номером «11», чудом сохранившаяся, теперь подсвечивалась изнутри, ясно давая понять, что место обитаемо. Железную дверь восстановили, даже кодовый замок на ней работал. Сверху до низу на фасаде прочертили белые широкие полосы, а со стороны подъезда, лицевую сторону дома украшал жёлтый улыбающийся демон. По четырём углам были установлены флаги всё с тем же символом.
— Настоящая цитадель справедливости, да? Традиции и привычки, друзья! Вот основа любого строя. Привычки вещь серьёзная, как ни крути. Возможно именно привычки и традиции, а совсем не язык делают народ единым. Вот поэтому на двери у нас теперь кодовый замок, а наверх мы всегда будем подниматься пешком.
— Интересная мысль, владыка, но по моему мнению, любой народ объединяет кровь. Генетика вещь надёжная как ни крути, волк остаётся волком, хоть и может быть взрощен вместе с обычными псами. — Возразил Бракус.
— В нашей ситуации невозможно полагаться на кровь. У большей части Нор подобная жидкость отсутствует, тебе ли не знать. Сейчас все жители под нами считаются единым народом лишь потому, что живут в одном месте, с одним правителем, с одними и теми же привычками. Например привычка заходить в столовую по утрам. Демонов можно наловить и наверху, а вот вместе питаться, сидя каждый день в одном и том же помещении — привычка. Старуха Киллуб знает, что делает. Название, флаг и привычки — вот и всё.
Евклид, прикрывая рукой кнопки, ввёл необходимую комбинацию и вошёл в подъезд:
— Подоприте дверь камнем! Надеюсь мы все, в полном составе, выйдем из этого подъезда совсем скоро. Помните, что бы ни случилось, мы не должны атаковать первыми. Если нападут на нас, дело другое, но мы хорошо подготовились на этот случай. Чёрт, темно на лестнице! Ноги себе переломать можно! Тимофей, передай Эннор разобраться с этим, а то нас обвинят в том, что мы нарочно всё выключили, чтобы наши гости не смогли добраться до крыши.
— К чёрту передачи, капитан, я и так тебя слышу! — ответила Эннор из темноты.
— Полагаю, Евклид, наши гости вообще могут отказаться подниматься по ступеням. — Предположил Бракус, тяжёло дыша. — Сочтут подобный приём за унижение чести и достоинства и пиши-пропало.
— Мы же поднимаемся? Вот и они могут. Теперь традиция у нас такая, а традиции народа с которым ведёшь переговоры надо уважать, так?
Евклид упорно взбирался всё выше, в то время как Бракус отстал уже на пятом этаже, решив перевести дыхание.
«Тимофей, дневник прихватить не забыл? В темноте не вижу».
«Ты же мне его перед выходом сам отдал, хозяин, забыл? Без мозгача уже память плохо работает?»
«Я с мозгачом, сатан, или ты думаешь, что я отправлюсь на такую встречу без бонуса? Дел впоследнее время невпроворот, вылетело из головы. И хватит лыбиться, чувствую твоё ехидство даже в темноте».
Добравшись, наконец, до крыши, Евклид огляделся:
— Третий раз тут за последние два дня, а всё не могу привыкнуть к этому великолепному виду! Так, десять камней вместо стульев с их стороны и четыре с нашей. Я на троне, в середине. Камни точно подходящие?
— Как говорил мне один бывший хозяин «проверяй всё сам». Правда, закончил он плохо, подорвался уронив небольшой пороховой бочонок, когда я бродил неподалёку.
— Порох взорвётся если его уронить?
— Если уронить в открытый огонь, то несомненно. Трудный денёк был тогда.
Евклид присел на камень и посмотрел на Тимофея:
— Разделяя надвое, одним. Рассеки.!
Никакой реакции. Суетящийся демон оценил попытку, показав большой палец вверх. Евклид вспомнил тот день, когда сатан лишился своих вязаных перчаток и поёжился.
— В общем, от магии нам защититься удастся, а там посмотрим. Иник ты как?
— Где моё место? — вместо ответа спросил Колючий демон, как окрестил его Евклид про себя.
Сев на указанный камень Иник мгновенно выпустил длинную металлическую «поросль», которая заструилась между камнями.
— На врождённые способности камни не реагируют, — пояснил Тимофей. — Моя суетящаяся сила тоже никуда не делась.
— Летят! — Эннор, своими особенными глазами, заметила корабли секунд за пять до того, как они вынырнули из бездны наверху.
Три вагончика с опознавательными знаками: ноль, опутанный изящными узорами, а над ним корона. Крайний из трёх вагончиков был сильно искарёжен, видимо путь на дно Юдоли дался гостям нелегко.
— Ненавижу аристократов. — Злобно проговорила Эннор. — Наверняка прислали какого-то наглого ублюдка боковой ветви, которого не жалко лишиться в таком грязном месте как это.
— Полегче, Эннор. Норы — наш дом. А их переговорщик, возможно, здравый опытный человек, которого прислали, чтобы уладить это дело… — урезонил её Евклид.
— Ставлю десять уний, что в том шикарном ящике с золотым нулём сидит мерзопакостный аристократишка с раздутым самомнением и полным отсутствием тормозов.
— Принимаю ставку, — неожиданно откликнулся Бракус. — Я не очень хорошо понимаю в обычаях внешнего мира, но я учёный, моё оружие — логика. Логично было бы послать к нам опытного зрелого мужа.
— Азартный учёный. — Уточнила сатан и одёрнула кимоно. — Потому ты и проиграешь этот спор, я-то отлично знаю обычаи этих изнеженных извращенцев. О! Вышли на связь, запрашивают разрешение на посадку. Спрашивают про какую-то парковку, говорю же они со странностями. Какая здесь, к чёрту, парковка, места полно. Голосок детский. — Эннор подмигнула анатому.
— Скажи парковка сегодня бесплатна, в честь праздника воссоединения, — усмехнулся Евклид. — А вы будьте посерьёзнее, дело важное. В разговор не вмешивайтесь, переговоры на мне, ясно? Всё как проговаривали, без самодеятельности. Если ситуация будет накаляться я сам отдам команду. — Он потеребил квадратное кольцо на пальце. — Передай, на землю пусть ступают только пятеро, как договаривались, сопровождение должно ждать в кораблях.
— Принято и передано. Возражений нет. — Эннор вытянулась, почувствовав серьёзный тон капитана.
— Ну начинается… — Евклид вздохнул, напряжённо вглядываясь в выходящих из дверей главного вагончика гостей. Сердце забилось сильнее. — Так… Трое неизвестных в шлемах… Одного из сатанов я узнаю. Вон тот уродец с болтающимися шлангами — Граскус, значит его хозяин Маркус как раз в шлеме. Кстати, смотрите Граскусу в глаза, он хоть и забавный может лишить зрения, если на него пялиться. Эннор уже испытывала на себе его действие, спросите каково это.
— Смотри, Евклид, наша знакомая здесь. Габриэль. А значит второй в шлеме, её хозяин Люмир.
— Они-то что тут забыли⁈ — Евклид подошёл ближе к краю, пытаясь убедиться, что Тимофей абсолютно прав. — Наши школьные товарищи теперь представители нулёвки?
— Габриэль это та краснокожая красотка с рожками? — Окуляры Бракуса непрерывно вращались, пытаясь сфокусироваться на большое расстояние. — Горячая. И почему в Норах такие не водятся?
— Не устаю удивляться, как люди, — Эннор окинула анатома презрительным взглядом, — и даже уже не совсем люди, готовы
