Последняя атомная бомба была изготовлена еще в конце лета 1966 года. Ядерные испытания были прекращены – не только потому, что стало попросту не до них, но и из опасения пробудить какой-нибудь еще громадный вулкан, о существовании которого до того могли даже и не догадываться. Как случилось в США с проклятым Лонг-Вэлли! Ядерные полигоны были законсервированы «до лучших времен», наработка оружейного плутония и высокообогащенного урана – прекращена. Был законсервирован и еще целый ряд предприятий и организаций, занимающихся разработкой и изготовлением ракетно-ядерного оружия. Но вместо этого нашлась другая работа…
Еще в конце 1966 года, в самые трудные месяцы Долгой зимы, перед учеными-атомщиками и инженерами была поставлена задача по созданию в кратчайшие сроки малых модульных АЭС на основе силовых агрегатов атомных подводных лодок – и они успешно выполнили эту задачу.
Проект малой плавучей электростанции был разработан всего за полгода – в основу его лег реактор недостроенной подводной лодки К-162 с тепловой мощностью 177,4 МВт с производящими электроэнергию турбогенераторами. Только теперь все это добро устанавливалось не на подводной лодке, а на сравнительно небольшую баржу, которую можно по реке дотащить… Да много куда. Была бы под рукой хоть более-менее значительная речушка!
Опытная установка была построена с использованием одного из реакторов, что должен был быть установлен на ту самую К-162, а сразу после проведения испытаний госкомиссией было принято решение о строительстве целой серии малых АЭС! Вот только создание плавучей атомной электростанции посчитали недостаточным… Ведь в СССР немало мест, которые слишком далеки от крупных рек. Или туда просто не проплыть из-за внутреннего стока или невозможности судоходства.
По этой причине следом за МПАЭС последовал новый проект – малой модульной АЭС. К сожалению, запихнуть все нужное оборудование в габариты даже увеличенного размера железнодорожного вагона не получалось, поэтому пошли другим путем. Раздели оборудование на несколько модулей, которые можно доставить на место по железной дороге, собрать воедино, загрузить ядерное топливо и запустить АЭС. Таким образом, строительство электростанции ускорялось в несколько раз! Был бы готов фундамент под модули, а все остальное можно сделать буквально за месяц! И первый образец такой АЭС стал третьим энергоблоком Обнинской АЭС… Его и впрямь построили за одно короткое и холодное лето 1968 года!
После этого работы атомщикам лишь прибавилось… Предприятия атомной промышленности и их смежники работали днями и ночами, делая оборудование для модульных АЭС, однако имеющихся мощностей не хватало. В связи с этим стали перепрофилировать под нужные производства бывшие военные заводы, где имелись нужные специалисты и оборудование. И все это делалось ускоренными темпами! То, на что раньше ушло бы несколько лет, делалось за считанные месяцы! Министерству среднего машиностроения хлынул целый поток необходимого оборудование и материалов, что потребовало задействовать в их производстве уже другие предприятия страны.
И все это время продолжались и работы по «обычным» АЭС… Ведь делать модуля можно быстро. Вот модульные АЭС оказывались отнюдь не дешевым «удовольствием» - чтобы с их помощью получить то же количество энергии, что давала АЭС на тех же реакторах ВВЭР, требовались в несколько раз большие затраты. А ведь Долгая зима – она хоть и долгая, но все же не вечная. Пройдет еще несколько лет, климат постепенно стабилизируется, вернется тепло… И тогда-то уж придет пора «больших» АЭС! Ну а созданные за годы Долгой зимы дополнительные мощности предприятий Минсредмаша помогут максимально ускорить это дело…
Правда, рост числа АЭС нес и другую проблему – рост числа радиоактивных отходов. А поскольку Долгая зима уже приучила к тому, что «экономика должна быть экономной», и не только на словах, но и в жизни, то этой проблеме тоже было уделено внимание. И это заставило уделить особое внимание ведущимся работам по реактору БН-600. По прежним планам, его строительство должно было начаться в 1968 году на Белоярской АЭС. Но из-за того, что летом 1967 года на Урале даже не сошел до конца снег, стройку решили перенести в Воронеж, где реактор станет одним из энергоблоков Нововоронежской АЭС.
И пусть пока это было лишь теорией, но даже предварительные выводы ученых были весьма интересными. Пусть даже цена топлива для АЭС нового типа должна была получиться выше, чем для электростанции с обычным водо-водяным реактором, за то там в перспективе можно будет использовать топливо из смеси урана-235 с ураном-238, торием-232 и даже плутонием, который теперь считался не больно-то и нужным… Скорее отходом, чем ценным сырьем. Ведь в ближайшие годы, а то и десятилетия, делать новые атомные бомбы вряд ли понадобится, а вот утилизировать… тут вон американцы сдают большую часть своего арсенала! А потом, как все закончится, еще и их АПЛ разоружать! И куда все это радиоактивное дерьмо потом девать?
Атомная промышленность СССР постепенно перестраивалась на новый лад… Как и вся страна. Ведь столь большой катаклизм не мог не сказаться на образе жизни всех, кто пережил его.
***
Что для конструктора самое приятное в жизни? Конечно, видеть то, как твои разработки воплощаются в металле… Как они находят применение в народном хозяйстве страны. Вот и сейчас Михаил был в откровенно приподнятом настроении… Вот же они! Работают!
Созданные по его идеям сельскохозяйственные машины, пройдя положенные испытания, были запущены в серийное производство, и теперь значительная часть мощностей Сарсельмаша отведена именно под них. Зерносушилки, пневмотранспортеры, мини-комбайны для пшенично-пырейных гибридов сходили с конвейера один за другим – и сразу же погружались на платформы и отправлялись к заказчикам из колхозов и совхозов. Что-то из этого оборудования осядет прямо здесь, недалеко от родного городка. А что-то и уедет в дальние дали, на поля какого-нибудь Ирана или Украины.
Как ни странно, но Долгая зима, несмотря на все принесенные ей беды, привела и к некоторым положительным изменениям в стране. И, прежде всего, в сельском хозяйстве… Отрасль, к которой раньше относились пусть даже и не по остаточному принципу, но все равно ставили далеко не на первые места по важности, теперь
