным сыном Генриха был Фитцрой — его внебрачный ребенок, возведенный в титул герцога Ричмонда. Генрих считал его своим наследником, пока Джейн Сеймур не подарила Англии принца.
— Да, а юный Фитцрой тоже плохо кончил, не так ли? Говорили, что у него чахотка. Но я бы не удивилась, окажись чахотка ядом.
— Тебе ничего не грозит, клянусь.
Андрэ подошел к Энни и взял ее за руку: жест редкий и даже пылкий для такого сдержанного человека, как он.
— Елизавете вовсе не обязательно знать, что ты — именно та, кого она разыскивает. По меньшей мере, не сейчас. Она все еще думает, что наследник…
— Что?
— Мальчик. И не знает, что Дрейк и Кэроу привезли тебя в Англию.
