машины поехали с Горского аэродрома в сторону Ленинграда. Прямая дорога на Приморский проспект оказалась перекрыта — там уже неделю ремонтировали мостик, поэтому отправились в сторону платформы Горская, где и развернулись на Ленинград. Однако вскоре после поворота засбоил мотор на роскошном Опель-Адмирале.
— Надолго? — строго спросил Серов у водителя, раскрывшего капот машины.
— Минут десять, товарищ подполковник. Я вижу, что нужно поменять свечи и промыть воздушный фильтр.
— Почему заранее не сделал?
— А когда, тащ подполковник? Всё время в обеспечении, только час как вернулся с очередной операции, только и успел что пообедать. Вторую неделю без горячего, на сухпае.
— Нда… Надо подумать, как развозить горячую пищу оперативникам. — под нос буркнул Серов, и добавил в полный голос — Ладно, работай, Савельев, мы подождём.
— Товарищи, а давайте прогуляемся по посёлку? — предложила Ирина — Посмотрите, какие красивые дома!
— Дачная архитектура в стиле Северный Модерн. — с видом знатока сообщил Серов — Я, друзья мои, неслучившийся архитектор, поскольку с первого курса института был призван в НКВД. Ну да ладно, закончится война, обязательно доучусь. Жаль только, что не доведётся мне самостоятельно проектировать.
— Это верно. — кивнула Лариса — Ваш ранг, Артем Николаевич, это руководство. Но зато вы можете направлять творческое развитие других, да и кто вам помешает заказать внешние контуры зданий?
— Дельная мысль. — повеселел Серов — Лариса, Ирина, если это не военная тайна, расскажите, как вам удалось восстановить столько раненых?
— Это Ирина, у неё золотая голова. — с гордостью за подругу сказала Лариса — Она быстро догадалась использовать микрохирургов только для лечения тяжёлых внутренних повреждений, особенно важнейших органов. Всё что полегче мы шьём сами. Вы же понимаете, что простых пациентов к нам не возят, только крайне сложных. Скажем, у пациента поражены лёгкие, кишечник и печень. Микрохирурги восстанавливают лёгкие, печень и поражение кишечника. Небольшие поражения органов оперируем уже мы, ну и конечно же, шьём все оболочки. У нас, чтобы вы знали, десять операционных и сорок хирургических бригад. И четыре дежурных бригады санитаров для уборки и стерилизации операционных. Да, у ещё нас имеется специальный стерилизационный цех, потому что такой поток операций тянет на промышленное предприятие с конвейерным производством.
— А вот организация вспомогательных процессов, дело рук Ларисы. — тихонько добавила Ирина — так что свою звезду Героя Соцтруда она заработала без поблажек. Без её светлой головки мы бы и треть наших раненых бы не обработали.
— Да... Я всего этого не знал. — Антон уважительно склонился перед женщинами — Вы организаторы очень высокого масштаба. Из трёх полевых наборов герпетолога-выживальщика создать клинику стратегического масштаба... Я снимаю шляпу.
Антон действительно снял шляпу и низко поклонился. Артем и Юрий, поскольку были в форме, отдали честь. Женщины смущённо зарделись, и чтобы скрыть неловкость, попросили рассказать об архитектуре домов, мимо которых шли.
Дачный посёлок был действительно прекрасен: просторные участки, поросшие соснами, двухэтажные дома, нетронутые пожарами, даже заборы были невысокие, ажурные, позволяющие рассмотреть красоту каждого дома.
— Обратите внимание, друзья мои, — начал рассказ Артём — здания, которые мы видим на этой улице, построены в стиле северный модерн. Северный модерн, как известно, архитектурный стиль в западноевропейском искусстве северных стран — Дании, Швеции, Норвегии. Да, главным образом в архитектуре, а кроме того — в оформлении интерьеров и в декоративно-прикладном искусстве периода модерна. Но в России, а вернее в дачных пригородах Петербурга, этот стиль подвергся огромному влиянию неорусского стиля, и получился вполне оригинальный вариант, который я бы назвал «стилем Петербуржских дач». А теперь мы повернём на Балтийский проспект.
Пошли по широкой улице, слушая любопытные рассказы Артёма. Впереди, в двадцати метрах, шли бойцы охраны, с автоматами, ещё одно отделение автоматчиков прикрывало с тыла. Все было спокойно и тихо, пока группа не достигла красивой деревянной, голубой с белым, церкви. Двери церкви распахнулись, оттуда быстро, почти бегом, выскочила женщина в чёрном, а за нею, пытаясь с казать нечто увещевающее, поспешал нестарый ещё, худощавый священник. Не доходя трёх-пяти шагов, женщина остановилась, внимательно глядя ни Ирину.
Тройка автоматчиков тут же вышла наперехват, остальные грамотно расположились вокруг, занимая круговую оборону. А вслед за женщиной и священником из церкви вышли люди, в основном женщины, впрочем, было и несколько мужчин преклонных лет. Все они стояли за спиной священника и внимательно слушали.
— Кто вы, что вам нужно? — требовательно спросил лейтенант, командир взвода охраны.
— Простите великодушно, товарищ командир, — заговорил священник — но не Ирина ли Михайловна Стрельникова стоит в группе командиров? А рядом с нею никто иная как Лариса Авдеевна Смирнова. Я прав?
— Допустим. Что вы хотите? — сурово ответил лейтенант. Он совершенно растерялся от непонятной ситуации.
В самом деле, гражданские не проявляют ни малейшей агрессии, наоборот, услышав подтверждение своему предположению, люди стали опускаться на колени, и первая это сделала женщина в чёрном.
— Что происходит? — встревожился лейтенант, а его вопрос повторил и подполковник Серов
— Что происходит, товарищи?
— Позвольте мне всё объяснить. — снова взял слово священник — Дело в том, что восемь женщин, прихожанок сего божьего дома, получили уведомления о гибели своих мужей. А одна из женщин получила одновременно похоронки на мужа и сына. Вообразите, их изумление, счастье и радость, когда эти мужчины приехали в отпуск для восстановления после излечения.
— Было такое? — шепотом спросил Антон Ирину.
— Да кто же их упомнит? — шепнула она в ответ — Через наши руки прошли десятки тысяч людей.
— Мужчины рассказали, что действительно были на грани и за гранью смерти. Кто-то, по утверждению врачей, был смертельно ранен, но ещё жив, а кто-то и пребывал за гранью добра и зла. Все они назвали своими спасительницами Ирину Михайловну Стрельникову и Ларису Авдеевну Смирнову. Естественно, люди решили, что сие чудо произошло Божьим повелением, вскоре кто-то из них принес в храм фотографию, напечатанную в газете «Красная Звезда» и поместили её в рамку. Более того: женщины стали молиться на сие изображение как на икону.
— Что? — поразилась Лариса.
— Да, Лариса Авдеевна, это так. Благоволите зайти в храм, и вы всё увидите сами. Люди молятся на сей необычный образ, и считают, что новые и новые извещения о спасении их друзей, сыновей, братьев, отцов и мужей есть результат их мольбы и заступничества перед Господом нашим святых Ирины и Ларисы.
Ирина, собравшаяся было сказать
