в домашнюю одежку, парень налил себе в стакан горячего чаю и буквально сразу же его и выпил. Впрочем, какой это чай? Настоящий исчез уже пару лет назад – теперь он считался большой редкостью. Людям же по карточкам выдавали какие-то травяные сборы, которые все и привыкли использовать вместо чая.
- Как у тебя на работе дела? – усевшись напротив, произнесла Вика.
- Да как обычно, - только и пожал плечами парень. – Сегодня вон новую партию техники отгружали… Сам платформы груженые видел. В окно конторы… У тебя-то там как?
- Ну как-как? – задумчиво произнесла девушка. – Как-то все… устаканивается что ли? Если еще зимой какой-то аврал был, быстрее-быстрее, больше-больше, то сейчас уж такого не стало… Говорят, потребность в двигателях стала меньше.
- В смысле? – не понял Михаил.
- Старые моторы практически закончились, - пояснила Вика. – То, что было до Зимы сделано, нынче почти все или в металлолом пошло, или на капиталку с модернизацией. А новые – они и надежней стали, и доработаны под новые условия… И масла зимние вон с этим… антифризом делать начали в больших объемах. Так что теперь почти вся продукция на новую технику идет да в стратегический запас.
- Значит, мы победили? – вдруг улыбнулся Михаил.
- Наверное, - тоже как-то грустно улыбнулась в ответ девушка. – Только знаешь… Как бы оно все не сложилось в будущем, мне никогда не забыть этих проклятых лет…
- Мне тоже, - ответил парень.
- И мне… - тихо добавила Квета.
Ну да… Долгая зима – она теперь останется с ними навсегда. Как бы не грустно было это осознавать… Потом Квета ушла кормить проснувшуюся дочку, а Михаил с Викой, поужинав и поговорив еще немного, пошли смотреть телевизор… Как обычно, в вечернее время передавали новости. И, как всегда, начиналось с главных новостей страны – о том, что делается или уже сделано для того, чтобы пережить Долгую зиму. О новых заводах и электростанциях, об открытии новых птицефабрик и кроличьих ферм для выращивания животных на ряске, водорослях и кормовых дрожжах, о борьбе с бандитизмом и басмачеством на местах и так далее… Почти весь выпуск новостей был о том, что происходит в СССР! И лишь изредка диктор касался новостей из остального мира… Вот и сейчас такие нашлись…
«Турецкая лихорадка», выкосив большую часть населения Ближнего Востока и севера Африки, постепенно пошла на спад. Просто потому, что резко упала плотность населения. В СССР число умерших от нее достигло нескольких тысяч жителей, проживавших в приграничных с Турцией и Ираком районах. Учеными вовсю ведется работа по разработке прививки, но пока о готовой к применению вакцины не существуют. Ведутся опыты на животных, а к осени ученые надеются поставить первые опыты на добровольцах.
Окончательно утихла англо-австралийская война – просто потому, что обе стороны оказались в полной заднице и не имели больше ни сил, ни ресурсов продолжать войну. А оставшиеся на территории США «правительства» как-либо влезать в эти разборки не стремились – у них там, тем более, шла вялотекущая грызня между собой. Каждый стремился стать единственной властью над землями «бывших США»…
Французы постепенно колонизируют Северную Африку, попутно уничтожая местное население. Уже в этом году они эвакуировали туда несколько десятков тысяч выживших из Европы и немало уцелевшего промышленного оборудования. Правда, после смерти президента Шарля де Голля у случилась скоротечная «мини» гражданская война, но к настоящему моменту она закончилась, и французы вновь приступили к вывозу ценностей в Африку. По имеющимся оценкам, туда вывезли примерно четверть населения и такую же долю промышленного потенциала страны. Кроме того, под контролем французского правительства находится и самый юг Франции. Кстати, несмотря ни на что, она нынче оставалась чуть ли не единственной капиталистической страной, с которой существовали дипломатические отношения.
В Южной Америке постепенно начала стихать вызванная неурожаями прошлых лет и разрывом привычных экономических связей череда гражданских войн, и на просторе материка фактически установилось несколько хунт, поделивших его между собой. Правда, чаще всего они контролировали лишь сравнительно крупные промышленные или сельскохозяйственные районы. А вот что происходило нынче в той же сельве той же Амазонки – этого не знал уже никто.
В общем, постепенно в мире все как-то «затихало». Только это выглядело скорее каким-то мертвым, могильным покоем… Возникшим не потому, что стороны уладили все свои разногласия и зажили в мире, а оттого, что просто некому стало этот покой нарушать… Уже сейчас мировые потери населения оценивали в 70-80%, и от этой цифры делалось откровенно жутко. Тем более, что значительной их части можно было бы избежать.
Впрочем, вскоре выпуск новостей закончился, а Михаил вновь погрузился в раздумья… Происходящее вокруг выглядело для него как какая-то насмешка. Ты хотел, чтобы СССР выжил, не развалился? Что ж – в этом мире, похоже, так оно и будет! Только какой ценой? И пусть Советский Союз в таком стечении обстоятельств и не виноват, но впечатление оставалось неприятным… Впрочем, хрен с ними, с этими всеми размышлениями! Делай что должен, а там уж посмотрим… И нечего все время вспоминать про тот мир. Все равно в него ты не попадешь, скорее всего, уже никогда!
А со следующего дня начался такой долгожданный отдых! И пусть даже сейчас хватало работ на огороде, по дому, но все равно они были относительно свободны. И это было таким счастьем! В какую-то пору можно сходить погулять, заняться какими-нибудь своими делами, которые вечно откладывались на потом… Да, в конце концов, даже на речку ту же сходить можно! Почему ж нет? И как-то непривычно, даже странно, было то, что это стало снова возможно… Ведь третье лето Долгой зимы было уже более-менее теплым. Пусть и достаточно коротким. Так что время отпуска летело как-то даже незаметно…
Вообще Михаил с Викой словно пытались наверстать то, что у них отняла Долгая зима. Гуляли
