дядя невесты, почтенный Агапий – владелец большинства питейных домов Фимнафа и именно поэтому являющийся одним из самых важных граждан города, ибо от его слова зависело, кому подливать в кубок лучшего вина, а кого гнать в шею. -Действительно, странная какая-то фраза… даже не фраза, а настоящий ребус – «из сильного вышло сладкое». Что бы это могло быть?
- Может людоеды - лестригоны зажарили Геракла, – вспомнил отец красавицы-невесты свой национальный фольклор.
- Ну что ты, братец, этакое несешь? – возмутились гости, слегка позабыв где они все находятся. – Откуда этому деревенщине знать о нашем великом греческом герое?
- Действительно, откуда, – вынужден был признать Абидом и от этого почему-то ещё больше расстроился.
Короче, суд да дело, но так ничего филистимляне и не смогли дельного придумать и тогда решили они поговорить с прекрасной Руфью, дабы выяснить каков человек этот Самсон. Руфь покорно спустилась в пиршественный зал, беспрекословно подчинившись приказу отца.
- Ответь мне, доченька, каков этот твой жених? Может он и с тобой лукавил, не только с нами? Может оскорбил тебя словом или жестом?
- Нет, отец, - так отвечала красавица, прелестно краснея. – Самсон был со мной крайне учтив и сдержан, но иногда говорил о непонятных для меня вещах.
- Вот он выход! – прокричал кто-то из гостей (тот самый, что должен был иудейскому герою тридцать рубашек из тонкого полотна и тридцать смен одежды). – Давайте объявим мерзавца сумасшедшим.
- Да это действительно выход, – воспрянул духом отец невесты. – Но нам нужен для этого весомый повод… Скажи мне, доченька, этот Самсон… он тебе вообще нравится?
- Ну… в общем… - замялась девушка, - он, конечно, вполне себе симпатичный… высок, строен, умён, но вот только… эта его борода…
- Борода?!!
- Без неё ему было бы намного лучше.
- Что ж поставим жениху новое условие, - удовлетворённо потёр ладони Абидом, - хочет жениться на моём нежном сокровище, пусть сбреет себе бороду.
- Правильно-правильно, - дружно подхватили гости, - так их, иудеев этих треклятых. И пейсы путь тоже сострижет. А то взяли себе манеру выглядеть не так как все.
- А как же с сумасшествием? – напомнил почтенный Агапий.
- С каким сумасшествием?!! – испугался хозяин дома, тревожно поглядывая на любимую дочь. – У кого именно?
- С сумасшествием Самсона, – терпеливо пояснил Агапий.
- Ах да… Самсон… Сделаем вот как. Я пошлю к нему мою дочь и попрошу её выведать у него ответ на эту дурацкую загадку. Полагаю, он не сможет ей отказать…
- Но папа!!!
- Не спорь со мной, девочка моя, отец твой всегда знает что делает. Как вы понимаете у подобного горячечного бреда не может быть нормального ответа. Как только Самсон отгадает свою же загадку, наши воины схватят его и прилюдно объявят сумасшедшим. Ну как вам?
Ответом был дружный рёв полнейшего одобрения.
***
Итак, над головой Самсона нависли грозовые тучи.
Прекрасная Руфь в сопровождении пятнадцати вооруженных до зубов филистимлянских головорезов явилась наутро к скромному одноэтажному иудейскому дому, где знаменитый герой снимал угол вместе со своими сопровождающими у далёкой родственницы по материнской линии Цили Аверман. Увидав из окна странную процессию, первым на улицу выскочил сонный, но уже хорошенько пораскинувший мозгами Исаак.
- Эй, уважаемые, – так встретил он нежданных гостей. – Таки неприлично беспокоить достойных людей в этакую рань.
- Я пришла увидеться со своим женихом, – решительно ответила ему Руфь, смущённо разглаживая складки на своей белой накидке.
- Ну, я даже не знаю… - сильно засомневался Исаак, - беспокоить знаменитость, когда он ещё спит. Самсон вчера очень поздно лёг, весь измаялся бедняжка, всё считал золотые шекели…
- И всё-таки я настаиваю, – слегка разозлилась невеста.
- Ну раз настаиваете… кстати… - Исаак нехорошо сощурился, - а кто эти вооруженный люди у вас за спиной числом в полтора десятка?
- Эти? – Руфь изумлённо обернулась, будто только мгновение назад узнала о существовании грозных сопровождающих. – Это… это… несчастные сиротки, вот ходят по домам просят хлеба у добрых людей.
- Значит сиротки? – решил уточнить Исаак, медленно пятясь к дому. – А зачем скажите на милость им боевые мечи?
- Ну… - девушка явно была загнана этим вопросом в неразрешимый тупик, но отвечать-то что-то нужно. – Это не мечи это ножи для нарезки хлеба и сыра.
- Сыра?
- Ну да, в некоторых домах проживают очень щедрые и милосердные люди.
Один из головорезов с глубоким шрамом на правой скуле чистящий кончиком короткого меча грязные ногти громко сплюнул и, в упор посмотрев на Исаака, угрожающе проговорил:
- Зови бородатого шлимазла, пейсатый, а не то макес тебе будет и всем твоим кибуцникам вплоть до седьмого колена, а здоровье… оно ведь всего одно.
Быстро смекнув всё правильно сильно вспотевший Исаак побежал будить Самсона, но Самсон как назло никак не желал просыпаться, обзывая компаньона сквозь сон короткими, но очень ёмкими ругательствами.
- Да что тебе неймётся… привязался… в такую-то рань…
- Вставай, Самсоша, у нас туточки серьёзная проблема вылезла.
- Все проблемы – это халоймес! – философски отвечал на это герой, переворачиваясь на другой бок. – То есть полная чепуха и решаются мною за время одного чиха. Ты и носа не успеешь утереть, как вдруг БДЫШ! и всё благополучно разрешилось.
- Да нет же… тут большая проблема пришла вооруженная до зубов и нагло хамящая.
- Ну, так взнуздай Самуила и реши всё поскорей.
- Не могу, о мудрейший, Голем только тебя одного и слушается.
- И то верно, – вздохнул Самсон, выбираясь из кучи соломы, заменявшей ему у «щедрой» Цили Марковны постель. – Ну, Изя, если сейчас там на улице меня будет поджидать какой-нибудь безумный проповедник, а не банда распоясавшихся разбойников пеняй таки на себя. Я так с собой шутить никому не позволю.
Исаак промолчал, нервно семеня следом за крайне раздражённым героем.
- Зайд гезунд спокойная жизнь! – воскликнул Самсон, увидев компактную группу перекошенных головорезов во главе с невестой. – Хорошенькое дело! Что же вы заранее не предупредили, что придёте ни свет ни заря да ещё и с такими гостями,
