то, что не зря подслушивал! Если бы не я, Мелька бы уже дохлая валялась!
— Ты бы уже определился, кто из вас кого защитил, спас и вообще, проявил редкостную жертвенность, — хмыкнула я.
— Я, конечно! — ударил себя в грудь кот. — Ну, и Мелька немного.
— Так что, ты бросился на защиту любимой женщины? — приложила я руку к сердцу. — Как благородно! Благородно и глупо, потому что, судя по дальнейшим событиями, защищать по итогу пришлось ей тебя.
— Ага, вот именно, что бросился, — мотнул головой Сократ. — И едва лапы не отбросил! Потому что этот Итан оказался тем еще…
— Козлом? — с готовностью подсказала я, вспомнив прежние привычки.
— Хуже! Аристократом! Что, в принципе, одно и тоже, если разобраться, — поправил самого себя котяра.
— А-а-а-а… Так, мы это и раньше знали, — вздохнула я с разочарованием, сменившем ожидание великого откровения, которое не случилось. — Ты же сам мне рассказывал, что он из какого-то разорившегося и опозорившегося рода.
— Да ничего мы не знали! — огрызнулся Сократ. — Мы предполагали, развлекая себя сплетнями! А теперь… Если я правильно понял, а я всё правильно понял, потому что я умный и всегда всё правильно понимаю! — я покивала, бесспорно соглашаясь с пушистым. — Так вот, плохи наши дела… Думаю, Итан приходится родственником Ригору. Дальним, скорее всего, но кровь, она все же гуще воды. Не важно, насколько ты далек от своей семьи, породу не выкорчевать, предков не вычеркнуть.
Я открыла рот.
— Что-то пока ничего не понятно…
— Ригор, — выразительно продолжил котяра, — это прадед нынешнего короля северян. И родился он, не поверишь, Лордом. А все Лорды — одна сплошная задница! — вынес свой вердикт мой маленький верный друг. — От них одни проблемы! Нет, конечно, на фоне демонов значительность Лордов заметно тускнеет. Просто потому что этих морд куда меньше, чем демонских!
— Но как ты понял? При Итана?
— Магия, — сказал, как отрезал уверенный в себе котяра. — У Лордов своя особая магия. Её, если увидишь однажды, больше не забудешь. Именно с помощью этой магии Итан и пытался подчинить Мелинду, а эта дуреха даже не заметила, как разума лишилась! То-то она к нему носилась последнее время, позабыв обо всем на свете! Особенно, позабыв о том, что давно не девочка для таких-то приключений!
Сократ фыркнул с громким возмущением и оскорбленным достоинством.
— Как же Итан тогда рыцарем не стал? С такими-то умениями?
— Ну, потомок он все же не прямой, а, так сказать, косвенный, — завуалированно выразился кот. — Лорды были давно, а вот нагрешившие папуля с дедулей куда поближе! Не суть важно! Карьерные провалы Итана не имеют для нас никакого значения! У нас тут жаренным завоняло так, что скоро волосы зашевелятся даже там, где их никогда не было! Потому что если этот гад ползучий умеет в колдовство Лордов, да еще и работает на злодея, а этот гордый титул по праву достался Луану, он у нас чемпион забега по скоростному негодяйству, то вдвоем они могут таких дел наворотить!
— Луан и сам способен много чего… наворотить, — несмело улыбнулась я. — А тот факт, что Итан предпринял лишь одну попытку покушения на твои пушистые бока и не доделал начатое, как бы тонко намекает на его не высокую кровожадность.
— Потому что кровожадность и не входила в планы! Как только Мельку повело, он попытался забрать у неё кольцо. Твое кольцо, Мира! — погрустнел кот, да так, что даже подпаленные усы печально повисли. Сердце сжалось от тоски еще сильнее.
— Так, а где оно сейчас? — занервничала я.
— Как где? — подпрыгнул кот. — У Мелинды, знамо дело! А сам этот козлогад удрал, после того, как я в окошко сиганул и в рожу его мерзкую когтями вцепился! Правда, он меня потом заклятьем приложил, но и в этом был свой плюс. Мелька чуть очухалась и вспомнила о том, что она так-то колдунья! — уже веселее закончил Сократ, который не умел печалиться долго. Хотя, скорее всего, просто трудно одновременно грустить и воевать с кровососущими насекомыми.
— А все-таки ты действительно блохастый, — не сдержавшись, захихикала я, пытаясь смехом снять напряжение. — Фу! От твоей шерсти у меня скоро аллергия начнется!
Кот метнул в меня возмущенный взгляд и снова задергал задней лапой возле уха.
— Раньше заговор Милены работал, а как она померла, так магия и слетела. Теперь от этих кусачих продыху нет!
— Может, я могу чем помочь? — робко предложила я.
— Нет, спасибо! — быстро отказался кот и даже чуть-чуть отодвинулся, опасливо поглядывая на меня.
— Я могу…
— Нет, ты не можешь! Ты не можешь даже до конца урока спокойно досидеть!
— Но я же спасла тебя уже один раз!
— Только потому что действовала под моим чутким руководством! — нахохлился неблагодарный котяра. — А до Миленки тебе далеко! Вы хоть и похожи, да толку с этого — с гулькин хвост!
— Чем это мы похожи? — я перестала улыбаться и отвернулась, боясь не уследить за лицом.
— Да хоть бы именами! Ты — Мира, она — Мила, вот только от этого сходства ты лучше магичить не станешь… Кстати, а ты чего грязная такая? В какой луже полежать устроилась? Надо же, вот ничего без меня не можешь, даже выглядеть нормально… глаз да глаз за тобой нужен… а у меня он, между прочим, только один! И я не могу…
Чего он там не может я уже не слушала, потому что мозг уцепился за эту фразу «Ты — Мира, она — Мила», и прокручивал её снова и снова на повторе, словно виниловую пластинку, по которой скребла, царапая, игла, порождая протяжные скрипы.
— Сократ! — заорала я, вцепилась во вполне бодрого кота, растерявшего притворную немощь.
— Мать моя кошка! — взвизгнул ушастый, подпрыгнув и ощетинившись. Его усы воинственно растопырились во все стороны, а хвост стал похожим на метелку. — Напугала!
— Я поняла, — зашептала я, чувствуя себя так, словно только что совершила великое открытие. Возможно, так и было. — Я все поняла, о чем говорила Шай-Лея…
— Кажется, это не мне, это тебе нужна помощь, — успокаиваясь и усаживаясь обратно проговорил кот. — Может, отдохнешь, полежишь вместо меня под присмотром лекарей…
Двери громко распахнулись. Это вернулись демоны, перекидываясь короткими, но недовольными замечаниями, суть которых я не успела уловить, потому что они быстро умолкли.
— Вот, — Ферай поставил рядом с Сократом глиняный горшочек, накрытый крышкой. — Как заказывал. Мясо. Свежее, еще теплое, только недавно из печи.
— А ты что принес? — кот, который успел завалиться на бок, капризно заглянул в руки Сатуса. Ну, хотя бы изображать из себя лежащего на смертном одре перестал. Да и шерсть его стала
